В боях за Дон - М. Н. Алексеенко

января 1943 года корпусу была поставлена задача — совершить рейд по тылам противника, выйти в район станиц Константиновской и Семикаракорской и переправиться на правый берег Дона. Этим мы должны были обеспечить боевые действия 2-й гвардейской армии, непосредственно нацеленной на овладение Ростовом-на-Дону.

Помню, стояли в ту пору сильные морозы. Нередко в степи завывала пурга. В такую погоду люди обычно сидят дома. Но война не ведает ни отдыха, ни сна. Танкисты, преодолевая бездорожье, начали свой рейд.　

Обходя крупные населенные пункты и не ввязываясь в затяжные бои с гитлеровцами, наш авангард достиг к вечеру 3 января окраины станицы Константиновской. Здесь разгорелся жаркий бой. Авангарду не удалось переправиться через Дон: мост был взорван врагом. Средств для восстановления переправ в передовом отряде не было. Оценив обстановку, штаб корпуса решил попридержать главные силы в районе станицы Семикаракорской, хутора Вислого и села Большая Орловка. В то же время командиру одной из бригад было приказано выслать усиленный отряд в район станицы Багаевской и попытаться захватить переправы через Дон. Вскоре мне стало известно, что разведотряд свою задачу выполнил.　

События нарастали с каждым днем.　

Мы углубились в тыл врага более чем на 200 километров. Естественно, такая дерзость вносила сумятицу в планы гитлеровцев. Они не знали, какой участок укрепить более всего, ибо мы могли появиться сегодня здесь, а завтра совсем в другом районе.　

Умело действовали воины танковой бригады, которой командовал подполковник Д. Гуменюк. Мужество и храбрость танкистов этой бригады отражает следующий эпизод. Чтобы обеспечить отход большой колонне своих войск, враг ввел в бой более двадцати танков и до полка пехоты. Вскоре стало ясно, что наши танкисты взяты в кольцо. Разумеется, они могли обороняться. Но такой вариант нас не устраивал, ибо он позволял врагу беспрепятственно маневрировать своими силами. Поэтому наши танкисты прорвали кольцо окружения, внесли хаос в планы фашистов и, совершив сорокакилометровый марш, расположились в другом районе.　

Тем временем одна из наших частей внезапным ночным ударом овладела станицей Кочетовской, форсировала Дон и ворвалась в станицу Раздорскую. Все это буквально ошеломило фашистов.　

Я уже говорил, что мы находились в глубоком тылу. Там, где наши танкисты побывали утром, вечером могли появиться гитлеровцы. Несмотря на такую опасность, местное население всячески помогало своим бойцам и командирам. Особенно ценные сведения сообщил нам один старый казак из села Елкино. Жалею, что не записал тогда его фамилию. Но, если он жив и прочитает этот материал, может откликнуться. А все началось с того, что ко мне подошел этакий бородач с тремя Георгиевскими крестами на груди и напрямик начал:

— Скажите, дозволяется ли носить эти кресты? Я их в первую мировую получил. Первый крест — за разведку, второй — за спасение товарища, а когда взял в плен немецкого офицера — третий дали…　

— Носите, — говорю, — дедушка, на здоровье. Вы их заслужили своей храбростью и отвагой. А храбрость и отвага в русском народе всегда почитались.　

— Премного благодарен, — ответил казак. — А теперь дозвольте мне помочь солдатикам нашим. Я окрест тут все знаю: каждый кустик, каждую былинку. Сделайте такую честь старому солдату: прикажите быть проводником. Иль, может, другое поручение будет?　

Мы охотно воспользовались предложением патриота. А ведь он не был исключением. У нас всегда находились добровольные помощники из числа местных жителей. Они указывали нам кратчайшие дороги, броды на речках, добывали ценные разведданные.　

Нет, не удалось гитлеровскому командованию привлечь на свою сторону хотя бы часть казачества, завербовать кое-кого из молодежи на военную службу. Мне рассказали, как оккупанты расправились с одной старой казачкой, которая смело сказала офицеру-вербовщику:　

— Убей меня на месте, но сын мой не будет воевать супротив своих. Я не отдам его! Да и сам он не пойдет!..　

Старую женщину-казачку арестовали. Потом, насильно согнав народ, ее публично раздели и отстегали розгами…　

В ходе наступления мы далеко оторвались от своих тылов.　

Вскоре иссякли запасы продовольствия. Возникла проблема обеспечения танкистов продуктами. Узнав о затруднительном положении одной из наших частей, местные жители отдали воинам восемь своих уцелевших коров. В ту тяжелую пору такой шаг людей был подлинным героизмом, свидетельствовал о громадной любви народа к своей армии-освободительнице.　

Я приказал своему заместителю, полковнику Ивану Ивановичу Потапову, записать фамилии патриотов и при первой возможности возвратить им коров. И такая возможность вскоре представилась. Мы отбили у врага огромный гурт скота, который немцы гнали к себе в тыл. Владельцами коров стали не только те женщины, что в свое время пожертвовали их нашим бойцам, но и другие местные жители.　

…В течение нескольких дней части корпуса, действуя отдельными группами на широком фронте, удерживали обширный район между Доном и Манычским каналом. Фашисты предпринимали отчаянные попытки сбить нас и выйти к Дону. Но мы стояли непоколебимо. Бойцы и командиры демонстрировали чудеса храбрости. Каждый понимал, что нужно во что бы то ни стало продержаться до подхода стрелковых дивизий.　

И этот день наступил! 13 января 1943 года в район боевых действий нашего гвардейского танкового корпуса с боями подошли два гвардейских механизированных корпуса.　

На другой день по приказу командующего армией генерал-лейтенанта Р. Я. Малиновского была создана механизированная группа в составе 3-го гвардейского танкового, 2-го и 5-го гвардейских механизированных корпусов и 98-й стрелковой дивизии. Командовать этой группой было приказано мне. А задачу нам поставили такую: наступать на Ростов.　

Мы начали решительные действия 18 января. Сначала вступили в бой с перешедшими в наступление силами врага. Затем сами перешли в наступление.　

Передовой отряд, совершив по заданному маршруту девяностопятикилометровый ночной марш по тылам врага, утром 20 января достиг совхоза имени Ленина и совхоза имени ОГПУ. Вражеские гарнизоны, находившиеся в этих пунктах, сопротивлялись ожесточенно. Как показали пленные и местные жители, на пути к Батайску находился аэродром гитлеровцев. Его следовало захватить немедленно, не дать самолетам подняться в воздух. Полковник А. Егоров выделил для этого пять танков с десантом мотопехоты. Группа храбрецов с ходу ворвалась на аэродром и завязала огневой бой с противотанковыми орудиями и зенитными пушками врага. Поединок длился полтора часа. За это время советские воины перебили весь гарнизон аэродрома, уничтожили десять самолетов, пять орудий, подожгли склад с горючим и один ангар.　

К тому времени мотопехота передового отряда подошла к восточной окраине Батайска. Но фашисты сумели отбросить наших бойцов. Враг всюду стал навязывать нам упорные бои.　

В создавшейся обстановке штаб приказал передовому отряду вернуться назад и сосредоточиться на восточной окраине населенного пункта Красный, что он и сделал.　

Во время этого рейда наши танкисты показали образцы мужества, отваги и