Сад Учителя - Ольга Обнорская

Она была частью окружающей её природы и чистого и высокого звучания Жизни.

Беклемишева А. Е.

ПИСЬМА О.Б.ОБНОРСКОЙ

12.09.36

Я сижу на берегу и чувствую себя смятенной. Бушует море. Надвигается справа тёмная синяя туча. Местами её прорезывает солнце и старательно просовывает в скважину, где только может, лучи… А надо мною ясная бирюза неба, как обещание счастья…

Я чувствую себя смятенной… Словно что-то надвигается на меня, я хочу остановить это, но это не остановимо. ‹…› …Это налетело так внезапно и так сильно. Сейчас я была у У. (К. Х.), и то, что Он сказал, ещё больше смутило меня. (Солнце прорвало тучи и решительно белым лучом озарило море.) У. сказал между прочим: «Когда надо разрушить старое, уже негодное, мы иногда сеем новое». Я после Вам напишу обо всём. (Боже! Какая красота на море! Какое сияние в небе и сверкание в воде! И всё это так близко сердцу сейчас: и тучи, и свет, и неба бирюза…) ‹…›

18.09.36

‹…› Ах, слишком, слишком много любви вдруг! Я понимаю, что всё это восхищение относится не ко мне, а к тому, что через меня идёт, но всё же как мне быть? Куда девать глаза, руки, губы, чтобы они не улыбались, как мне поступить со всей этой личностью, которую собираются лелеять, холить и любить… Ах, слишком много любви! Мне хочется убежать, спрятаться ото всех и от самой себя. Как мне быть? Я боюсь, что лишусь этого глубокого напряжения сердца, лишусь какой-то суровости вокруг себя. Мне часто бывало трудно, но я говорила себе: «Так и надо! И нечего заноситься!» А тут вдруг я чересчур избалуюсь. ‹…›

19.09.36

‹…› Я пишу Вам, сидя у моря, после того как я побывала у У. на терраске. Теперь я знаю его волю. Мой дорогой, что мне ещё сказать Вам? В моём сердце зародился цветок, и он расцвёл так неожиданно, и так нежно, и благоуханно, что я поражена, взволнована и счастлива… ‹…›

Ваша Л.

20.09.36

Только что вернулась из сада У. Догорает закат, совсем алый… Небо прозрачное, и прямо против меня молодой месяц. В небе кое-где, как чёрные лебеди, плывут чёрные облака. Мне хочется сказать Вам несколько слов, хотя я дрожу от холода, но в комнате слова уже будут иными, чем здесь на берегу моря…

Я возвращалась из Лаз. от наших. Они обе друг перед другом ласкают меня всем, чем могут. Ваше имя часто произносится нами.

Я сейчас поняла, что мы обещаны друг другу. Вот отчего это развёртывается с такой удивительной скоростью. Мне незачем жеманиться и кокетничать с Вами, всё это гораздо больше и сильнее, чем обычные чувства. Вот почему мне удалось победить себя, и вот почему разлука с Л. С. состоялась. Произнесены где-то обеты… не нами, может быть. Я сегодня весь день так была взволнована внутри себя, мне всё казалось, что это чувство к Вам помешает мне сосредоточиться на том великом, что я хочу. Теперь ясно вижу, что это не помешает, а, наоборот, даст мне те силы и раскроет те стороны моего сердца, которые были задавлены. Я верю Вам. Вы мне нужны. У меня в сердце так много нежности к Вам, что, я думаю, оно сумеет дать Вам счастья. Кажется, такие слова надо говорить Вам первому, но разве в словах дело? Особенно когда Вы и я обещаны друг другу. Это всё было неизбежно… Во мне словно улёгся мятежный ветер, который дул в сердце горячо и страшно. Мне тихо. Я сижу на песке. Мне холодно. Сильно стемнело. Я еле вижу бумагу. Но месяц как цветок, и сердце у меня светит так же чисто сейчас и ясно, как этот месяц… Обе мои руки легли Вам на плечи, и я смотрю без улыбки Вам глубоко в глаза. И в этом взгляде всё.

Л.

21.09.36

Сегодня я водила на гору Ф. и Г. На самом верху горы открывался дивный вид на море. Там мы говорили и читали. Я Вам посылаю те мысли, которые прошли там через моё сердце:

Величие сердца во всём. Умейте вносить в день ваш стойкую и мужественную радость. Ту радость, которая раскроет в вас Жизнь, если вы последуете за ней. Не торопитесь. Не увлекайтесь стать сверхчеловеками, мудрецами, но там, где вы стоите тихо и незаметно, раскройте всю полноту вашего понимания. Очень важно, чтобы сердце ваше не усохло, а всегда трепетало и горело. Только в его постоянной напряжённости и трепете та сила Жизни, которая способна творчески раскрыться в вас и через вас пролиться в Жизнь. Ищите горячо. Не препятствуйте ничему тому касаться вашего сердца, что даст вам радость, экстаз. Пусть это будет боль страдания или песня счастья — сумейте постигнуть их самую драгоценную глубь и в этом живите.

Кришна

Всё. ‹…›

22.09.36

‹…› Сегодня мы сидели на горке все втроём, и вдруг я почувствовала трепет в сердце. Взяла карандаш и записала стихи и передачу У. К. Х.

И дни, созревшие глубоко,

Прорастут… И будут дни,

Как зёрна полноценных

И тугих колосьев…

Всем дано прозреть,

Но только те прозреют,

Кто прорастут сквозь сердце,

Разбивши личности

Изжитой скорлупу.

Передача:

Найди в себе силы и запомни: там, где встала Наша Власть, и там, где взоры Наши видят, — там людское зрение слепо. Тебя ведут те, кто знают: туда, куда надо, и так, как надо. Жизнь, преданных Нам детей, объединяет и даёт новый свет в мир. Верь. Жди. Мир сердцу!

У. К. Х. слово дал через Нуми.

‹…› Ваша Л.

23.09.36

‹…› Прочтите в последних передачах моего блокнота, что сказал У. о том внезапном цветке, что расцвёл в моём сердце. Конечно, это они по своему великому милосердию послали его, чтобы он закрыл мне взоры туда, куда я больше никогда не вернусь. Вы должны были бы сидеть сейчас тут около моих ног и смотреть вместе со мной на эти дали, на эти горы… Вы с каждым днём мне делаетесь роднее и ближе. Почему? Потому что мы уже не в первый раз встречаемся, наверное, и потому что Вы мне нужны для полного расцвета моего внутреннего счастья. Вы мне поможете открыть и выявить в себе то, что самое ценное. ‹…› И вот я думаю, что всё это прекрасно, но какой сверкающий ореол придают мне все мои «передачи»! Может быть, и Ваше чувство ко мне не расцвело бы так, если б Вы увидели во мне только ‹…›. Хорошо, что Вы — это Вы, и я больше ничего не жду от Вас кроме того, что Вы из себя представляете. Мне иногда кажется, что я гораздо, гораздо хуже, чем можно обо мне думать. Вы светлый, а я? Ну, ничего! Около Вас я сделаюсь светлее. Я люблю Вас.

Л.

25.09.36

А не знаешь, что от единой мечты твоей родятся бури?

А не знаешь, что от иной единой чистой мечты родятся бури?!

Е. Гуро

Да… родятся бури иногда от одной чистой мечты, от единой чистой, чистой мысли, возникшей в чьём-то сердце и вызвавшей в другом сердце бурю. К чему это предисловие? Ни к чему. Так. Я открыла наугад книгу Гуро и вот прочла… и задумалась… Наверно, это всё тоже на тему о ручье и потоке… Мне грустно! Отчего? Не пойму сама. Я не люблю, когда от Вас нет долго писем. Тогда я ощущаю какую-то темноту, в которой я шарю руками, а меня покинули. Я не люблю, когда Вы мне долго не пишете. Отчего это, жило-жило себе сердце, шло своими путями, начертанными ему, пело, плакало, любило, страдало и вдруг заново рождается, словно умытое утром дитя, чистое и безгрешное и начинает свою жизнь сначала… «Начни сначала…» Нет, я дерзостно хочу молить не начинать «сначала». Пусть всё будет по-новому, совсем-совсем по-иному. Я не знаю, как всё это будет, и Вы не знаете. А от нас зависит всё. Но только это всё такое нежное, такое ещё хрупкое, что требуется буквально какое-то нездешнее чувство. По крайней мере, это мне так кажется. У меня очень развилась восприимчивость, и мне больно может быть даже от мысли, которую подумали, но не сказали… И вот сердце уже не своё, оно протянуло лучи… И всё оно протянулось в этих лучах… И прошла по этому звёздному мосту любовь и сказала: «Вот вы теперь двое, но скоро вы будете одно. Сумейте понять это и не опорочьте своё счастье недоверием, ибо Я — любовь — говорю Вам, что там, где Я связала, не люди развяжут». Вот что Она мне сейчас сказала, а я передаю Вам. Вы слышите меня? Как всё тихо, тихо… Ещё очень рано, но у нас в 9 часов уже глубокая ночь. Все спят. Даже Лили спит, приткнувшись возле меня. А мне не хочется. Над Гуареком стоит большая луна, как серебряный ковш, а вокруг него большой радужный круг; говорят, это к холоду.

Скажите, Вы любите меня? Скажите мне, как Вы любите? Имейте в виду, иногда можно тысячу раз говорить «люблю», и всё же этого будет мало… Нет таких слов любви, которых сердце устало бы слушать, когда оно любит, нет таких слов! И наконец, сердце очень нетребовательно, оно довольствуется иногда двумя-тремя словами, но они переливаются и повторяют один и тот же напев, который сердце не устало слушать… Это как в час заката, когда птица в кустах повторяет одни и те же трели, прощаясь с днём… Я не знаю, как мы будем жить, то есть какие дела будут тускло стучаться в нашу дверь. Меня это совсем не интересует. Ту, что придёт в Ваш дом, ведь приведут руки гораздо более мудрые и для совсем иных дел, которые вовсе не свойственны обычно людям… Но это вовсе не значит, что я откажусь быть Вам другом там, где Вам понадобится моя помощь, хотя бы это выразилось в одном любящем взгляде. Мой дорогой, скажите, скажите мне, как Вы любите меня? Очень ли я дорога Вам сейчас? И как бы Вы приняли весть, если б я сказала, что никогда больше не увижу Вас? О, нет! Я увижу и даже больше: я, может быть, смогу положить Вам обе руки на плечи и, притянув к себе близко-близко, заглянуть в глубину Ваших глаз, чтобы найти в них… себя! И может быть, даже у Вас найдутся для меня те слова, которые Вы хранили для меня века… Нет, я не знаю, что будет! Но одно я знаю, что Вы живёте в моём сердце, и огненный цветок готов раскрыться, и он должен будет закрыть собой весь мир и всех людей, когда придёт его час полного расцвета и пламя его обожжёт Вашу душу. Когда это будет? Об этом нам скажет любовь. Я отпускаю Вас. Покойной ночи! Серебряный ковш луны затопили тучи, он ещё проливает слабые струи света, но туч много, а он одинок…