Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Молли! — неожиданно вырвалось из него. Но у него не хватило сил на крик, он выдохнул его. Плача, он сжал её тело, и прошептал: — Я совершенно один. Совершенно один. Молли. Ты не можешь умереть. Я не вынесу этого одиночества.

Я молчала. Не напомнила, что у него все ещё есть я, а значит, он не одинок. А ещё Неттл, да, и Чейд, и Дьютифул, и Олух. Но я поняла его сердце. Не могла помочь, но поняла, какие чувства выливались из него, подобно крови из смертельной раны. Его горе отражалось моим. Никогда больше не будет такой, как она. Никогда никто не будет любить нас так полно, так беспричинно. Я отдалась его горю. Я растянулась на спине и смотрела, как темнеет глубокое небо и появляются первые летние звезды.

Нас нашла кухарка. Она вскрикнула от ужаса, а потом побежала к дому, чтобы позвать на помощь. Пришли слуги с фонарями, немного напуганные дикой скорбью хозяина. Но им уже не надо было осторожничать. Силы покинули его. Он не смог подняться с колен, даже когда они с усилием вытащили тело из его рук, чтобы унести в дом.

И только когда они подошли ко мне, он пришел в себя.

— Нет, — сказал он, и в этот момент заявил свои права на меня. — Нет. Теперь она моя. Детёныш, иди сюда, ко мне. Я отнесу тебя.

Я стиснула зубы от его прикосновения, когда он взял меня. Я выпрямилась, напряглась и отвернулась, как всегда, когда он прикасался ко мне. Я не могла переносить не его, а его чувства. Но я знала правду и должна была её сказать. У меня перехватило дыхание, и я прошептала ему на ухо стихотворение из своего сна.

Когда пчела на землю упадет,

Вернется бабочка, её спасет.

Глава 11

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС

Ты была права. Я рассказал не все, что знаю о тех событиях. Чейду я сказал только самое необходимое. И то, что я сообщу здесь, предназначено только для глаз мастера Скилла. Мы оба любим старика и знаем его страсть к риску в погоне за информацией.

Первое, что нужно тебе понять — по-настоящему я там никогда не был. Я спал, и во сне использовал Скилл. Но как одна из сновидцев Скилла, ты лучше всех поймешь, что все, что я увидел там, я видел глазами короля Верити.

В моем сне мы были в разрушенном городе. Он все ещё хранил воспоминания, как, мы теперь знаем, способны некоторые города Элдерлингов. Я видел его, полный изысканных парящих башен, изящные мосты, толпы странных людей в светлой одежде. И знал, что Верити ощущает холод и темноту, разбитые улицы, каждую упавшую стену, которую ему приходится преодолевать. Яростный ветер гнал песок. Верити нагнул голову и поплелся к реке.

Я воспринимал её как реку. Но это была не вода. Это был Скилл, жидкий, как расплавленное золото или, скорее, струящееся красное железо. Мне казалось, он светится черным. Но в моем сне была ночь и зима. Был ли там цвет вообще? Не знаю.

Помню, как мой король, измученная тень человека, опустился на колени у берега и безжалостно погрузил руки в это вещество. Я разделил его боль и клянусь: оно разъедало плоть и мышцы его рук. Но когда он отпрянул от этого потока, его руки до плеч осеребрил Скилл, наполнив магией в её самой крепкой и могущественной форме.

Ещё сознаюсь тебе, что помог ему удержаться и не броситься в этот поток. Я дал ему силы сделать шаг назад. Если бы я действительно был там, во плоти, не уверен, что смог бы противостоять искушению утопиться в этой реке.

Так что я рад, что не знаю дороги к ней. И не знаю, как Верити обнаружил её. Не знаю, как он дошел оттуда в карьер. Я подозреваю, что он использовал колонны Скилла, но какие символы вели туда, не знаю и знать не хочу. Несколько лет назад Чейд попросил меня пройти с ним через колонны, вернуться к каменным драконам, а оттуда — в карьер, чтобы найти столбы, которые мог использовать король Верити. Тогда я ему отказал и продолжаю отказывать.

Прошу, ради безопасности всех, держи все сказанное мной при себе. Уничтожь этот свиток, если его получишь, или хорошенько спрячь. Я искренне надеюсь, что это место далеко, очень далеко, и достигнуть его можно только с помощью ряда переходов, что никто из нас никогда не совершает. Небольшого объема Скилла, которым мы научились управлять, хватит нам с лихвой. Давай не будем стремиться к власти, которая превысит нашу мудрость.

Из не отправленных свитков Фитца Чивэла Видящего мастеру Скилла Неттл.

Есть концы. Есть начала. Иногда они совпадают, и окончание становится началом. Но иногда после конца идет длинный пробел, время, когда кажется, что все закончилось и ничего уже не начнется. Когда Молли, хозяйка моего сердца со времен отрочества, умерла, так оно и было. Она закончилась, и ничего не началось. Нечем было отвлечься от этой пустоты, искупить мою боль, придать её смерти какой-нибудь смысл. Вместо этого её смерть сделала свежей раной каждую потерю в моей жизни.

В последующие дни я был бесполезен. Неттл прибыла уже к утру той ночи, Стеди и Риддл прибыли чуть позже. Уверен, она прошла через колонны, и парни тоже. Сыновья Баррича и Молли, их жены и дети добрались так быстро, как смогли. Приехали другие плакальщики, люди, которых я должен был встретить, которых я должен был поблагодарить за заботу. Может быть я это делал. Понятия не имею, что я делал в те длинные дни. Казалось, время не двигается, тянется бесконечно. Дом был полон людей, болтающих и едящих, едящих и болтающих, плачущих, смеющихся, вспоминающих о временах, когда я не был частью жизни Молли, пока одиночество не загнало меня в спальню и не заперло дверь. И все-таки отсутствие Молли ощущалось сильнее чьего-либо присутствия. Каждый из её взрослых детей оплакивал мать. Чивэл плакал, не стесняясь. Свифт ходил с пустыми глазами, Нимбл просто сидел на одном