Тропой человека - Ник Ричмонд

Подойдя к краю стены, зоолог осторожно выглянул из-за неё, увидев множество людей, шарящих вокруг пустым, невидящим взглядом. Он тут же выскочил в проход и схватил за руку первого попавшегося мужчину:

– Куда вас ведут? В Цитадель? – шёпотом спросил Верон.

Но прохожий в страхе метнулся от него, как от огня, и вскоре стало понятно почему: в спину зоолога немедленно последовал удар столь сильный, что сбил его с ног.

– Nevo parlo, – послышался сзади холодный голос.

Вдруг невероятно мощная рука схватила зоолога за шиворот и подняла на ноги, а затем последовал пинок, от которого он снова чуть не упал, но, влетев в спину человека спереди, сумел устоять, а тот сделал вид, что ничего не заметил. Пришлось продолжить путь молча.

Но через некоторое время послышался дрожавший от напряжения женский голос, начавшийся как шёпот, но его обладательница, сама не замечая, постепенно повышала тон:

– Да что же это, в конце концов, происходит?! Чего они хотят от нас, эти ужасные создания? Они же убьют нас всех! Где армия, где Секретарь, авиация, спутники, где всё это?! Почему нас никто не спасает? – в конце она уже не в силах была сдержать слёз отчаяния, хотя и пытаясь при этом изобразить на лице ироничную улыбку. Она вертела головой туда-сюда, вопросительно заглядывая в лица шедших рядом с ней, но те лишь опасливо отстранялись от неё, а некоторые даже едва заметно угрожающе толкали локтем, призывая тем самым прекратить истерику и не вызывать гнева конвоиров, которые шли в общем потоке людей, рассредоточившись и наблюдая за порядком изнутри строя.

Оглядевшись по сторонам в поисках обладательницы тревожного голоса, Верон увидел её: это была та самая женщина, на которую была организована засада.

– Не смейте на меня шикать! – недовольно проворчала она идущему слева от неё щуплому мужчине с узенькой седой бородкой. – Это неслыханно! Через час я должна быть у себя в лаборатории, иначе вся реакция пойдёт насмарку!

Мужчина хмурился в ответ ещё сильнее, но рта не открывал, а только всё более отчаянно жестикулировал, при этом глаза его постепенно наполнялись печальной раздражительностью, так как он видел, что добивается лишь обратного эффекта.

Наконец к женщине сзади подошёл один из братьев. Он аккуратно тронул её за плечо. Она обернулась и вздрогнула, встретив его холодный взгляд. Продолжая медленно идти рядом, брат что-то сказал ей на ухо – видимо, на планетарном, так как она изобразила полное понимание. С каким-то даже немного надменным видом она ответила:

– Да, это я. И, честно говоря, всё это доставляет колоссальные неудобства… Вы понимаете?

Брат оглянулся по сторонам, а затем вновь тихо произнёс что-то, так, что это могла услышать только его собеседница. Та важно закивала в ответ, молча оглядела окружающих как бы свысока, хотя сама и была небольшого роста. Несколько мгновений спустя, она пошла вслед за братом куда-то в сторону, и вскоре Верон потерял её из виду.

Сопровождаемый идущими по краям роботами человеческий поток впереди заворачивал на широкую прямую аллею, по краям которой росли стройные кипарисы, источавшие вокруг дивный аромат, разносимый по округе свежим океанским бризом. Из-за купола Зала Совета начал выступать силуэт исполинского куба Цитадели. До неё было несколько сотен метров, и приходилось задирать голову, чтобы увидеть её вершину, которая сейчас была опоясана чёрным кольцом роившихся летающих боевых дронов. Они располагались на высоте, чтобы не попасть в поле действия скипетра Нибеля, но и оттуда не пытались атаковать ввиду большого риска причинить вред гражданам, лишь беспорядочно перемещаясь из стороны в сторону и постепенно поднимаясь всё выше.

Сама Цитадель, прежде строгая и минималистичная, предстала приближающимся к ней в серьёзно изменённом виде: её сочившиеся голубым электрическим светом стены во всю свою высоту, дорожки парка и все подступы к ней ощетинились массивными выдвижными орудиями, турелями, о существовании которых прежде жители Вилвормонта и не догадывались. Стволы орудий едва заметно дёргались, захватывая и ведя очередную цель, но вновь теряя её в толпе. Посередине залитой площади перед входом в куб, прилегавший к самой скале, располагалась самая крупная турель с телескопическим стволом прямоугольного сечения, по которому периодически пробегала бледно-голубая световая полоса, свидетельствующая о переводе этого внушающего определённую тревогу оружия в боевой режим.

Процессия шла медленно, и весь путь по аллее занял у идущих во главе её почти час, в течение которого ничего в облике Цитадели больше не изменилось, лишь облако дронов поднялось над зданием, перестав прикрывать его лицевую сторону, и хоть оно за это время немного приросло вновь прибывшими в боевое построение летательными аппаратами, но чем-то всерьёз угрожать плану Нибеля Секретарь так и не мог: Цитадель была беззащитна.

Сам Нибель невозмутимо стоял на небольшом возвышении перед выходом на площадь, обращённый спиной к ней и лицом к подходившим людям. Он молча смотрел поверх голов, будто искал в толпе кого-то. Наконец, явно не достигнув в этом успеха, он обернулся и окинул взглядом всех, кто его окружал, затем буркнул что-то стоявшим рядом с ним бойцам, и те начали подталкивать людей вперёд, к Цитадели.

Неуверенно шагая, граждане стали приближаться к стоявшей посреди площади турели, а Нибель спрыгнул со своего постамента и пошёл внутри этой группы. Вдруг он скомандовал всем остановиться, а сам решительно выдвинулся вперёд, медленно подошёл к турели, приподнялся на её платформу и положил свою ладонь на ствол орудия, опустив голову и закрыв глаза. Простояв некоторое время в молчании, он негромко произнёс:

– Ты знаешь зачем я здесь, машина.

Он открыл глаза и провёл рукой по корпусу турели.

– Я ясно понял это, когда увидел, как ты боишься меня. И это правильно.

Нибель обошёл платформу вокруг и вернулся к строю, оттуда продолжив:

– Но чего именно ты боишься? Своей смерти? Не думаю, что ты в полной мере понимаешь, что такое смерть…

Он прохаживался между людьми, осматривая их, будто выискивая кого-то.

– Я попробую тебе объяснить, – он подошёл к той же самой женщине, шедшей рядом с Вероном, и галантно улыбнулся ей. Та смущённо и растерянно улыбнулась в ответ. Нибель подал ей руку, и женщина положила на неё свою. Они вышли перед шеренгой и