Все правые руки - Юрий Витальевич Яньшин

При последних словах Председатель пенсионного фонда дернулся, как будто его средь бела дня ударило молнией. Он замер, почти не дыша, с лицом белым как мел.

— Увеличить темпы производства, — меж тем продолжал Юрьев, — можно путем стимулирования потребления. А для этого, в свою очередь нужны три вещи. Снижение кредитной ставки для производителей и потребителей. Вливание денег в реальные сектора экономики для реализации прорывных мегапроектов, а не тупое сидение на мешках с деньгами. Ну и дополнительная денежная эмиссия, дабы увеличить потребительский спрос. Потому как людям, находящимся в стесненных материальных обстоятельствах, связанных с «удаленкой», элементарно не хватает денег на приобретение товаров первой необходимости. Как вам, мои предложения?

Тут не выдержал и встал во весь рост на защиту своего коллеги с трясущимися от отчаяния губами, бывший министр финансов в предыдущем составе правительства, а ныне Председатель Счетной палаты — Алексей Леонидович Курдин.

— Прошу расширенное собрание Правительства разрешить мне высказаться по данному вопросу.

— Разрешаю, — от имени всего собрания согласно кивнул Юрьев, предчувствуя новую схватку.

— Все началось с поднятия нового (старого) флага над кремлевскими стенами. И вот в результате этого, я уже час с ужасом наблюдаю за разворачивающимся на глазах всего населения шабашем охлократии, захватившей умы и сердца большого количества людей.

— Что вы называете шабашем охлократии? Радость людей по поводу возврата к потерянным истокам? — перебил его Юрьев, насупив брови. — Не зарывайтесь, и не оскорбляйте народ, называя его уничижительным именем. Ведите себя прилично, гАспАдин Курдин.

— Хорошо, — согласился он, поняв, что перегнул с эпитетами. — Однако моя гражданская позиция не позволяет мне покорно соглашаться с тем, что новая власть вместо того, чтобы проложить новые вехи к процветанию, тянет страну в пучину прошлого. Каким бы ни было славным прошлым, нельзя бесконечно пытаться эксплуатировать некоторые его положительные моменты. Невозможно дважды войти в одну и ту же реку. Понимаете ли вы это, ослепленные ностальгией по давно ушедшим временам своей молодости? — в свою очередь решил заняться риторикой главный счетовод страны, обращаясь к премьеру.

— О попытках вхождения в одну и ту же реку никто не заикался, — тут же парировал его слова Юрьев. — Речь идет о том, что в начале 90-х «гарвардские мальчики» в розовых штанишках, навроде вас и ваших коллег по либертарианскому цеху сумели заставить всю страну свернуть с широкого проспекта на проселочную дорогу, заканчивающуюся тупиком. А мы всего лишь делаем попытку отыскать утерянную магистраль на следующем витке новой для нас экономической модели развития.

— О какой такой магистрали вы изволили вести речь?! — невежливо перебил премьера бывший минфиновец. — Вы же тянете нас в «совковое» болото, из которого мы кое-как выбрались, и которое уже показало свою неэффективность тем, что от него отказались во всем мире. Даже латиноамериканские леваки! А вы нам тут предлагаете возродить Госплан!

— А Китай тоже, по-вашему, идет не той дорогой? — хитро прищурился Юрьев.

— Китай — это отдельная тема для разговора. Это не страна. Это отдельная цивилизация. И там тоже имеются свои нюансы, о которых сейчас не время и не место дискутировать.

Юрьев покачал головой, как бы соглашаясь с тезисом об иномирном происхождении Китая, а затем выдал:

— А я вам скажу даже больше. Система квотирования в ЕС, что это, по-вашему, как не скрытая флером ложного либерализма форма государственного планирования? Те же самые функции, призванные регулировать рынок от дефицита и перепроизводства. Это единственно верное направление в сложившихся реалиях, но и Госплан, поверьте на слово, тоже уже не выход. Это хороший, но пройденный этап. В свое время, если вы помните из научной литературы, мой дальний предшественник на этом посту — Алексей Николаевич Косыгин всерьез задумывался еще в шестидесятых годах о внедрении всеобъемлющей компьютерной системы, призванной в качестве универсального регулировщика экономических процессов. Однако несовершенство технической базы того времени не позволили ему осуществить задуманное. А ведь получись тогда у него хотя бы ввести в строй некий прототип электронной паутины, собирающей и суммирующей все процессы от планирования, производства и конечного потребления, то кто его знает, может быть, мы уже давно бы жили при коммунизме. Сейчас же, с развитием всемирной паутины интернета, эта идея из сферы фантастики, плавно перемещается в сферу прикладных задач.

Здесь Юрьев сделал паузу, чтобы немного передохнуть и собраться с мыслями. Впрочем, пауза длилась недолго. Борис Иванович, видимо окончательно решил судьбу бывшего министра финансов и личного друга покойного президента, а потому не мешкая перешел в контратаку:

— Я смотрю, Алексей Леонидович, что вы тоже, как и министерство экономического развития любите поспать. И пребываете в благостном сне с начала нулевых. Просыпайтесь, голубчик! Тучные годы уже миновали человечество. Тотальный дефицит всего и вся, начиная с минеральных ископаемых и заканчивая пресной водой и чистым воздухом, подвели нас жестокой рукой к этому нелегкому выбору. Снижение ресурсной базы отмечается по всем направлениям. В условиях их ограниченности, у человечества просто нет иного выхода, как вернуться к жестким мерам по планированию во всех отраслях народного хозяйства, включая вопросы демографии. Не мы своей прихотью, а время и обстоятельства окружающей среды диктуют нам условия по возвращению к социалистической модели хозяйствования. Это уже начали признавать даже так любимые вами западные либералы и корифеи от экономики, отягощенные лаврами нобелевского лауреатства. И у нас сейчас появился реальный шанс, с учетом прошлых ошибок, возглавить это общемировое движение или, на худой конец, быть в его авангарде наряду со все тем же Китаем.

— В ваших словах, уважаемый Борис Иванович, имеется существенный разрыв логической цепочки. Вы с одной стороны ратуете за увеличение рабочих мест, а с другой — говорите о тотальном их сокращении, — не сдавался Курдин. — Вы уж, простите, выберите, крест снять или трусы надеть.

— Православные, к коим я себя причисляю, ходят в баню, не снимая нательных крестов, — не принял его шутки Юрьев. — А в моих рассуждениях нет никакой алогичности. Речь идет не о тупом сокращении рабочих мест, а о грамотном их перераспределении. Все в том же Пенсионном фонде заняты более ста тысяч человек. Две трети, из которых — толстомясые тетки, наевшие телеса за игрой в «косынку» и получающие за это немалые деньги, в то время, как остро не хватает медсестер и воспитателей в детских садах. Да, что там далеко ходить? Вы вон полюбуйтесь на Максима Анатольевича, — кивнул он на застывшего в ужасе ста пятидесяти килограммового Председателя Пенсионного фонда. На него глянуть, так сразу видно, куда уходят отчисления граждан с их зарплат. Максим