Яростный клинок - Дэвид Геммел

Ворна строго посмотрела на Руатайна.

— Значит, рубить дрова?.. Часто останавливайся и отдыхай. — Она повернулась к сыну. — Если увидишь, что у Большого Человека красное лицо, вели ему передохнуть.

— Ладно, мам.

— Тогда пойдем, — сказал Руатайн, убирая мешочек с лекарствами и выходя на солнце. Бануин подбежал к нему и схватил за руку. Большой Человек высоко поднял и посадил себе на шею.

— Смотри, какой я высокий! — закричал мальчик. — Смотри, мама!

— Вижу, — ответила Ворна с порога. Она смотрела на них и слушала смех сына, пока мужчина с мальчиком на плечах не скрылись в высокой траве луга. Солнце ярко светило на них, и ей казалось, что сердце ее вот-вот разорвется.

Зима выдалась теплая, а Самайн Конн снова провел в Старых Дубах. Он не пошел на сам праздник, оставшись дома вместе с Маккусом, Браэфаром, Гованнаном и Фиаллахом. Огромный воин приехал из Семи Ив с новостями о большом флоте из двух сотен кораблей, который проплыл на север. Фиаллах собрал все пять сотен воинов, но корабли не причалили.

Вести были тревожные и странные. Две сотни кораблей — это десять тысяч воинов. Набеги никогда не случались зимой, когда припасов мало. Как прокормить десять тысяч человек?

— Должно быть, решили вторгнуться в земли паннонов, — сказал Маккус. — Это безумие. Даже если они победят Горного Князя, припасов им надолго не хватит.

Конн отправил гонца к правителю паннонов с предложением военной помощи, но он вернулся с коротким и ясным отказом — «ты нам не нужен».

— Сколько человек он может выставить против варов? — спросил Конн.

— Не больше двенадцати тысяч.

— А скольких мы можем собрать за, скажем, десять дней?

— Мы не нужны Горному Князю, — встрял Фиаллах. — Сам кашу заварил, пусть ее и расхлебывает.

— Панноны наши братья, — возразил Конн, — но еще важнее, что у противника такая большая армия. Десять тысяч нужны не для набега. Это запланированное вторжение. Если они победят паннонов, на севере у нас окажется враг. Нет. Хотят они нас или нет, но мы поможем им сразиться с варами.

— За десять дней, — сказал Маккус, — мы можем собрать пятнадцать тысяч воинов.

— Можем, — согласился Браэфар, — однако перед нами встанет вопрос снабжения. Зернохранилища полны, но представьте, сколько телег понадобится, чтобы везти такое количество еды в земли паннонов. Мы не успеем собрать их вовремя. Ведь даже неизвестно, где высадились пары. Они могли сделать это где угодно.

— Что-то мне здесь не нравится, — сказал Гованнан. — Я согласен с Конном, что они хотят захватить земли и что им надо противостоять. Но зачем вторгаться в земли паннонов? Там мало золота и немного еды. А у нас новые шахты и большой запас пищи. Вполне естественно было бы напасть на нас, и известно к тому же, что король Шард ненавидит Конна и охотится за его головой. Нет смысла ему плыть на сотни миль на север и нападать на нашего более бедного соседа.

— Не обязательно, — покачал головой Браэфар. — Если, как считает Конн, они хотят захватить плацдарм, то потом они привезут туда еще людей и весной начнут против нас полноценную войну. Тогда они смогут атаковать с двух сторон — с севера и со стороны Семи Ив.

— Есть и третий вариант, — проговорил Маккус. — Панноны наши враги — Горный Князь ясно дал это знать — но у них не хватает сил, чтобы на нас напасть. Предположим, что на Горного Князя не напали, а он сам пригласил Шарда помочь ему воевать с нами. Если я прав, тогда мы столкнемся с десятью тысячами опытных бойцов-варов и двенадцатью тысячами паннонов.

Неожиданно воцарилась тишина. Все обдумывали эту страшную возможность. Наконец Конн заговорил, и голос его был полон скорби.

— Надеюсь, что ты ошибаешься, Маккус, но если ты прав, тогда это моя вина, потому что ненависть родилась в результате моей мести. Я пытался все исправить и искупить всю вину, но кровь не всегда можно оплатить золотом.

— Да ладно тебе, — прервал его Фиаллах. — На твоем месте любой воин поступил бы так же. Когда я услышал, что они убили Таэ, я хотел уничтожить всех паннонов на земле. Теперь важно лишь одно — как мы будем действовать.

Конн помолчал и бросил взгляд на Маккуса.

— Отправь гонцов, мы будем собирать войско. Дай им понять, что главное — скорость. Мы не выступим в земли паннонов немедленно, а будем готовиться. Если панноны и в самом деле жертвы, мы поможем им, если нет, то будем готовы защитить нашу страну. — Он обернулся к Фиаллаху: — Ты, друг мой, соберешь Железных Волков и, если придет время битвы, будешь командовать ими.

— А где будешь ты?

— Сражаться пешим вместе с остальной армией. Риганте давно не воевали, и многим молодым людям это будет в новинку. Я буду с ними вместе с пятьюдесятью Волками. Остальные поскачут с тобой.

— Это честь для меня. — Глаза Фиаллаха светились гордостью. — Я тебя не подведу.

Конн обернулся к Браэфару:

— Крыло, ты поможешь мне управлять снабжением. Возможно, армии придется стоять на месте несколько недель. И еды все это время должно хватать.

— А что ты хочешь от меня? — спросил Маккус.

— В битве ты возьмешь под начало конных лучников. А пока что отправь разведчиков в земли паннонов, чтобы узнать как можно больше о положении вещей. Чем раньше мы узнаем правду, тем лучше успеем подготовиться.

Через три дня в Старые Дубы начали прибывать первые отряды воинов. На пятый день собралось больше шести тысяч. К счастью, было тепло, потому что сначала войску пришлось ночевать под открытым небом. Браэфар приказал привезти древесину для сооружения временных домиков. Конн встретился с главами кланов и провел с ними совещания. На шестой день приехали последние из разведчиков. Страхи Маккуса подтвердились. Горный Князь заключил соглашение с королем варов, Шардом, и их войска выступили к границам земель риганте.

Настала полночь, а Конн все еще совещался с командирами отрядов, и на этот раз к ним присоединился Руатайн. Большой Человек говорил немного, все больше слушал. Конн осмотрел местность вокруг Старых Дубов и решил встретить противника в шести милях от города.

— Там есть узкий проход между двумя холмами, и если мы столкнемся с ними там, они потеряют преимущество в силе, — сказал он.

Разведчики сообщали, что объединенная армия составляет чуть меньше восемнадцати тысяч, почти вдвое больше, чем риганте на тот момент. Конн обернулся к Маккусу:

— Когда они смогут оказаться там?

— Завтра, если будут идти всю ночь, и на рассвете следующего дня, если отдохнут.

— А сколько у нас сейчас воинов?

— Чуть меньше девяти тысяч, но их приходит все больше и больше. Завтра будет десять, а может быть, и одиннадцать.