Ариадна из чугуна и стали - Виолетта Орлова

нее на сердце с такой отчетливостью, как в эту минуту. Он поистине пронзил ее насквозь, заставив затрепетать от волнения. Чрезвычайно хорошо одетый – с каким-то даже лоском, но в меру, с красивым мужественным лицом, поражавшим своим благообразием, могучими плечами и фигурой атлета. Но что примечательнее всего в его внешности – так это рыжая грива волос до самых плеч. Благородный, красивый, богатый: словом, принц на белом паровозе.

Писаный красавец на секунду задержал взгляд на Элли, а затем вперил его в обидчика и весь воспламенился. Элли буквально почувствовала, как между мужчинами словно промчался поезд.

– Ты вроде гайки должен подкручивать, машинист? – с холодной издевкой поинтересовался спаситель.

– Здесь опасно. А я слежу за безопасностью пассажиров, – сухо отвечал обидчик. Слова вылетали из его рта с каким-то шипением, точно из патефона. Элли с удивлением взглянула на него. Теперь, когда страх отступил, она смогла рассмотреть маньяка во всех деталях. Машинист? Да, действительно, одежда его отличалась от той, какой щеголяли пассажиры первого класса. И если приглядеться, становилось видно – несмотря на опрятный вид, парень выглядит как служащий. Его ладони, грубо стискивавшие ей запястья, были измазаны в чем-то жирном и блестели. Машинное масло? Неожиданно ей стало противно оттого, что этот человек пытался лапать ее.

– Он напал на меня! – тихо проскулила она, нарочито добавляя в свой голос жалобные нотки. Элли страстно захотелось получить от защитника ободрение.

Рыжеволосый нахмурился.

– Слышал, Кей, что девушка говорит? Как ты посмел?

Парень, которого назвали Кеем, полоснул Элли ненавидящим взглядом: точно ослепляющим прожектором ей в лицо посветил.

– Ни на кого я не нападал, – тихо, но в то же время с чувством собственного достоинства возразил он. – Возвращайтесь в поезд.

Сказав это, он намеревался уйти, но рыжеволосый процедил ему в спину:

– За подобную выходку твоего отца в этом месяце лишат премии!

Кей нервно дернулся и на секунду замер, точно хотел что-то сказать, но потом, передумав, ушел. Элли почувствовала невероятное облегчение, страх прошел.

– Меня зовут Жан, – галантно представился рыжеволосый и помог подняться. – Мы с вами путешествуем в соседних вагонах первого класса, но еще ни разу не разговаривали… Этот дикарь ничего вам не сделал?

Элли вздохнула.

Рука Жана оказалась теплой и надежной, не в пример той, что лапала ее пару минут назад. Секунда – и она прижата к широкой груди спасителя. Можно было даже расслышать заманчивый стук его сердца.

– Жан… Жан Риваль? – вдруг удивленно воскликнула она, вспомнив кое-что важное.

Мужчина лукаво улыбнулся, а в его выразительных карих глазах загорелись смешливые искорки.

– Дурная слава обо мне ходит по всему поезду. Надеюсь, вы не поверили слухам?

– Предпочитаю лично определять достоверность информации, – живо отозвалась Элли.

– Что ж, постараюсь не разочаровать вас. Что вы здесь делали?

Элли покосилась на таинственную пустоту, которая уже не манила ее столь безудержно, как прежде. Чары рыжеволосого красавца оказались сильнее.

– Понимаю, – догадался не в меру проницательный Жан. – Сам люблю смотреть в бездну: опасно, но невыносимо притягательно.

– Что это такое? – не выдержав, спросила Элли.

Жан картинно приподнял рыжие брови, но ничего не ответил. Лицо его изображало один сплошной таинственный икс.

– Вернемся в поезд, – предложил он хриплым голосом. – Скоро трогаемся.

Глава 6, Регуляторная труба

13

Утро вновь началось с раздражающего стука колес и головной боли. И с медовой улыбки Анкеля, от которой ее уже начинало бросать в дрожь. Благообразный невротик сидел на ее кровати, поигрывая золоченым подносом, на котором стояла чашечка кофе и кокетливая бонбоньерка14 с рассыпчатым розовым щербетом. Надо бы забрать у него ключ от купе, чтобы он прекратил столь бесцеремонно нарушать ее личное пространство!

– Элли, сегодня у тебя важный день… Я все подготовил, на твоем столе лежит папка с документами… – тихо напомнил он, поднеся завтрак к самому ее носу. Малиновая сладость проникла в ноздри, вызвав тошнотворный спазм.

Важный день! Еще бы. Разговаривать с клиентами, задавать им вопросы (хотя она совершенно не представляла, какие именно!), и выявлять среди них поездного маньяка.

– Поставь, мне надо одеться, – нахмурилась Элли. И вздрогнула, ощутив, как бесстыдная рука помощника нырнула под атласное одеяло и смазано прикоснулась к ее коленке. Не к месту вспомнилась широкая и сухая ладонь Жана Риваля, и Элли почувствовала, как по спине от возбуждения поползли мурашки. Не может Жан быть убийцей!

– Анкель, уйди! – приказала она, и невротика как паром сдуло. Интересно, почему он так ее слушается? Кажется, будто она действительно имеет над ним власть… Задумавшись, Элли жадно проглотила щербет, запив его кофе, и тут же ощутила, как горло слипается от приторной сладости. Но это лучше, чем ничего. Вчера ей так и не довелось нормально поесть: к моменту, как они покинули станцию Агрыз, вагон-ресторан уже был закрыт. Впрочем, галантный Жан угостил ее сухой галетой с черной икрой – в целом, весьма неплохой ужин.

Слизывая с пальцев крошки щербета, Элли прогулялась до ватерклозета: удобное у нее купе – и спальня, и кабинет, и место для справления естественных нужд, все рядом. Вчера от Жана ей довелось узнать любопытную деталь: оказывается, вагоны третьего класса не располагали своими ватерклозетами! Отхожие места находились в багажном вагоне, и, чтобы туда попасть, пассажиры должны были, держась за поручни, карабкаться по весьма неблагонадежным мостикам вдоль внешней стены вагона, ибо в багажное отделение иначе было никак не проникнуть, только с улицы.15 И это на полном ходу! Хорошо, что у нее так чистенько, опрятно, и главное, выходить никуда не надо. Серебряная умывальница и удобный толчок.

Приведя себя в порядок, Элли убрала кровать, которая, благодаря нехитрому механизму, легко превращалась в диван, и села за стол. Анкель оказался точнее часов: если бы он ее не разбудил, она бы проспала первого клиента. С некоторым беспокойством Элли покосилась на внушительную стопку бумаг перед ней. Неужели ей сегодня нужно все это просмотреть? С каждым составить протокол, она ведь обещала Грейс. Элли попыталась представить, о чем должен говорить психолог с клиентом. Интересное дело, но она скверно помнила особенности своей профессии. Стало быть, нужно полистать предыдущие протоколы бесед. Элли как раз занималась этим небезынтересным делом, когда ее прервал раздражающий стук в дверь: первый посетитель. Она покосилась на часы: клиент пришел раньше на две минуты.

Элли встала, нацепив на лицо благожелательную улыбку. Но вся ее заготовленная благожелательность разом померкла, когда она увидела перед собой вчерашнего маньяка. Кей Корхонен, двадцать три года. Помощник машиниста. В списке ее клиентов не значится,