Ревизор: возвращение в СССР 40 - Серж Винтеркей

– Так что, тёзка, – сказал он мне, – получается, что мы пока что без площадок остались?

– Что есть, то есть, похоже, что ближайшие несколько месяцев нам ничего не светит.

– Да что несколько месяцев? – сказал Сатчан. – Как похолодает, так уже фундамент нормально для площадки не зальёшь, значит, уже до весны нам ничего не светит.

– Хорошо, что зимой не особенно и шуметь будет детвора, – сказал я. – Площадками получится у детворы пользоваться всяко поменьше, так что и шума, и гама будет на них тоже мало.

– Ну для тебя хоть такое утешение, хотя и так себе, – сказал Сатчан. – А я и вовсе пока без ничего останусь.

– Да, раз теперь в три смены будут клепать площадки, чтобы улучшить ситуацию с шумом при дворах внуков членов Политбюро, то у нас с тобой ни одного шанса нет, что удастся хоть одну для себя заполучить. А нам же не одну надо, а тебе минимум две и мне минимум три. – согласился с ним я.

***

Святославль, сквер перед горисполкомом

Шанцев стоял взволнованный перед народом.

Вот, наконец, и готова первая площадка, которую сделали по привезённым Пашей эскизам и чертежам. Он сразу велел директору Механического завода более одной готовой площадки не делать, сказав ему, что нужно проверить её в действии минимум пару недель. Пусть дети полазят, и посмотрим, не будет ли каких-то нареканий от родителей. А то зачем нам в широкое производство пускать модель, которая ещё не отработана полностью? Тем более, конечно же, по отдельным материалам московских стандартов соблюсти никак не удалось. Взять ту же самую нержавейку. Это в Москве себе нержавейку могут позволить. А здесь, к сожалению, не те совсем возможности… Пришлось вместо нержавейки использовать крашеное железо.

Площадку поставили в сквере прямо напротив исполкома, потому что с этим тоже была серьёзная заковыка. Одна из первых мыслей, что Шанцева посетила, когда выбирали место для площадки, была, что всякие алкаши и хулиганы сделают все возможное, чтобы новенькую красивую площадку разломать. Не могут некоторые сволочи пройти мимо красоты, не попытавшись её испоганить. Вот такая у них натура, и никаких сомнений, что ничего не изменится, даже когда они такую красоту увидят, у Шанцева и не было. Поэтому после долгих раздумий была выбран для площадки сквер напротив горисполкома: тут всегда есть милиция, тут даже самый отчаянный пропойца или хулиган не рискнёт свои руки распускать.

А после тяжких раздумий Шанцев решил, что следующие площадки, если всё будет признано нормальным по итогам эксперимента, надо ставить уже при школах и при детских садиках. Всё-таки там тоже есть и в дневное время и ночное кому приглядеть за тем, чтобы новенькие площадки не страдали от рук вандалов.

Народу на открытие площадки собралось видимо-невидимо, поскольку площадку возводили несколько дней, и, естественно, в маленьком городе информация о ней облетела всех, кого только можно. Только взрослых было больше пяти сотен, а уж детишек собралась вообще толпа. Ну и понятно было, почему такой ажиотаж. Площадка получилась ещё краше, чем на картинках, что Ивлев привёз – просто загляденье какое-то. И естественно, по городу уже больше месяца активно шли слухи о том, что в Святославле скоро появится детская площадка, сделанная по самым высоким московским стандартам, равной которой в других городах Советского Союза просто-напросто нету.

Шанцев стоял перед народом, а сам опасливо на людей посматривал. А если они все сейчас ломанутся к площадке? Как бы они друг друга не передавили, как на Ходынке при коронации российского императора произошло…

Прокашлявшись, Шанцев начал свою речь:

– Товарищи, всё лучшее детям – это было, есть и будет принципом советской власти. Вот и мы в Святославле не собираемся отставать от тех высоких стандартов, которые есть на просторах нашего необозримого и могучего Советского Союза. Так что, товарищи взрослые и дети, хочу вас поздравить: первая площадка из многих, которые будут установлены в Святославе, сегодня вводится в строй.

Шумные аплодисменты и радостные крики детворы прервали выступление Шанцева. Улыбнувшись, он терпеливо подождал, когда толпа утихнет, и продолжил:

– Сразу попрошу вас, товарищи, внимательно следить за всякими нехорошими элементами, которые попытаются испортить эту и другие площадки, что мы установим. Руки отрывать им, конечно, не надо, но милицию и дружинников вызывайте обязательно, пусть эта красота как можно дольше служит нашим детям!

Опять одобрительный шум толпы, на фоне которого Шанцев различил, как кто-то выкрикнул уверенно:

– Поотрываем, поотрываем, товарищ Щанцев, сами таким негодяям руки и без всякой милиции!

Ну что же, авось народ сам будет присматривать за новинкой…

***

Московский городской комитет КПСС

Гришин положил трубку после телефонного разговора и улыбнулся широченной улыбкой. Выслушав до конца Захарова, он всей душой поверил, что его план сработает, потому что он основан на понимании тайн человеческой души, как он сам ее понимал. Сам он до такого не допетрил, но стало ясно, что идея очень даже ничего. И так оно и оказалось: достаточно было площадкам постоять три дня под арестом с привлечением дружинников, которые не позволяли детворе пользоваться ими, как возмущённые до глубины души внуки членов Политбюро насели на своих родителей, и те были вынуждены капитулировать. Все те члены Политбюро, что позвонили ему лично или через помощников с требованием любыми путями уладить этот шум под окнами их детей, аккуратненько перезвонили снова с просьбой вернуть всё-таки площадки в строй. И Демичев тоже, причем в этот раз уже сам, а не через помощника обратился.

Гришин использовал этот момент для того, чтобы пояснить о тех мерах, которые предпринимаются для того, чтобы через несколько месяцев ситуация была полностью урегулирована. Рассказал, что «Полёт» сейчас в три смены клепает новые площадки, которые будут расставлены в соседних дворах и тем самым снизят наплыв детворы. Насколько он знал и понимал, как оно всё устроено, эта информация немедленно дойдёт и до ушей других членов Политбюро. Так