Сад Учителя - Ольга Обнорская

Откуда прилетает к нам любовь? Что это за сила? Почему она снова так властно встала на моём пути? Вот вопросы, которые я задаю себе и слышу всё тот же один ответ: «Вы обещаны друг другу». Так если же это неизбежно, к чему противиться? И почему прятать за словами то, что всё равно прожжёт все слова, все расстояния и выплеснется наружу. Мне сейчас надо только одно, хочу слышать от Вас: так ли Вы любите меня, чтобы захотеть соединить наши жизни, так ли верите, что это уже где-то скреплено и завершено, а нам предстоит только оформить на земле, и так ли всё Ваше существо стремится ко мне безудержно и страшно, как я стремлюсь навстречу Вам?.. Я не хочу никаких недомолвок, никаких неясностей, я не хочу «играть в влюблённость»… Для меня это стал вопрос жизни, очень важный, который повлечёт за собой много последствий. И я потому ещё сама поднимаю так чётко этот вопрос, что на одной из бесед У. повелел мне самой вопрошать жизнь, а не ждать, что кто-то будет её решать. И я «вопрошаю» ясным, громким голосом, и я гляжу прямо в глаза моей судьбе, не испытывая никакого ложного стыда за мою смелость, и я жду такого же решительного ответа. Я бы хотела, чтобы и это письмо было бы Вам легко читать и чтобы всё, что я Вам пишу, нашло бы отклик в Вашем сердце…

День клонится к вечеру… Скоро 5 часов. Эти дни я не пропускаю часы. В сердце тишина. Я уже стала совсем шоколадная от солнца. Уйду отсюда, когда солнце уйдёт в море, и унесу с собой тишину сердца и солёные губы.

Ну вот и окончен день… Зажглась лампа. Я перечитала и переписала всё, что было собрано за день. Чудесно всё! У меня уже начата седьмая книжечка. Я Вам посылаю свой блокнот. Там плохо написано, не знаю, разберётесь ли… Но там есть много существенного для нас с вами. В сущности, мне не надо было бы посылать этого письма. Вы сами могли бы написать и даже, может быть, пишете что-либо подобное, что написала вам я. Но во мне словно разрывается динамит, и я не могу оставаться ни инертной, ни спокойной. Никто не может решить нашу судьбу — только мы. Детали все устроятся, я об этом не волнуюсь. Мне важно знать: действительно ли это огонь с неба или это призрачный огонь с болотной трясины, который может, завлекая, увлечь в трясину… Нет, нет! Возможно ли тогда, чтобы У. говорили об этом огне? Нет, я отказываюсь даже думать так.

Вместо чудесного стихотворения Кр. я Вам посылаю другое, оно не из лучших, но сейчас звучит моему (и вашему?) сердцу.

В тёплых руках весеннего ветраКачаются цветущие яблони…И душистая бело-розовость лепестков,Как снег, проносится в воздухе.В тёплых руках твоих, о Возлюбленный,Качается моё сердце, как яблоня.И словно лепестки её, летящие в воздухе,Летит моя Радость за Тобой!

Ваша Л.

P.S. Сейчас ночь, я проснулась от какого-то счастья… И я ясно ощутила свет в области сердца. Он ещё очень слабый и нежно-персикового цвета. Но это меня наполнило таким ликованием, что я не могу заснуть. И вот Вам, родному и близкому, я хочу сказать первому об этом счастье. И значит, моя любовь не грешная, значит, она действительно «огонь с неба», если при ней расцвёл цветок моего сердца. Об этом не говорите ещё никому. Но у меня к Вам просьба. Когда получите это письмо, и если оно зазвучит в Вашем сердце и Вы согласны с выраженной мною волей, то Вы пришлите мне телеграмму, хотя бы одно слово: да! А если не согласны, то не присылайте… Но не может быть, чтобы Вы были не согласны?! Я жду и телеграммы, и письма, и я жду, жду нашего счастья!..

Ваша Л.

2.10.36

Это не письмо, это мои творческие мысли, которые я посылаю Вам. Так вот что пришло в моё сердце:

Надо иметь мужество, очень много мужества, я бы сказал, отваги и огня в сердце, чтобы без прикрытия встретить все трудности пути. Надо ли говорить, что всё это готовится не одним годом жизни или даже всей жизнью, а веками, когда выковывается в сердце эта железно-огненная устремлённость, когда сердце готово вступить в общую цепь и знает, для чего оно бьётся в мире. Надо иметь чёткую и тонкую установку (цель!), надо понять своё назначение в жизни, надо уметь вовремя закрепить брошенные тебе У. слова, намёки слов. Надо найти в себе возвышенную приподнятость и трепет чувств, холодную и мудрую сдержанность ума и ледяное спокойствие там, где вопросы касаются духовных глубин. Только тот, кто в себе имеет силы на такое мужество, может расcчитывать встать в ряды истинно идущих. Вихрь, взлёт, гром, сверкание молнии, порыв — всё это экстаз, длящийся мгновение или века, но он проходит, и сердце опять погружается в страшный опыт повседневности, когда, казалось бы, нет ничего, что придало бы сердцу силы для взлёта его творчества. И тут нужно мужество, тут нужно, не выпуская из рук оружия, бороться, бороться с собой, с теми мелочами, которые подобно мошкаре досаждают на каждом шагу. Но, борясь, вы должны помнить, что это всё пройдёт. Истинное мужество, оно найдёт новые способы свершения, оно претворит всё вокруг себя в нужный свет. В великой простоте сердца — великая мудрость познания. Творите жизнь в каждом её миге, пребывая светлыми, творчески приподнятыми. Славославьте Жизнь в сердцах ваших! Не о гимнах церковных напевов я говорю вам, а о гимнах Жизни, когда сердце знает, чего оно хочет, когда оно утверждает себя, срывая с себя покровы самости, и растворяется в той великой Жизни, которая и есть истинная сущность каждого.

Кр.

И вот ещё стихи, которые я тоже написала сегодня вечером:В ладони вечера вложите тишинуИ мир сердец… Не будьте беспокойны.Омойте сердце тишинойИ близостью заката…Окончен день. Но завтра новый свитокВам развернёт сверкающее утро.Умейте начертать в нём мудроПростые, но великие дела.

Вот и всё. Я сегодня послала Вам письмо, а сама уехала в Туапсе. Завтра я вернусь обратно домой. Конечно, можно было бы не посылать сейчас же то, что вытекло из моего сердца, но я не могу не поделиться с вами всеми, моими родными и близкими, своим радостным творчеством. Мне хочется, чтобы всё это сейчас же, без замедления летело к Вам! Я послала сегодня Вам письмо, и немного волнуется сердце, как-то Вы его примете. Помните, 6–7-го буду ждать телеграмму. Или телеграммы не будет. У меня сегодня весь день какое-то «великое состояние». Где-то принимаются великие решения, где-то сближаются звёзды, где-то произносятся великие слова… Я не знаю, где, но только я вся свечусь, как вставшая после болезни. Так рождается в мир новая жизнь сердца. Я жду всего и принимаю всё: и самую дерзкую мечту о счастье, и самое скромное уединение. Я жду…

Л.

И вот сегодня утром ещё два стихотворения сердца:Я даю, ибо сердце моё переполнено,Ибо сердце моё истекает кровью,Пронзённое сверкающим копьём любви.Я даю, ибо сердце моё переполнено.Оно не может вместить всего, что имеет,Это выше моих человеческих сил.Приходите, берите всё из него и черпайте —Оно не может вместить всего, что имеет.Кто жив в любви — для тех нет больше смерти,Для тех исчез накопленный туманСомнений, слёз и горести обиды,Для тех вся жизнь — единый сердца храм.Для них любовь живой залог бессмертья,Их каждый день ликующе иной,И сердцем чистые, как радостные дети,Они идут, сверкая над толпой.

7.10.36

Вечер… Трещат сверчки. В окно опять глядит звезда… Моя звезда! Вечер очень свежий, я даже закрыла окна. В сердце какая-то великая тишина и… усталость. Словно я опустошила все силы после великого бунта. Хочется лечь и не двигаться…

Я сегодня получила Вашу телеграмму, я не сомневалась, что она будет, я только не знала, как Вы её протелеграфируете… «Мы согласны»… Кто же эти «согласны»? С кем Вы советовались, милостивый государь? Мне надо было слышать биение только Вашего сердца, и в это мгновение пусть замолкнут все остальные мнения. Я очень сейчас вдруг устала…

Я лежала у моря и приняла передачу. К сожалению, не могу Вам её послать, прочтём это уже вместе. А для Вас «мы написали» стихи:

И что сказать? Что я уже не та…Что где-то вознеслась к престолу света чашаИ кем-то жертвенно дана и принята,И жизнь была — моя, теперь же… стала ваша.Былых разлук закончен долгий срок…И встретились узнавшие друг друга.Так путь любви в веках упорен и глубокИ повторяется, свершив законы круга.Это Вам! Мой дар.

Что мне ещё сказать?.. Я в другой раз напишу о всяких деловых предложениях. Сейчас не хочется ни о чём этом думать… Трещат сверчки… И всё же стоит великая и торжественная тишина ночи. Я ещё не скоро увижу Вас. Впрочем, может быть, ноябрь это уже для Вас скоро? 28 октября моё рождение. Я жалею, что этот день пройдёт вдали от Вас. Я всегда чту этот день, когда я впервые пришла в мир. Говорят, я не плакала и не спала, а всё рассматривала кругом с любопытством. ‹…›