Алая Завеса. Наследие Меркольта - Роман Александрович Покровский

– Хочу сейчас.

– У нас география.

Хелен недоверчиво посмотрела сначала на герра Бюркеля, а потом на доску.

– Я не могу его слушать, – сказала она. – Это вызывает кровотечение из моих ушей. Хочешь сказать, что тебе всё равно?

Хелен была способна на многое, но давить на жалость у неё никогда не получалось.

– После, – махнул рукой Юлиан. – С каких пор она сидит вместе с Браво?

Он ещё раз обернулся назад и поймал на себе осуждающий взгляд Аарона. Вряд ли этот самоуверенный подлец сможет отреагировать на неожиданно прилетевшие в его лицо Призрачные Путы.

– Меня две недели в академии не было, поэтому тебе лучше знать.

– Всё это время она сидела одна. Или с Викторией Робертсон, – Юлиан указал подбородком в сторону невзрачной черноволосой девушки, испытывающей проблемы с лишним весом.

– Выходит, стеснялась садиться с Браво при тебе, – предположила Хелен. – Мало ли что ты мог бы устроить.

– Похоже, сейчас она не испытывает никакого стыда по этому поводу.

Кто-то кинул клочок бумаги в спину Юлиана с явной жалобой на то, что он мешает слушать преподавателя, но юноша не обратил на это никакого внимания.

– А мне кажется, ей неловко, – поджала губы Хелен. – Она порой смотрит на тебя. Думаю, в глубине души она жалеет, что так поступила с тобой.

– Это она тебе сказала?

– Я объясняла как-то, что мы с ней не обсуждаем тебя. Для неё это что-то вроде больной темы.

– И всё же, если вдруг будете обсуждать, передай ей, что всё вернуть ещё не поздно.

– Пока тебя не забрал кто-то другой?

Юлиан фыркнул в ответ.

– Не говори глупостей.

Хелен многозначительно улыбнулась в ответ.

– Где Йохан? – вспомнил о товарище Юлиан.

Хелен осуждающе опустила брови. Выражение лица говорило о том, что это первое, о чём Юлиан должен был спросить.

– Он сознание потерял вчера после занятий.

– Что? – не выдержал Юлиан и едва не подпрыгнул с места.

Кто-то из аудитории сделал ему укоризненное замечание. Герр Бюркель всё так же игнорировал все звуки в помещении.

– Тише,– прошептала Хелен. – Ты сейчас занятие сорвёшь. Переутомился, наверное. Сидел на геометрии ужасно бледным, если про него можно так сказать. Разве ты не заметил? После занятий мы все разошлись, а пару часов спустя, когда ты был уже пьян, мне позвонила мама и сообщила, что Йохана доставили в больницу.

Юлиан почесал нос.

– И ты всё ещё здесь? – спросил он.

– Да, – непонимающе ответила Хелен. – Где мне ещё быть?

– В больнице! Тебе не пришло в голову навестить его?

– Мама будет держать нас всех в курсе. У нас ещё одно занятие, после чего мы вместе…

– Нет, мы отправимся в больницу сразу после географии.

– Ты итак прогулял геометрию.

– Плевать. Как только прозвенит звонок, мы поедем к нему и всё выясним.

Хелен опустила голову. Похоже, после нападения элементаля она более не искала приключений.

– Но я готовила реферат по истории Союза…

– Сначала называетесь друзьями, а потом ставите какие-то рефераты выше… Хорошо, отправлюсь один.

– Не кричи на всю аудиторию, Юлиан. Ладно, отправимся вместе. Попрошу маму выписать мне больничный лист… В который раз.

Юлиан кивнул, оставаясь в душе безгранично радостным. Он зачастую слишком холодно относился к Хелен, но благодаря последним событиям начал осознавать, что она заслуживает куда большего. У Юлиана было мало близких людей в этом городе, а после ухода Пенелопы Хелен оставалась одной из последних, и, внушающей наибольшее доверие.

Она не была рада, что прогуливает занятия из-за провокации Юлиана, но мысли передумать у неё не возникало. Сразу после звонка они покинули академию и отправились к Йохану.

Юлиану стало спокойнее, потому что теперь он был уверен, что, по крайней мере сегодня больше не увидит Пенелопу и Аарона. С одной стороны, он всякий раз неосознанно выискивал её в толпе, но, когда находил, испытывал лишь горечь. Аарон Браво же эту горечь лишь усиливал, заставляя впадать в меланхолию.

Стоя в троллейбусе лицом к лицу с Хелен, Юлиан не имел возможности смотреть в другую сторону – было слишком тесно. Закрыть глаза он тоже не мог, поэтому приходилось наглым образом изучать черты её лица. Он рассматривал их, и не находил ни одного изъяна – ровный нос, тонкие губы, гладкие щёки без капли тонального крема, густые ресницы, острый аристократичный подбородок, прямые светло-русые волосы с лёгким блеском и слегка зауженные в уголках голубые задорные глаза. От неё даже пахло пусть и не дорогими, но очень приятными духами с запахом роз и ванили.

Она была красива, и с каждым днём всё больше хорошела – в этом не было никаких сомнений. Отчего же Юлиан не испытывал к ней никакого влечения?

Хелен сама призналась, что испытала серьёзную симпатию к Юлиану, когда он только появился в Свайзлаутене. Он безо всяких проблем мог сделать встречный шаг, и тогда олицетворением его жизни в этом городе стала бы отнюдь не Пенелопа, а Хелен.

Эта мысль не покидала Юлиана. Сделай он выбор в её пользу – всё могло бы сложиться иначе. Возможно, с Хелен у него было больше общего, нежели с Пенелопой, и их характеры сошлись бы лучше. Вряд ли Марта Бергер была бы против их отношений – скорее всего, Юлиан ей нравился.

Но действовать вопреки своему сердцу Юлиан не мог. И вмешательство Гарета лишь расставило всё по своим местам.

Картонный Свайзлаутерн не переставал удивлять Юлиана. Теперь это вызывало даже чувство иронии – теория о том, что город отнюдь не такой большой, как кажется, снова подтверждалась. Больница приобрела статус одной из самых посещаемых локаций, и у Юлиана не было сомнений в том, что первой, кто их встретит, окажется Марта Бергер.

Так и вышла – мать словно чувствовала приближение своей дочери.

– Как ты смеешь прогуливать занятия? – с упрёками накинулась на Хелен Марта.

Они встретили её едва ли не на входе.

– Я пришла узнать, как дела у Йохана.

Марта Бергер недовольно приложила руки к поясу.

– Мало того, что сама безобразница, так ещё и этого милого мальчика за собой утянула! Хочешь испортить его? Сделать такой же, как ты? Хочешь закончить, как твой отец?

Юлиан и Хелен переглянулись между собой. К чести последней, она не стала сообщать матери, что это Юлиан утащил её за собой, а не наоборот.

– Не начинай, – ответила Хелен. – У меня всё в порядке, и одно занятие ничего не решит. Мистер Тейлор, он… Хороший.

Юлиан даже не знал, что следующее занятие было у Лиама Тейлора.

– Если вылетишь из института, домой не приходи, – предупредила Марта Бергер.