Тропой человека - Ник Ричмонд

– Ты обманул меня… – почти беззвучно произнёс он пересохшими губами.

– Ракеш, – сказал стоявший рядом с ним Мейер Нибель, – отдай мне скипетр.

– Нет, – покачал головой космотехник. – Нет! Неужели ты и правда всё это подстроил? Ты сам… убил их? Своих детей?

Нибель вынул жезл из его обессилевших рук, и в этот момент ошарашенный Лахти крикнул:

– Секретарь! Куда Вы смотрите?! Немедленно обезвредить подсудимого! – он угрожающе двинулся с места, приближаясь к Нибелю, но тот изобразил небрежный жест пальцем, и стоявший недалеко от них робот в то же мгновение сделал два точных выстрела по ногам координатора. Лахти упал как подкошенный. Превозмогая боль, он поднялся на локтях и вновь закричал: – Секретарь! Ответьте!

Но ответом было молчание, лязг одного за другим поднимающихся на сцену вооружённых роботов, а также отдалённые крики, полные ужаса, раздававшиеся с трибун. Угрожающе обведя пальцем все их сектора от края до края, показывая тем самым, что он обращается ко всем и каждому из присутствующих, Нибель объявил:

– Я советую вам всем занять свои места и не двигаться, потому что роботы не промахиваются – помните об этом.

Он не спеша подошёл к истекавшему кровью Лахти и присел рядом с ним. Бегло осмотрев места попадания выстрелов, он произнёс негромко:

– Бедренная артерия. У тебя около двух минут.

Собравшись со всеми оставшимися силами, Лахти, хрипя, спросил:

– Кто… они? Прошу, скажи мне… это люди?..

Смерив его взглядом, лишённым всякого интереса, Нибель поднялся на ноги и ответил:

– Лучше.

Он обвёл взглядом пребывавшую в беззвучной панике аудиторию зала Совета и громко произнёс:

– Поймите, это было первое поколение! От них всё равно не было никакого толку… Они были недостойны имени своей матери. Но не стоит переживать о них – он развёл руки в стороны и закрыл глаза, не в силах скрыть наслаждение, – потому что сегодня я представляю вам поколение номер двенадцать.

Откуда-то раздался громкий писк быстро нараставшей частоты, и вдруг десятки окон здания изолятора, огибавшего сцену амфитеатра, взорвались яркой волной мельчайших осколков, и из каждого зияющего проёма начали спрыгивать вниз фигуры в белых костюмах. Несмотря на внушительную высоту верхних этажей, все они остались невредимы, лишь некоторые постряхивали с себя битое стекло.

Через мгновение сознание покинуло координатора.

* * *

Верон резко отпрыгнул назад, к стене. Всё помещение мгновенно заволокло мелкой стеклянной пылью.

– Джен! Ты это видела?! – крикнул он, но не получил ответа.

Окружение заполонили пронзительные звуки сигнала тревоги. Дверь камеры с глухим щелчком засова распахнулась. Закашлявшись, зоолог спешно покинул комнату и оказался в совершенно пустом коридоре: красные отсветы мелькали в полумраке, а из открытых дверей в проход заползала пыль. Прикрыв ладонью нос и рот, Верон, покачиваясь, двинулся на поиски выхода, не встречая никого на своём пути. Снаружи грохочущим молотом звучал голос Мейера Нибеля:

«Граждане! Слушайте меня и радуйтесь: ибо сегодня я принёс вам Свободу».

Проходя бесчисленное множество камер, Верон заглядывал в них, но все они были пусты.

«Сим я возвещаю вам о приходе новой эры – она возвысит тех, кто достоин».

Впереди показался лифтовый блок, но на информационных дисплеях отображалось объявление, что в аварийном режиме все подъёмники отключены, и следует воспользоваться лестницей, выход к пролётам которой находился рядом.

«Тех же, кто являет собой ненужный балласт общества, возможно, ждут нелёгкие времена», – произнёс Нибель и захохотал.

Практически вывалившись на лестничную клетку, Верон почувствовал приятный восходящий поток свежего воздуха и с наслаждением вдохнул его полной грудью. Подняв при этом голову, он заметил наверху движение: несколько человек молча бежали по ступенькам на крышу. Зоолог попытался окрикнуть их, но его горло выдало лишь сиплый хрип. Превозмогая ломоту во всём теле, он двинулся вслед за ними, крепко хватаясь за перила.

«Ваши роботы теперь слушаются меня. И скоро мы с ними навестим логово вашего угнетателя, вашего эксплуататора и владыки».

Последние пролёты давались всё тяжелее: лёгкие наливались свинцом, а за ноги будто кто-то хватал и висел на них, но вот показалась верхняя площадка, дневной свет ярко ударил в глаза, заставив сощуриться, и наконец Верон оказался на самом верху, под стеклянным куполом лифтового фойе, и увидел перед собой ещё открытую дверь, которая вот-вот должна была захлопнуться за только что выбежавшей через неё невысокой девушкой в белом медицинском костюме. Верон вложил все силы в попытку как можно громче крикнуть:

– Стой!..

И в тот же миг дверь с шипением закрылась.

Но она услышала его.

Несколько человек, бежавших вместе с ней, направились к ближайшему ионолёту и начали загружаться в него, окрикивая свою спутницу. Но она обернулась и, увидев Верона и выпучив глаза от удивления, сделала несколько быстрых шагов обратно к двери и уже хотела открыть её жестом руки, но вдруг остановилась и замерла. Видно было, что она колеблется.

Тем временем, Верон, еле волоча ноги, подобрался к двери с внутренней стороны, облокотился на неё рукой и согнулся, пытаясь восстановить дыхание. В молчании они простояли несколько секунд, а затем девушка, поторапливаемая криками со стороны уже готового к вылету корабля, громко спросила, и голос её был еле слышен сквозь стекло:

– Почему ты не открываешь дверь?

– Я… не… могу… – ответил Верон.

– Что? Я не слышу!

– Не могу! – крикнул он, что было мочи. – У меня нет чипа!

Белокурая девушка смотрела на него, раздираемая сомнениями.

– Кто ты такой? – наконец спросила она.

– Я… зоолог. Пожалуйста, открой… Скорее!

– Ты из изолятора?

Верон закашлялся и не ответил.

– Ты сбежал из изолятора?! Говори!

– Да…

Она медленно и с нескрываемой досадой опустила руку, которую всё это время держала на весу, готовая жестом открыть дверь.

– Тогда я не смогу открыть тебе. Извини!

– Почему?

– Я – дежурная по эвакуации, со мной люди, и я в ответе за их жизнь. А кто ты – я не знаю, может быть, ты опасен…

Верон молча посмотрел на неё в ответ, и в глубине его взгляда, сквозь разочарование и страх, можно было различить крупицу понимания.

– Прости! Прости меня! – закричала она и шагнула в сторону, закрыв лицо рукой.

«Вилу! Идём, скорее!» – послышалось со стороны ионолёта.

Она обернулась и посмотрела на Верона.

– Куда вы полетите? – крикнул он.

– В Цитадель, согласно инструкции.

– Не надо! Он пойдёт именно туда.

– И будет уничтожен! Цитадель – самое защищённое место на Земле.

– Неужели ты ещё не поняла? – печально покачал головой зоолог. – Его ничто не остановит. Если хотите пожить немного дольше – отправляйтесь как можно дальше отсюда.

Сказав это, он отошёл от двери и сел на