Ревизор: возвращение в СССР 40 - Серж Винтеркей

ли Умару после поступления квартиру снимать, или лучше, чтобы в общежитии жил? Меня порадовало, что нет версии подселить его к Ахмаду лет на пять пожить в его квартире. Вот это нормальные родственники, а то всякое бывает…

Посоветовал все же жить в общежитии, сказав, что так он заведомо больше друзей заведет во время обучения. А это очень важно для будущей карьеры. Почему важно – говорить не пришлось, чеченцы, у которых все завязано на родственные и дружеские отношения, прекрасно это сами понимали.

Потихоньку и все остальные гости подтянулись вместе с Галией. Ну а затем стали готовиться уже к самому празднику. Как оказалось, Ахмад вместе с Вахой и Мухсином с самого утра на базар поехали, и продукты они оттуда, естественно, к нам привезли, потому что у нас праздновать будем. Жизнь на кухне закипела, хотя Галию особо не подпускали помогать, Халима вместе с Заретой сами готовкой занялись. И что-то наверху, конечно, и мама тоже готовила.

Через два часа и столы уже накрыли, собрались все вместе у нас в гостиной и начали праздновать рождение Рината. По старшинству первым выступил дядя Ахмада Малик:

– Да будет счастлива его жизнь, да будет благословенно его будущее, – сказал он, посмотрев на втыкающего в потолок Рината и широко улыбнувшись. – Желаю здоровья и отцу его Ахмаду. И матери Аполлинарии тоже. Большое дело, конечно, когда сын родится, и большая ответственность, но вы к этой ответственности полностью готовы.

Короткий и емкий тост, чем мне очень понравился, как раз в моём стиле – то, что я люблю. Также он тут же вручил подарок Ахмаду по случаю рождения сына – серебряный портсигар. Я его мельком только увидел, но такое впечатление, что он трофейный, со второй мировой войны остался. С какого-нибудь убитого немецкого офицера сняли, небось. Для нашей страны, по-моему, один из самых лучших подарков! По назначению же его использовать вовсе не обязательно, а с идеологической точки зрения просто превосходный подарок!

Дальше Ваха выступил, тоже коротко и сугубо по делу – подарил серебряную цепочку для новорождённого. Насколько увидел, было в ней граммов так двадцать, не меньше – так что в ближайшие годы на ребенка точно такое надевать нельзя.

Пошли и дальше тосты. После каждого что-то дарили, либо для ребёнка, либо для Ахмада с женой. Учитывая, что это был второй праздник подряд на этих выходных, я немножко уже утомился, поэтому дальше всё как-то проходило в основном мимо меня. Да и праздник вышел более традиционный, чем вчера. Песен не пели, пельмени не лепили, вели себя за столом все достаточно строго, но в целом все же посидели неплохо.

Застолье закончилось, и я смог пойти поработать к себе в кабинет, а Ахмад с гостями пошёл на метро показывать им город. Ну и, конечно, я уверен, проведёт их по ГУМу и по другим полезным магазинам, где всякие интересные вещи, которые в провинции достать нельзя, в открытой продаже в Москве лежат.

***

Италия, Больцано

На прошлых заказах Тарека Адриано Ринальди заработал много денег. Наверное, не будь их, он и не решился бы затеять ремонт и расширить свое агентство. Теперь на него работало уже четыре человека, и он гордо именовал себя главой детективного агентства, а не представлялся, как раньше, детективом.

Терять такого важного клиента, как Тарек, было никак нельзя, поэтому глава агентства был очень заинтересован в том, чтобы этот заказ выполнить быстро и качественно. В то же время он прекрасно понимал, что простым он отнюдь не был, поскольку те, кто изготавливает и продают подделки, прекрасно знают, что они нарушают закон, и не стоит полагать, что они не способны замаскировать свои следы.

Первые шаги уже были предприняты. Один из его детективов, Франко, посетил тот самый цветочный магазин, где для реализации выставили поддельные чемоданы на колёсиках, и завязал длинный разговор с владелицей магазина, синьорой Гравано, которая сама же была там и продавцом. Он наплёл ей с три короба про себя, сказав, что он якобы является владельцем небольшого магазина в ста километрах отсюда и тоже заинтересован продавать такие же чемоданы, поэтому очень бы хотел узнать, куда можно обратиться за тем, чтобы получить возможность тоже продавать такие чудесные, хорошо востребованные изделия. Судя по реакции продавщицы и владелицы, она понятия не имела о том, что эти чемоданы подделка, потому что тут же рекомендовала ему обратиться на фабрику Тарека, про которую все в Больцано знают. Детектив спросил её, там ли она взяла эти чемоданы. Но и ответ на этот вопрос никак не помог продвинуться в расследовании. Она сказала, что эти чемоданы впервые полторы недели назад привез какой-то неместный коммивояжёр, который предложил ей продавать их на постоянной основе. Она сказала, что он не появится здесь раньше, чем недели через полторы, поскольку он дал ей на реализацию этого товара три недели. И не смогла и как-то внятно описать его, сказала только, что это был мужчина в теле, лет сорока, а лицо и вовсе якобы не запомнила.

Ждать полторы недели, чтобы поймать продавца фальшивых чемоданов, и попытаться выйти через него на производителя, Адриано Ринальди готов никак не был. Если он не даст никаких результатов уже в ближайшие дни, Тарек, скорее всего, отправит его агентство в отставку и найдёт кого-то другого, и в принципе, злиться на него будет не за что. Такого рода вопросы надо решать оперативно, у Тарека серьезный бизнес, и конкуренты ему не нужны.

Поэтому Андриано также поднял свои связи в криминальном мире Больцано, выйдя на лидера самой крупной местной преступной группировки, Винченцо Грава, но время, потраченное на общение с ним, было спущено в унитаз. Тот понятия не имел ни о каких чемоданах, ни о настоящих, ни о фальшивых, правда, владельца детективного агентства впечатлило то, что тот о Тареке отзывался сугубо положительно, если не сказать восторженно. При этом так и не пожелал пояснить, почему вдруг у него к тому такое отношение.

Но в целом у директора детективного агентства сложилось представление, что Грава ни в чем не замешан.

Раз остальные варианты не сработали, у Андриано остался последний вариант, подкуп должностного лица при исполнении. Его знакомый полицейский получил взятку в 20000 лир, после чего охотно отправился в его компании к владелице того самого цветочного магазина, чтобы