Ревизор: возвращение в СССР 40 - Серж Винтеркей

Надо же, как я недооценил Захарова! – удивлялся он. Такой вроде был тихий, непритязательный. Но не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся. Как он меня подловил, когда я, действуя нахрапом, разрушил его планы на эти площадки! Но что самое важное – своё место всё же знает! Как подловил, так и предложил план, как всё немедленно исправить.

Да, надо всё же присмотреться к нему повнимательнее: такой хитрован всегда в обойме пригодится. Главное – чтобы он своё место знал на будущее. Но всё же пока что он решил подождать: пусть сначала этот кризис с детскими площадками действительно успешно разрешится. Кто его знает, как оно дальше сложится? Если вновь возникнут какие-то проблемы, то пусть Захаров снова себя покажет. Если действительно всё разрулит или предложит способы это сделать, которые его устроят, вот тогда можно уже будет с ним на более серьёзной основе и договариваться.

***

Москва, спортивный зал завода «ЗИЛ»

После тренировки услышал, как Марат с Мишкой Наташу какую-то увлеченно обсуждают. Мишка что-то тренеру рассказывает эмоционально про нее, руками размахивая… Тот только посмеивается и головой качает. Заинтересовался. Подошел поближе.

– Представляешь, Наташа в Москву учиться перевелась! – восторженно заявил мне Миша, заметив мой интерес к теме обсуждения.

– Здорово, конечно, – кивнул ему, – знать бы еще, о ком речь?

– Это девушка, в которую Миха в походе летом втюрился, – хохотнул Марат. – Мы рассказывали про нее, ты забыл просто. Думали, что случайное знакомство у нашего Михаила случилось, а поди ж ты…

– Ничего не случайное, – возмутился Мишка. – Мы между прочим переписывались с лета постоянно. Я в Калинин на каникулах собирался… А тут выхожу после пар, а там она стоит. Нашла меня…

– Да, понял-понял, все серьезно… – шутливо замахал руками наш тренер и тут же добавил, – ладно, болтайте, мне нужно с Аишей переговорить.

Ого, какая девушка настойчивая, – присвистнул я мысленно. – Видно, понравился ей Мишка сильно…

– Это впечатляет, дружище, рад за тебя, – сказал Мишке, – когда познакомишь?

– Да когда скажете, – улыбнулся друг. – Я и сам уже подумывал. Марат-то знает Наташу, а с вами все никак не познакомлю. Но напрашиваться в гости неудобно было, у вас же дети…

– Мы попросим их сильно не кусаться, – с серьезным лицом пояснил я ему и тут же расхохотался, увидев, как у друга лицо озадачилось. – Миха, ну ты чего? С каких пор дети – это препятствие для общения? Мы с Галией всегда друзьям рады.

– Хорошо. Тогда можем в выходные встретиться, – предложил Мишка. – Мы придем с тортиком или можно всем вместе сходить куда-нибудь, если погода позволит?

– У меня есть предложение получше, – улыбнулся я. – Как насчет пельменей?

– Каких пельменей? – опешил Мишка.

– У нас завтра небольшой сабантуй намечается. Брагины на пельмени позвали. Присоединяйтесь. Если будете лепить, то где-то к часу дня можете к нам подруливать. Если хотите просто покушать, то после трех…

– Погоди. Брагины позвали гостей на пельмени к вам домой? – решил уточнить Мишка.

– Ну да, – я весело кивнул. – Они хотели у себя сначала, но я сам к нам предложил перебраться. В однокомнатной такой толпой неудобно было бы.

– Ну дела. А я еще боялся, что мы вас побеспокоим, если вдвоем заглянем, – рассмеялся Мишка и добавил. – Конечно, придем! Спасибо за приглашение! Пельмешки я люблю…

***

К Ахмаду пошли сразу после моей тренировки. Я только ополоснулся чуток, надел рубашку да джинсы, да и пошли в гости.

Открыла нам мама, и очень обрадовалась.

– Я уж звонить вам собиралась по телефону. – она с гордостью оглянулась на красный аппарат, стоявший на тумбочке. Можно понять, не налюбовалась еще им. – Думала уж подзабыли, что сегодня к нам должны прийти…

– Да как можно, мам! – только сказал я ей, как тут и Ахмад появился, что сразу прервало наш спор о том, кто о чем забыл.

– С возвращением еще раз, а то в прошлый раз и руку пожать не мог! – сказал я опрометчиво, и неудивительно, что Галия тут же задалась вопросом:

– Почему?

– Грязная была! – сказал Ахмад за меня. – Паша, я с самолета никакой был, совсем забыл тебя спросить – в субботу почти в ночь родичи мои из Чечни приезжают, можно у вас часть народу положить, а то к нам все не влезут? А то праздник по случаю рождения сына все с августа откладывали, куда уж больше-то?

– Конечно, можно, – улыбнулся я. – Много народу-то будет?

– Зарета, Джамал, Ваха, Иса, Мухсин, Малик и Халима, если здоровье позволит. Старая она совсем уже.

– Тогда, получается, праздновать тоже у нас будем, сюда мы никак не влезем. – сказал я.

Ахмад и спорить не стал, не такие у нас отношения, чтобы по пустякам спорить.

Прошли на кухню, там мама уже стол накрыла, чай с тортиком организовала, и тортик сама испекла. А Ахмад тут же куда-то метнулся, а потом со свертками бумажными вернулся.

– А я вам гостинцы привез! – радостно сказал он. – И спасибо, Паша, что за установкой телефона проследил, а то Поля так волновалась, так волновалась, что без меня будут устанавливать!

Я лишь рукой махнул. Что я маме не помог бы, что ли?

– Так, – сказал Ахмад, разворачивая первый большой свёрток, – это унты вам с Галией! Надеюсь, с размерами угадал!

Вот это царский подгон! Поблагодарили, конечно, Ахмада от всей души с супругой.

Но аттракцион неслыханной щедрости еще не закончился. Ахмад начал сдирать бумагу со второго свертка, еще большего по размеру.

– А это рога оленьи, на стену повесите, одежду вешать! – сказал он, когда я и сам догадался уже, что там внутри.

Эх, вот рога в мой дизайн точно не впишутся, но пока что делать нечего, надо благодарить. Потом буду думать, как от этих рогов избавиться, отчима не обидев.

Но и на этом с подарками покончено не было. Нам