Гори для меня, ведьма - Анна Рейнс

Последние слова произнес так решительно, словно пытался в этом убедить не только меня.

— Наслышана. — Хмыкнула я, и тут же вспомнила контраргумент. — Точно, а у меня же есть жених!

Мое неуместно-радостное восклицание спровоцировало долгий изучающий взгляд Эйдена.

— Жених? Только не говори, что ты имеешь в виду моего брата.

— О нет, самый настоящий. — Охотно пояснила я. — Я бы даже смогла нормально прочитать его имя, если бы ты не возник тогда из ниоткуда. Впрочем, неважно. Скорее всего, это был не очень уместный аргумент — мы-то с ним совсем незнакомы, поэтому вряд ли наши помолвки можно сравнивать. Мой женишок, наверно, еще и поблагодарил бы тебя, если бы наша с ним первая брачная ночь не закончилась его трупом. Что-то я не то несу, да? — Я до боли впилась ногтями в ладони, чтобы хоть как-то привести себя в чувство. Наверно, это самый странный диалог, в котором мне доводилось участвовать.

— Ассия… — Начал было Эйден, но я торопливо перебила.

— Я все поняла, прости меня за это глупое предложение. Сама не знаю, что на меня нашло.

Я закрыла глаза, чтобы наконец-то воспользоваться его замечательным предложением — поспать.

— Не такое уж оно и глупое.

Я нервно усмехнулась и раскрыла глаза, совершенно не понимая, что творится в него в голове. Всего пару минут назад он рассказывал, как сильно любит свою невесту, а теперь не против разложить меня на полу хибары, пусть даже и ради великой светлой цели?

Я наконец-то решилась поднять на него взгляд, но вопреки моим ожиданиям, смотрел он вовсе не на меня. В окно. На фоне восходящего солнца на горизонте появились едва заметные точки. Вряд ли они означают что-то хорошее.

— Твою ж… — Я с чувством выругалась, чувствуя, как внутри поднимается волна паники. Остатки надежды, что никто более не явится по наши головы, растаяла. Чудовище свернулось в своей клетке, игнорируя мои попытки его добудиться. — Что будем делать?

Минуты две в помещении стояла тишина. Я даже перестала ждать какой-то ответной реакции, предполагая, что принц готовится морально — будь то к схватке или плену.

— Артефакт нужно будет перенастроить на то место, куда я скажу. — Эйден окинул меня мрачным взглядом.

— А? — Я непонимающе уставилась, чувствуя, как губы трясутся в попытке сложиться в нервную усмешку.

— Я инициирую тебя.

Я мигом подобралась и кивнула, не веря, что все действительно произойдет сейчас. Не могу поверить, что сама предлагала это всего несколько минут назад, встречая лишь его сопротивление. Сейчас роли поменялись. Но отступать поздно. Да и выбора нет.

Руки затряслись, и я крепко сцепила их, не зная, что делать и как вести себя дальше. Об анатомической стороне акта мне было известно, как и то, что первый раз должен закончиться болью. Полагаю, раздеваться не нужно. Задрать юбки? Внутри все покоробило.

— Расслабься.

От его тихого голоса я напряглась еще сильнее. Ладони стали влажными. Мы сидели рядом, на расстоянии одного сантиметра, но не смотрели друг на друга.

— Не могу.

— Чего ты боишься больше всего?

— Тебе весь список озвучить? Боюсь, тогда мы не успеем до прибытия гостей.

Я мельком выглянула в окно. По моим расчетам, ожидать их стоило минут через десять. А мы лишь теряем время, не решаясь на неизбежный шаг. Эйден сидел все в той же позе, о чем-то напряженно размышляя. Взгляд его скользил по моему телу, скрытому непривлекательным серым платьем.

— Что мне делать? — Почти беззвучно спросила я, неуверенно теребя шнуровку платья. — Раздеться?

— Не нужно. — Выдал он, подтверждая мысли, пришедшие в мою голову чуть ранее. Его руки потянулись ко мне, приподняли и посадили сверху, лицом к себе. Я неуверенно привстала на все еще слабых коленях, чувствую голыми ногами грубую ткань брюк. Его идеальное лицо оказалось так близко, что я не знала, чего хотела больше: зажмуриться или смотреть на него не отрываясь.

Руки прошлись по моим бедрам, приподнимая юбки. Я сглотнула и нервно выдала:

— Даже не поцелуешь?

Мои слова были скорее шуткой. Я готова была на что угодно, лишь бы мне не пришлось смотреть в эти серые глаза, пока… совершается наша сделка. Не хотелось даже думать, какие мысли бродят в его голове. Чувствует ли он стыд за то, что собирается изменить своей невесте? А, может, и вовсе представляет ее на моем месте. Наверно, это наилучший вариант, хоть и отвратный до рвотных позывов. Так мне перепадет хоть малая доля его к ней любви.

Принц медленно наклонился и легко поцеловал уголок моих губ. Мой рот приоткрылся, готовясь к вторжению, но его не последовало. Легко, словно касания бабочки, Эйден усыпал легкими поцелуями нижнюю часть лица и шею. Я шумно выдохнула, когда будоражащие касания пробудили странную дрожь в груди.

Кожу губ покалывало. Хотелось, наконец, получить настоящий поцелуй… и убедиться, что ничего особенного в этом принце нет. Что все мои прошлые мысли о симпатии — лишь самообман девчонки, впервые выбравшейся за пределы родного арронда.

Я целовалась и раньше — даже с тем же самым Грегором — но не могла понять, почему люди так наслаждаются этим действом. Грегор стонал, прижимался ко мне, смотрел замутненным взором и клялся в любви. Все, что я ощущала — желание пройтись длинным рукавом платья по рту и стереть влажные следы на коже.

Сейчас же все было иначе. Возможно, это стресс разгонял мое сердце до немыслимых скоростей. А возможно это трепетные прикосновения его губ, что скользили сейчас по моим. Наши дыхания смешались. Мое — рваное, поверхностное. Его — глубокое и ровное.

Пожалуй, это ожидание было для меня более приятным ощущением, чем весь мой предыдущий опыт. Стало дико любопытно, что последует дальше. Я не вытерпела и запустила руку в волосы, притягивая его голову к себе. Губы встретили мои: без какой-либо осторожности, жадно. Языки столкнулись, и меня словно молнией прошибло.

С чувством полного восторга я отвечала принцу так, словно от этого зависела моя жизнь. Хотя погодите, так оно и было.

Мое тело потряхивало от ощущений. Хотелось прижаться к нему всем телом, ощутить его каждой клеточкой кожи. Поэтому, когда его руки прошлись по моим бокам, медленно спускаясь на бедра, я тихонько всхлипнула, прося о чем-то, что еще сама не совсем понимала.

Ладони накрыли ягодицы сквозь грубую ткань платья и сжали.

Я полностью опустилась на Эйдена, ощущая, как его штаны чувствительно задевают внутреннюю поверхность бедер. Особенно приятно это чувство отдавало между ног, где, казалось, находился эпицентр удовольствия.