Символическая жизнь. Том 2. Работы разных лет - Карл Густав Юнг

потребность измениться к лучшему, тот, короче говоря, кто желает «расти», должен советоваться с самим собой. Если не изменить себя внутренне, внешние изменения будут бесполезными и даже вредными. Мало просто вскочить и возопить: «Я беру ответственность!» Не только человечество, но и сама судьба желает знать, кто обещает совершить этот важный шаг, действительно ли он готов взять на себя ответственность. Мы все знаем, что сказать-то может каждый. Не занятие делает человека, а сам человек выполняет ту или иную работу. Поэтому самопоиск с помощью одного или нескольких помощников является – или, скорее, должен являться – существенным условием принятия более высокой ответственности, даже если это всего лишь осознание смысла индивидуальной жизни в наилучшей возможной форме и в максимально возможной степени. Природа всегда так поступает, но ответственности чурается, ибо последняя – заповеданная Богом задача человека.

Не является ли важной вехой к самопознанию, пускай она умножила трудности «пути к себе», Реформация с отменой исповеди у протестантов, то есть у миллионов людей? Не стал ли самоанализ острее и глубже из-за утраты диалога католика со своим духовником и отмены отпущения грехов?

1811 Соглашусь с тем, что жизнь в этих условиях и вправду стала намного труднее, о чем свидетельствует возросшая распространенность комплексов среди протестантов, подтверждаемая статистикой. Но эти усугубившиеся трудности суть – если протестант отважится их признать и сразится с ними – исключительно выгодная отправная точка для самопознания. Впрочем, столь же легко, ввиду отсутствия исповедника, предаваться бесплодным раздумьям, либо бездумно прожигать жизнь. Большинству людей нужен кто-то, кому можно исповедаться, иначе основа опыта не будет достаточно реальной. Они не «слышат» себя, не могут противопоставить себя чему-то иному и, следовательно, не имеют внешнего «предела». Все протекает внутри, откликаешься только ты сам, а не кто-то другой. Очень важно, признаюсь ли я в своей вине лишь самому себе или перед другим человеком. Такое погружение в себя нередко приводит протестантов к духовному высокомерию и к выпячиванию собственного «Я». Аналитическая психология не согласна считаться заменой исповеди, на практике она часто волей-неволей функционирует как таковая. Множество католиков сегодня перестало исповедоваться, а еще больше протестантов вовсе не знает, что такое исповедь, и неудивительно поэтому, что некоторые из них уступают потребности в общении и принимаются делиться своими заботами с аналитиком, как бы совершая тем самым исповедь. Все же, конечно, это не исповедь, поскольку врач не является священником, не является богословским и моральным авторитетом; в лучшем случае это сочувствующее доверенное лицо, обладающее некоторым жизненным опытом и знанием человеческой природы. Он не увещевает к покаянию, пока больной не попросит того сам; он не налагает наказания, если пациент – что, увы, случается регулярно – не испортил себе жизнь напрочь; не отпускает грехи, если Бог не смилостивится над пациентом. Психология – к сожалению, временная мера, но в настоящее время она необходима. Иначе наша наука давно бы рухнула от внутренней пустоты, а так она удовлетворяет потребность, которая, несомненно, существует.

Приносит ли осознание «другой стороны», то есть собственной бессознательной стороны, облегчение и освобождение? Не усиливает ли самопознание напряжение между тем, кем ты являешься, и тем, кем хотел бы стать?

1812 Возможность свободно обсуждать что-либо сама по себе может приносить изрядное облегчение. В целом работа с бессознательным приводит к увеличению напряжения – прежде всего потому, что сталкиваются противоположности в психике, которые вдруг осознаются. Однако тут все полностью зависит от отправной точки. Беззаботный оптимист впадает в депрессию, внезапно осознав ситуацию, в которой находится. С другой стороны, давление на человека, склонного к рефлексии, ослабевает. Отправная точка определяет, чего ожидать – разрядки или увеличения напряжения. Благодаря самопоиску в ходе анализа люди вдруг осознают свои реальные ограничения. Сколь часто женщина мнит себя белоснежной голубкой без единого пятнышка, не подозревая о таящемся в ней дьяволе! Без этого знания она не сможет ни исцелиться, ни достичь целостности. Для одного более глубокое познание себя будет наказанием, а для другого – благословением. Если коротко, каждый сознательный акт на пути к себе означает столкновение противоположностей. Именно для того, чтобы избежать этого напряжения, люди подавляют и вытесняют конфликты. А при осознании возникает соответствующее состояние напряжения, которое, в свою очередь, придает сил для решения жизненных проблем.

Не ведет ли регулярная саморефлексия к эгоцентризму?

1813 На первый взгляд, с внешней и поверхностной точки зрения, такое поведение действительно превращает человека в эгоцентрика. Но я считаю это до некоторой степени оправданным. Надо заняться собой; иначе человек не растет, иначе он никогда не сможет развиваться! Если хочешь овощей, надо разбить огород и уделять ему достаточно внимания и заботы; в противном случае получишь одни сорняки. Слово «эгоцентрик» имеет неприятный привкус патологического эгоизма. Но, как я уже сказал, размышления о самом себе – абсолютно законная и даже необходимая деятельность, если человек стремится к реальному изменению и улучшению ситуации. Внешнее изменение, занятие чем-либо другим, забвение того, кем ты был, ничего существенно не изменит. Даже когда плохой человек творит добро, он не становится добрым, а страдает от «хорошего» симптома при прежнем характере. Сколько, например, пьющих людей сделались трезвенниками, не освободившись при этом от психического алкоголизма! Конечно, они очень скоро вернулись к своему пороку. Некоторые дурные натуры фактически специализируются на том, чтобы быть хорошими; если им удается стать кем-то вроде педагога, результаты оказываются катастрофическими. Систематическая саморефлексия служит определенной цели. Это и работа, и достижения. Вообще зачастую гораздо лучше сначала обучить себя, прежде чем браться обучать других. Ни в коем случае нельзя с уверенностью утверждать, что человек с добрыми намерениями при любых обстоятельствах является хорошим человеком. Если это не так, то, как показывает ежедневный опыт, лучшие намерения ведут к гибели.

Разве точное знание собственной природы со всеми ее противоречиями и нелепостями не делает человека неуверенным в себе? Не ослабляет ли оно человека, не уменьшает ли его способности к выживанию в битве жизни?

1814 Слишком часто люди кичатся той жалкой самоуверенностью, которая ведет разве что к глупости. Лучше уж проявлять неуверенность, потому что тогда человек становится более скромным, более смиренным. Разумеется, комплекс неполноценности всегда таит в себе опасность отринуть себя текущего и компенсировать предполагаемый недостаток бегством в противоположное качество. Везде, где существует комплекс неполноценности, для него имеется веская причина. По правде говоря, некая исходная неполноценность в человеке существует, хотя и не совсем там, где, по общему мнению, она есть. Скромность и смирение – отнюдь не признаки комплекса неполноценности. Это достойные уважения и