Ариадна из чугуна и стали - Виолетта Орлова

Надо выйти на улицу, проветриться. Хотя, собственно, какую улицу? В тамбур? Ведомая беспокойными мыслями, Элли распахнула гардероб и вздрогнула всем телом. Прямо перед ней среди многочисленных платьев с рюшами испуганно сжался незнакомый парень. Незнакомца безудержно трясло, однако, когда взгляд его упал на шелковую ткань, неприлично облепившую тело Элли, дрожь его утихла, а глаза заволоклись желанием.

– Что. Ты. Здесь. Делаешь? – строго поинтересовалась Элли, еще не оправившись от потрясения. Ее теперь каждую секунду будут ожидать сюрпризы? Сначала потеря памяти, этот странный поезд. Потом люди, которых она не узнавала, ее собственное лицо, – непривычное, чужое. А теперь еще и нервный парень, прятавшийся в ее шкафу! Кажется, сегодняшний день не задался с самого утра.

Парень несмело вышел из гардероба, на ходу неуклюже высвобождаясь от каких-то вычурных шалей.

– Прости, Элли, – виноватым голосом пролепетал он. – Ты же сама заставляешь меня прятаться в шкаф, когда к тебе приходят посетители?

Она заставляет?!

– Позволь загладить свою вину… – С этими словами парень неожиданно нежно обхватил ее за талию и прильнул к губам: поцелуй вышел приторно-слюнявым, и Элли тут же отпихнула нахала в сторону.

– С ума сошел? – гневно прошипела она, а чудак к ее огромному изумлению в панике закрыл уши руками. – Пожалуйста, не кричи, Элли! Я сделаю все что угодно, только не кричи, – залепетал он дергано. – Хочешь я… – Он бухнулся перед ней на колени, точно умоляя помиловать, закрыл уши руками и застыл в этой позе. Не лишенное привлекательности лицо его носило отпечаток какого-то первобытного ужаса, губы мелко дрожали, словно он сейчас расплачется. Элли с удивлением пробежалась взглядом по его лицу и фигуре: красивый мальчик, ничего не скажешь. Но все же не настолько, чтобы она сейчас воспользовалась своим положением.

– Возвращайся к себе, ладно? Мне надо передохнуть, – как можно ласковее попросила Элли.

И без того большие глаза парня широко распахнулись.

– А как же клиенты? Мне предупредить, что ты не сможешь их принять?

– Отмени всех, пожалуй, – задумчиво произнесла Элли.

Так что же, этот невротик – ее помощник?

– Да, да, разумеется! Прости, Элли! – крикнул на ходу чудаковатый парень и поспешно выскочил из купе. Элли искренне надеялась, что он нескоро захочет опять к ней пожаловать. Интересно, кого еще она найдет в своих шкафах? С некоторым беспокойством Элли покосилась на многочисленные гардеробы, буфеты и тумбы, игриво трясущиеся в такт движению поезда. Невероятно!

Затем Элли снова подошла к столу и взяла гусиное перо. Обмакнув кончик в чернила, она со скрипом вывела на листке бумаги:

Катастрофа.

Поезд.

Убийство.

На последнее слово, точно густая капля крови, наползла клякса.

Глава 5, Тормозная колодка

10

Нервозный парень из шкафа оказался Анкелем. Двадцать лет, не женат. Сел на поезд год назад – серьезно?! Диагноз: мизофония11. Это еще что?! Показано медикаментозное лечение. Управление стрессом, гипнотерапия. Лечение звуком.

Эту небезынтересную информацию Элли узнала из личного дела клиента. Анкель был ее клиентом! Это удивляло и ужасало одновременно. Удивительными казались их взаимоотношения: она что, спала с ним? Сейчас Элли представлялось это чем-то возмутительным, неужели раньше она придерживалась иных моральных принципов? Ужасало другое: поезд в пути уже год. Нет, в теории, такое возможно, однако куда они едут? На другой конец света? Целый год в пути, а она ничего не помнит! Страх снова овладел Элли, когда она сидела за столом, погруженная в проблемы своих клиентов. Этих проблем имелось в таком количестве, что они вполне могли затмить ее собственные – но увы. Единственное, с чем они справлялись, так это с погружением в необычный мир поездной романтики. Поистине с каждой минутой Элли открывала для себя что-то новое.

Здорово измучившись и проголодавшись, она со вздохом поднялась из-за стола. Надо было что-то предпринять. У нее сегодня выходной, так что она вполне может выйти из купе исследовать территорию. Поезд, который в пути уже целый год, несомненно, заслуживает внимания. Переодевшись в дорожный костюм и набив карманы местной валютой – рельсодорами, Элли отважно покинула убежище и тут же замерла на месте, ибо увиденное поразило ее воображение. Вместо узкого коридора перед ней простиралась анфилада огромных помещений, цеплявшихся друг за друга, как вагоны за локомотив. Над головой стрельчатые своды, повсюду свечи в бронзовых канделябрах, высокие окна до самого потолка играли цветными витражами, двери с тончайшей резьбой приглашали в купе, не менее торжественные и прекрасные. Тонкое сочетание ладанного дыма, кедра и жасмина щекотало ноздри. Статуи механических девушек и юношей протягивали руки из ниш в стенах, словно привлекая внимание к своей красоте. В их глазницах крутились шестеренки. Из резиновых колес, как из кадок, торчали кусты из меди. Но самое удивительное заключалось не в масштабности, изяществе и роскошестве, а в том, что все это колыхалось, ехало, перемещалось по неизвестному маршруту. Впрочем, неизвестным он представлялся лишь для Элли, остальные пассажиры наверняка были более осведомленными. По левую сторону от залов проходили линии купе со сдвижными дверями, которые выглядели под стать окружающей обстановке. Величавые, покрытые дорогой кожей, с лаково блестевшими молоточками. Восхищенная, Элли подошла к мозаичному окну: из-за цветного стекла казалось, будто мир по ту сторону ярок и весел. Однако, отыскав прозрачное стекло и присмотревшись сквозь него, она поняла: на самом деле мир беспросветно сер и уныл. Все утопало в пепле. Одинокие островки коричневой земли тоже просматривались, но иногда они сменялись странными пустотами. Точно так обстояло и с ее памятью. Элли остро захотела сойти с поезда: что там за мир, какие тайны он в себе скрывает?

И вот, точно повинуясь хаотичным мыслям Элли, раздалось три коротких гудка, и гигантский поезд принялся замедлять свой ход. Таинственная даль загорелась гостеприимными станционными огнями: неужели они куда-то приехали?

Поезд встрепенулся, оживился, точно был живым существом. И если ранее просторный коридор пустовал, что вполне объяснимо – предвечернее время, люди, видимо, готовились ко сну, либо же пребывали в ресторане, – то теперь выяснилось, что вагон первого класса изобилует весьма чопорными и прелестно одетыми господами. С наигранной леностью и неспешностью выходили они из своих временных жилищ, высокопарно здороваясь друг с другом. Однако беспокойные глаза их выдавали оживление. Впрочем, такое же испытывала и Элли: ведь они куда-то приехали! Уже не терпелось ступить