Заветное желание Его Темнейшества - Евгения Рарог

— Рия! — рвался вперёд Август. Но оставался так же нем и неподвижен.

Длинные, белоснежные волосы водопадом соскользнули со спины бога, закрывая обзор Августу, когда он наклонился к ней с поцелуем.

— Аши… — томно выдохнул тот же голос, что чуть ранее звучал в голове Августа.

А Хонс наслаждаясь своим положением, сделал шаг вправо, становясь почти напротив Августа и разворачивая Рию к себе. Он, насмешливо улыбаясь, смотрел ему в глаза, обнимая её, оглаживая спину, склоняясь к её губам для новых поцелуев, зарываясь в её волосы. Шёлк одеяния, послушный пальцам Хонса, скользнул с плеч обнажая белую спину, тонкую талию, круглые ягодицы, стройные ноги. Рия подалась вперед, прижимаясь Хонсу, обнимая его, ласкаясь и прогибаясь в пояснице. Она откликалась на его ласки, подставлялась под жадные поцелуи. Руки Хонса, не стесняясь присутствием Августа, гладили податливое тело, впивались в бедра, раздвигали ягодицы, проникая внутрь тела. Первый тихий стон Рии прозвучал, когда Хонс ввёл в неё пальцы.

— А-ах…

— Аши… — Хонс жадно выпил его, бросив торжествующий взгляд на Августа. — Порадуй меня, любимая…

Хонс, мягко надавил ей на плечи, заставляя опуститься перед ним на колени. Новый акт разворачивался перед взором Августа. Он хотел бы закрыть глаза, но тело по-прежнему не слушалось. Он слышал смех Рии, видел, как она ласкала Хонса губами, языком, как брала его в рот. Слышал хриплые стоны Хонса, наслаждавшегося откровенными ласками. Видел его закатившиеся от удовлетворения глаза, когда наслаждение достигло своего пика и он излился, не дав отстраниться и заставив её принять своё семя.

Чувства, бушевавшие внутри Августа, невозможно было бы описать словами. Он сам не смог бы разобраться в этом адском коктейле эмоций, где смешалось всё, от бешеной ярости до сводящего с ума возбуждения. Вынужденный смотреть и слушать, не в силах что-либо сделать, он мог только сгорать внутри от огня, пожиравшего его душу.

А Хонс уже, подняв Рию на руки, нёс к алтарю. Держал под ягодицы и снова проникал в неё пальцами. Жарко целуя, он уложил её и навис сверху. Перестав обращать внимания на Августа, полностью отдался действу. Стоны, вздохи, рваное дыхание заполнили пространство залы. Потом к ним присоединились влажные, чавкающие звуки. Хонс удовлетворял свое желание, не стесняясь чужого присутствия. Наслаждаясь чужой беспомощностью и своим превосходством. Он утверждал свою власть над телом и душой Рии. Показывал, кому она сейчас принадлежит, и кто является её истинным повелителем. Насмехался над Августом, вводя его в неистовство. Хонс брал Рию на его глазах жадно, яростно, жёстко. Грубо вбиваясь в тело, пригвождая её к алтарю. И этим доводя её до предела. Она в исступлении подавалась навстречу, цеплялась за плечи, царапала спину. Яркий лунный свет, лившийся на них из окна в потолке, ясно освещал происходящее, давая Августу рассмотреть всё в мельчайших деталях.

Подходя к кульминации Хонс снова торжествующе смотрел на Августа. Резко двигал бедрами, подводя себя и Рию к экстазу. Своей рукой он ласкал её промежность, помогая прийти к финалу одновременно с ним. Склоняясь над Рией, он жадно целовал её грудь. И не отводил от Августа взгляда. Даже когда он кончил, слившись в одном на двоих стоне с Рией, глаз не отвёл.

— Тебе понравилось, мальчик? — Август снова услышал в голове насмешливый голос Хонса.

— Тварь… сука… — взорвался яростью Август, но ответом ему был только довольный смех бога.

— Теперь время только для нас… Нежность Аши не для твоих глаз…

Неведомая сила поволокла Августа, выбросив из залы. Тяжёлые двери плотно закрылись за ним, оставляя Хонса и Рию наедине. Почувствовав власть над своим телом, Август рванулся обратно, но кованые двери не пустили. Не поддавались яростному натиску его уже сильного тела. Он так не смог выбить или открыть их. В беспомощности сполз по стене, сжав разбитые в кровь руки. Горькие слёзы отчаяния впервые потекли из его глаз. Он в бессилии бился затылком о закрытые двери. Рёв смертельно раненого зверя рвался из груди Августа.

— Я убью тебя… — шептал он в безысходности, сжимая кулаки до белых костяшек.

— Убью… Тебя… — кричал в неистовстве, рыдая в голос. Бился в агонии.

— А-а-а… — вопль бешенства и ненависти рвался наружу, гулял по ночным коридорам и переходам и эхом возвращался к нему обратно.

Август всей душой желал убить Хонса и знал, что никогда не сможет этого сделать. Жизнь Рии была дороже простого удовлетворения мести. Поздно… Слишком поздно… Отчаяние полностью поглотило Августа, ядом разъедая душу.

Глава 17

— Х-ха! — резко выдохнул Август и проснулся. Сердце бешено стучало в груди. Отчаяние, беспомощная ярость бились внутри, грозя лавиной выйти наружу. Сон… Самый ненавистный сон и самый страшный из его кошмаров.

— Ненавижу!.. — яростно прошептал он и рывком поднялся.

Боль пронзила спину, и он вспомнил где находится. В окнах была еще ночь. Начавшая убывать луна, стерев четкость одного из круглых боков, робко заглядывала в комнату. Свеча погасла и только бледный свет луны освещал крепко спящую Рию. Август осторожно протянул руку и легко касаясь кончиками пальцев очертил контур лица. Она поморщилась во сне, но не проснулась.

— Я так люблю тебя, Рия, — прошептал Август спящей девушке. — Я не отдам тебя ему снова…

Он потянулся, не обращая внимания на боль, и коснулся губами её лба. Впервые он так целомудренно целовал её. Сначала он хотел кем-то стать, стремился к славе и не позволял себе даже думать о такой возможности. А потом, после, поцелуи стали слишком требовательные и жесткие, когда он утверждал свою власть над ней, пытаясь стереть память о Хонсе.

Сейчас, в этот момент, Август задыхался от нежности, наполнившей его до краёв. Нежность вытеснила ярость и отчаяние. Вернула его из прошлого, сюда, в настоящее, где он ещё что-то изменить. Вернула ясность ума.

Остаток ночи он провёл без сна. Боясь убрать руку от лица Рии. Боясь снова заснуть и снова погрузиться в бездну отчаяния.

Следующие два дня он провёл в лечебнице. Восстанавливая спину. Рия всё это время была с ним. Лечила, успокаивала, дарила заботу и тепло. Эти два дня были самыми счастливыми в жизни Августа и последними из проведенных с ней.

Когда он смог вставать без острой боли, Рия, оставив его до вечера, ушла помогать на кухню.

— Я принесу тебе вкусного, Август, — весело прокричала она уже от дверей, — подожди немного.

Август кивнул и снова растянулся на кровати в блаженном ожидании. Из дрёмы его выдернул рыжий Бьёрн, который не церемонясь распахнул двери. Дверь с грохотом отскочила от стены, собираясь вернуться на место,