Яростный клинок - Дэвид Геммел

Пусть атакуют холмы, подумал он. Захватят они их или нет, не важно. Как только разобьют центр и захватят Коннавара, все остальные побегут в Старые Дубы, надеясь найти там убежище. А я сожгу их живьем.

Он вернулся к князю, который злобно смотрел на войско риганте.

— Сегодня ты отомстишь, — дружелюбно сказал Шард.

— Да, он заплатит за убийство моего брата. За убитых детей и изнасилованных женщин.

Шард слышал о мести Коннавара, и изнасилование никогда не упоминалось в списке его черных деяний.

— Должно быть, он славно поработал той ночью, — заметил Шард не без ехидства. — Убить такую толпу людей, сжечь деревню, да еще и поразвлечься.

Горный Князь не слушал. Шард хлопнул его по плечу.

— Рассвело два часа назад. Думаю, пора начинать.

Князь нервно сглотнул и отправился к своим людям. Шард бросил последний взгляд на риганте. Они молча ждали, некоторые присели отдохнуть. Ни страха, ни малейших признаков паники не наблюдалось; во всяком случае с такого расстояния не удавалось их заметить.

Шард спустился с холма к своим военачальникам, суровым и мрачным людям. Он взял меч, надвинул шлем и проревел:

— Вы готовы к Пиру Воронов?

Ответом был кровожадный крик многотысячной армии. Шард дождался, пока все стихло.

— Да выпьют боги крови! — завопил он, обнажил меч и махнул им в сторону врага.

Войско принялось двигаться. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, переходя на бег, Морские Волки кинулись на противника.

Фиаллах спокойно стоял на западном холме, глядя на атаку Морских Волков. Гованнан откашлялся.

— Думаю, сегодня будут заморозки, — сказал он, старясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Тогда я завернусь в плащ кого-нибудь из Морских Волков.

В атаку побежали панноны, прямо на отряд Фиаллаха.

— Готовьте лошадей! — крикнул тот.

— Думаю, Конну придется несладко, — заметил Гованнан. — Кажется, вары неплохие воины. Выглядят, во всяком случае, устрашающе.

Сотни лучников вышли из леса, ведя за собой гатских лошадей. Железные Волки Фиаллаха поднялись в седла и въехали на холм. Лучники бросились вперед и принялись осыпать приближающихся паннонов стрелами. Фиаллах бросил взгляд на восточный холм. Маккус следовал схожей стратегии. Ряды паннонов падали один за другим. Восточный холм был очень крутой, и наступающие сильно задержались. За несколько секунд погибли многие воины, и их тела катились вниз по склону, сталкивая вниз других.

Тем временем Морские Волки подошли к строю риганте на расстояние двух сотен шагов. Лучники отступили, пройдя между конными воинами. Фиаллах обнажил меч.

— Вперед! — крикнул он.

Пять сотен тяжеловооруженных всадников поскакали вниз по склону, разя противника. Ошарашенные неожиданной атакой, враги отступили, пытаясь перегруппироваться. Но всадники безжалостно преследовали их, убивая направо и налево. Войско охватила паника. И битва на склоне быстро превратилась в резню.

Фиаллах увидел бегущего на север Горного Князя. Ему очень хотелось погнаться за ним, но приказы Конна были ясными. Как только панноны побегут, им следовало атаковать основные силы варов сбоку. Перестроив свой отряд, Фиаллах снова бросил его в атаку. План был таков: Железные Волки действуют подобно топору, рубящему дерево, отсекают небольшие группы воинов и не позволяют затянуть себя в центр вражеской армии, где всадники потеряют свое основное преимущество — мобильность.

На востоке Маккус уже напал на правый фланг противника, осыпая их стрелами.

Фиаллах дважды начинал атаку. Во второй раз его чуть не сбросил с лошади молодой воин с секирой, который подпрыгнул, ухватил его за кольчугу и попытался стащить с седла. Фиаллах ударил противника в лицо краем щита. Человек отступил, а лошадь споткнулась. Гигант потерял равновесие и ухватился за гриву коня. Противник нанес удар в левое плечо, и ключица Фиаллаха треснула. Конь все же устоял на ногах, а его всадник обнажил короткий меч и вонзил его в горло врагу. Потом подъехал Гованнан и отогнал других противников. Фиаллах поскакал прочь, испытывая ужасную боль, а потом развернулся и осмотрел поле битвы. Панноны бежали, но Морские Волки оттеснили отряд Конна дальше в холмы. Теперь строй риганте был неровный и напоминал выгнутый лук. Глаза Фиаллаха заливал пот.

— Что теперь? — спросил Гованнан, когда Железные Волки собрались вокруг своего командира.

— Думаю… время… забыть о приказах, — с трудом выговорил Фиаллах, стараясь не обращать внимания на острую боль чуть ниже горла. — Мы должны снова подняться на холм и атаковать сбоку. На Конна слишком… наступают. Они скоро поддадутся. За мной! — Фиаллах погнал коня вверх по склону.

Боль была так сильна, что он едва не потерял сознание. Фиаллах с трудом бросил щит и заткнул левую руку за пояс. Он огляделся и увидел, что между холмами происходит ожесточенное сражение. Конн и Руатайн сражались бок о бок, а враг старался их окружить. Сотни воинов уже легли мертвыми. Даже сквозь завесу боли Фиаллах восхищался силой своих друзей. Они стояли, как две могучих скалы, и только мечи сверкали серебряными молниями. Фиаллах вытер пот со лба.

— Ударяем в самую середину, прорываемся к Копну и помогаем ему.

— Мы потеряем лошадей, — сказал Гованнан. — Их буквально разрежут на кусочки.

— Лучше, чем наш народ, — ответил Фиаллах. — Вперед! И Железные Волки устремились вниз по склону.

Первый раз за год Руатайн не чувствовал ни боли в груди, ни слабости в ногах. Он снова настоящий мужчина, Первый Воин риганте, готовый встретить врага лицом к лицу. Руатайн стоял рядом с сыном, опираясь на двуручный меч. Длинные, седеющие волосы он собрал в хвост и убрал под шлем.

— Держись рядом со мной, Кони, — сказал он.

Тот не ответил. На левой руке молодого князя висел круглый бронзовый щит, а в правой руке сверкал меч сидов. Он спокойно ждал, не сводя странных глаз с приближающихся к ним людей. Руатайн поднял меч и обхватил покрепче обтянутую кожей рукоять. Морские Волки были совсем близко. Эти высокие, светловолосые и голубоглазые сыны бесплодной земли фьордов рождались воинами. Руатайн чувствовал их уверенность в себе, в том, что они с легкостью сметут ничтожных людишек перед собой. Он бросил взгляд на сына и снова вспомнил, как в последний раз сражался с варами, стоя рядом с лучшим другом.

Первые ряды риганте бросились навстречу Морским Волкам. Блеснули клинки. Атакующие вынудили их попятиться. Руатайн издал боевой клич, прыгнул вперед и разрубил череп одному из противников, высокому воину с секирой. Конн наносил удары сидским мечом, который резал железо кольчуг, как ткань. Пятьдесят Железных Волков стояли плечо к плечу со своим князем, не желая уступать врагу. Наступление замедлилось, будто яростная волна налетела на камень. Руатайн держался рядом с Конном, время от времени поглядывая на него. Трижды Руатайн отражал атаки людей, подбиравшихся к молодому князю сзади. Прежняя сила вернулась к нему, и он благословлял в душе Мирию, заставившую его отправиться сюда. Да, думал он, славно было бы провести еще несколько тихих лет в кругу семьи, ожидая, когда больное сердце, наконец, откажет, но умереть в битве куда лучше, чем постепенно увянуть у камина. Это настоящая жизнь! Ты смотришь в лицо собственным страхам и не позволяешь им столкнуть тебя с обрыва.