Г 3 (СИ) - Игнатов Михаил Павлович "Аорорн"

Остались химеры и с ними сложнее. Слишком уж глубоко выжжено эфиром в их невеликих мозгах, кому они имеют право подчиняться и за секунды боя этого не сломать. Все знают это не хуже меня.

— Залп!

Тридцать болтов и десять стрел находят своих жертв. Пламит выжидает, пока на единственной улице посёлка не появится достаточное число целей и снова командует:

— Залп! Големов сомкнуть!

Ещё тридцать метателей остались взведены, на всякий случай, а оставшихся химер примут на щиты строевые големы. И Гвардеец.

Мысль-приказ и он делает два быстрых шага, вырываясь вперёд. Раскидывает руки. В них щит и молот. Одно древко его оружия длиной почти в два метра и удары молота рассекают набегающую волну химер надвое.

А я напряженно вглядываюсь в потоки магии вокруг, ища намёк на то, что здесь есть архимаг. Не может он проигнорировать такое у своего порога и я должен успеть отдать приказ Гвардейцу на активацию Истока и бегство.

Сражение, вернее, бойня длится не дольше минуты. Не понадобился ни третий залп, ни вступление в схватку бойцов. Хватило лишь големов, да отчаянно щелкающих тетивами десятка лучников.

И… Ничего.

Старшине Пламиту не нужно даже смотреть на меня. Он знает, в случае опасности, он и увидит, и услышит, как я начну действовать. У него, все эти недели десятки раз гонявшего бойцов на вечерних тренировках, своя задача:

— Зачистка! Разбиться на десятки!

Солдаты перепрыгивают истекающие слизью, еще дергающие лапами туши, продвигаются по улице, заученно растекаясь направо и налево в переулки. А я наконец довожу Гвардейца до нужного места и предупреждаю одновременно с командой:

— Точка! Активация.

Старшина и Каир даже не оборачиваются. А я вот не забываю это сделать и проверить ощущения Сети ещё и своими глазами. Все по плану — отчётливо видна часть строя, что перегораживает тропу и Ито, крутящий головой, чтобы видеть и тропу, и посёлок. Значит из леса тоже никто не выскочил. Ригий, который нас сюда привел, тоже там, под надежным присмотром.

Я развернулся на знакомый голос:

— Всем подняться и подойти ко мне!

Каир тоже пользуется этим приёмом, отдавать команды вслух, чтобы оповещать и бойцов — происходящее дело его рук, а не зелонцы решили снова ринуться в бой. Те, кого он до этого заставил упасть, сейчас безропотно вставали с земли. А к эфирнику бойцы уже волокли и стонущих «верных». Ничего. Сейчас их подлатает ротный лекарь Фемр из новых, на грудь навесят по лечебной фибуле и «верных» ждут вопросы. Но терять время никто не будет.

Первый отряд уже сбивал строй заново за краем посёлка. Жидкий и узкий. Но и поместье архимага не поражало мощью и неприступностью. Не прошло и минуты, как Лария сообщила:

— «Верные» утверждают, что Равра здесь нет уже три месяца. С тех пор ворота в поместье заперты, но там куча слуг-некроголемов и ещё двое верных.

Девушка отпустила амулет, заканчивая разговор с Каиром и уставилась на меня. Я махнул ей рукой, приказывая убраться на свое место в строю и оскалился:

— Вперёд!

Големы сделали первый шаг, второй, набирая ход, и в этот момент на стене, высотой всего в два роста появились четыре фигуры с луками. Бегущие вокруг сдёрнули щиты со спин, прикрываясь от полетевших стрел. Но мой щит, зажатый в Хлысте, накрыл Ларию. Она по-прежнему в кольчуге, а, значит, её запас устойчивости под стрелами меньше, как и опыт работы щитом. А я? Я чуть повёл голову в сторону, чтобы стрела ударила в толстый металл нащёчника, разминувшись с глазницей, прикрытой только плёнкой воздушной защиты брони и Доспехом. Для меня стрелы летели слишком медленно. Впрочем, некроголемы и успели сделать всего два залпа. Уже через десяток секунд Пламит скомандовал:

— Стоим! Залп!

И стены опустели.

Полсотни шагов и Пробой разносит ворота в щепки. Первым туда проскакивает Катирия, затем строевые големы. Короткая рубка во дворе, закончившаяся в один миг, как только ворвавшиеся солдаты получили команду о залпе.

А вот во внутренние помещения первым вхожу уже я, не обращая внимания на недовольный возглас Катирии. Нет никого лучше боевого мага для того, чтобы грудью встретить врага. Только у меня хватит защиты, скорости и силы, чтобы выдержать то, что гарантированно уничтожит любого из солдат. Или даже мастера меча. Довольно я был командиром и шел позади строя. Все и без того помнят мой приказ — передвигаться группами, в случае опасности подать сигнал одноразовым амулетом и стягиваться под прикрытие Сигны и Гвардейца с Истоком. Полсотни строевых големов купят нам время на бегство даже от архимага.

Если до этого дойдет.

Сеть растеклась по коридорам, лестницам, выстроив в моем сознании карту. Все было очень похоже на тот огромный дворец архимага, что я штурмовал в Кернатуме: анфилады комнат, галереи и аркады. Только в миниатюре.

Пинок в дверь. Пусто. Шаг дальше. Огромный Шип выносит дверь на другом конце холла, а следом сразу влетает Сфера. Хлопок. Впустую. Сеть, нырнувшая через порог, сообщает, что там никого нет.

Первый этаж и охрану холла оставляю Катирии и набегающим солдатам, а сам перескакиваю через две ступени, бегом поднимаясь по лестнице. Передо мной появляется ожившая статуя воина, с ног до головы закованного в позолоченные доспехи. Шип ему в ногу, а в миг, когда некроголем теряет равновесие, эспадон в длинном, невозможном для человека выпаде проскальзывает в узкую щель забрала, обрывая существование создания. За спиной грохочет по ступеням подкованными сапогами запоздавшая и ругающаяся Катирия. Дальше!

Вот только охраны поместья оказалось маловато и ни следа возможной засады. У нас даже раненых нет. А у меня всех потерь — порванный по низу плащ, которым я зацепился за щепу в одном из выбитых проёмов. От разглядывания потери меня отвлёк крик старшины Пламита:

— Тонму командир!

Я выглянул с лоджии, что опоясывали холл под самой крышей:

— Здесь.

— Спуститесь, тонму капитан. Там в подвале огромная дверь и явно закрыта магией. Диодр морщится, но ничего с ней поделать не может.

А вот это уже было интересно.

Освещенный желтыми шарами подвал внушал: целые катакомбы — потолок нависал надо мной на высоте метров пяти. Дверь была ему под стать — толстая плита камня в три метра высоты. Кого она должна пропускать и как этот кто-то должен был проходить через вход наверху, в самом поместье, выбитый мной Пробоем и даже после этого меньше высотой? Уточнил у напряженно замерших перед ней фигур:

— Что у вас?

Диодр с Ларией расступились:

— Тут явно плетение, но двусоставное. Похоже, нужен ключ-артефакт.

Я кивнул, показывая, что услышал и нырнул в Сах, чтобы оценить самому. Дверь и впрямь покрывали рунные цепочки. Причём это явно была работа артефактора — он использовал чужую ему стихию земли, чтобы придать камню прочность. Подобную работу я встречал: на таком же принципе строились ворота между секторами в Пеленоре. После сигнала тревоги их можно было открыть только ключами старших караулов. Но я видел и отличия. Поделка передо мной была очень… примитивной.

Диодр кашлянул, привлекая моё внимание:

— Пробой, тонму капитан?

Я отрицательно покачал головой. Здесь артефакт нужен лишь, чтобы подать сырую ману для движения плиты. Чего опасаться там, где маги либо служат Кернариусу, либо безропотно входят на алтари? Подобный «ключ» я мог бы изготовить за половину часа. Ещё можно поискать его в кабинетах наверху. Но есть и быстрый путь…

Хлысты сдвинулись, протягивая ближайшему солдату мой щит и эспадон. Через секунду я вскинул руки, помогая себе вычерчивать незнакомую последовательность рун. Они и сами сильно отличались от привычных мне. Но законы Искусства были общими для всех: блок условия, цепочка передачи, накопитель. Сначала я влил свою ману, а через мгновение слил из жил остатки бегущего по ним огня маны Истока, что зачерпнул еще в поселке. Ничего. Мало. Я увеличил размер своей отмычки, самым простым образом увеличивая емкость накопителя в плетении — масштабируя блок — протянул к нему руку. Отправил в конструкт еще порцию маны. Ещё. Ещё.