Заложники удачи - Иэн Сент-Джеймс

– Конечно, это как раз то, чего мы хотим.

– Если бы я покупала «Палому Бланку», это бы произвело на меня впечатление. Большой международный концерт, широко освещенный в прессе. Это принесет ей известность.

Шарли поглядела на нее.

Более уверенно Катрина продолжала:

– И тогда Палома Бланка будет прекрасным местом. Да и так все согласны, что это место прекрасное. А международный концерт будет чем-то уникальным. У меня прямо перед глазами все это: фонари на горных склонах, вспышки света на сцене и этот неподражаемый голос, вздымающийся к верхушкам деревьев, оркестр, все в вечерних костюмах. Ну, знаешь, такой гала-концерт. Ну, ты только представь все это себе!

Шарли показалось, что она все это видит, и причем точно так, как описала Катрина. «Палома Бланка» будет самым романтическим, важным местом в мире.

– Да, чисто визуально это здорово, – признала она. – Даже лучше, чем фильм.

– Ну, вот это я и имела в виду.

Неожиданно холодок пробежал у нее по спине, и даже волосы на голове зашевелились. Странная мысль смутно возникала у нее в голове. Она поглядела на Катрину.

– Это ведь возможно, так? – спросила она, удивленная тем, что так взволнована. – У тебя что с этим импресарио? Я имею в виду, кто он для тебя, кто-то, кто купил у Тодди машину? Знакомый? Друг? Насколько хорошо ты его знаешь?

– Да… достаточно хорошо, как полагаю.

Она снова покраснела, заметила Шарли. Да что она все время краснеет? Но этот вопрос был оставлен из-за почти готовой идеи.

– Гала-представление, – сказала она, больше говоря с собой, чем с Катриной. – Интересно…

Знаменитые лица промелькнули перед ее мысленным взором. Она видела вспышки фотоаппаратов, словно вспышки звезд, среди деревьев, телевизионные камеры. Телевизионные камеры. И Майк Томпсон! Она уже видела его там.

– Подожди-ка, – она подняла руку, словно полицейский. – Что ты только что сказала? Насчет телевидения. Нам нужна не просто передача.

Она уставилась в пространство. Потом моргнула.

– Назови какую-нибудь испанскую оперу! Что-нибудь, что подходило бы к «Паломе Бланке»? Чтобы была какая-нибудь связь, чтобы было за что зацепиться?

Нахмурившись, Катрина подумала с минуту.

– Ну… «Кармен».

– «Кармен»! – завопила Шарли. – Замечательно! Послушай, один парень, я его знаю, он живет в Джерси. Майк Томпсон! Продюсер! Ты, наверное, слышала о нем? Он – большой человек, независимый, его уважают, у него огромные связи. Я с ним виделась на прошлой неделе, спрашивая, не сможет ли он поснимать «Золотой кубок», когда соревнования начнутся. Ну там, сделать документальный фильм или еще что-нибудь такое. Я думала, что он определенно скажет нет, но он оставил мне надежду, сказав, что подумает над этим. Но если я предложу ему это? Барзини в «Кармен»! И на испанской земле! – Ее лицо засветилось. – Это же совсем другое дело!

– Да?

– Да ведь это Барзини! Ты что, не знаешь, как он знаменит!

– Еще бы, – сказала Катрина, довольная, что наконец-таки заслужила одобрение.

Вдруг Шарли простонала:

– О Бог мой! – словно была в экстазе. Она отбросила стул, встала и подняла глаза куда-то к потолку. На ее лице появилось мечтательное выражение. – Забудем про «Кармен», – шептала она, как будто сама с собой. Она вытянула руки и смотрела через решетку из сплетенных пальцев. – Знаешь, что мы сделаем? Телеспектакль! Он будет продолжаться час, а может быть, и все два. Майк убьется за это свое телевизионное исключительное право! Как он выиграет от этого. Он выиграет, но и мы не внакладе останемся. И мы это назовем… – Она остановилась, чтобы произвести наибольший эффект. – Послушай! Мы назовем это «Барзини в „Паломе Бланке"!» Вот! «Барзини в „Паломе Бланке"!» – радостно повторила она.

Катрина не нашлась с ответом и молчала, потрясенная.

– Ну? – потребовала Шарли, вне себя от возбуждения. – Как ты думаешь? – Она начала мерять шагами кухню, она делала широкие шаги, и ее юбка из шерстяной ткани натягивалась на бедрах.

– Да… ведь это была только мысль, – сказала Катрина, вдруг занервничав. У нее даже лицо начало чесаться.

– Да послушай! Концерт – это еще не все. Телевидение – вот ключ к успеху! Интервидение! Представь масштаб! И название курорта будет в названии фильма! Вот в чем все дело! «Барзини в „Паломе Бланке"!» К черту «Кармен», – Шарли весело засмеялась.

– К черту «Кармен»?!

– Ну да. Надоел уже этот Бизе…

Замотав головой, Катрина была во власти других мыслей.

– Это ведь была только мысль, – начала она, но вздрогнула в тревоге. – Что это?

Шарли повернулась к раковине и вцепилась в кран так сильно, что побелели костяшки пальцев. Она то открывала, то закрывала его.

– Ты в порядке?

– Боже мой! – простонала Шарли. Она отпустила кран и отошла от раковины. – Боже мой! Что в первую очередь скажет Майк Томпсон? В первую очередь?

Катрина отступила.

– Видео!

Катрина заморгала.

– Кассетный рынок! Он огромен!

– Кассеты?

– Да. И Си-Ди тоже будут в этом участвовать! Твой приятель будет знать об этом. И на всем будет стоять название: «Барзини в „Паломе Бланке"!» – Она подхватила Катрину в объятия и начала танцевать по кухне. – Боже мой, Катрина! Как здорово! Монументальные сборы…

Теперь уже не на шутку взволнованная, Катрина высвободилась из объятий и села. Схватив Шарли за руку, она попыталась усадить ее рядом.

– Угомонись на минутку, – сказала она и снова повторила для себя: – Угомонись. Сядь на секундочку.

Но Шарли снова вскочила и закружилась по кухне, и это напомнило Катрине Тодда, особенно когда Шарли крикнула:

– Речь идет об огромных деньгах! Миллионах…

– О нет, только не это! – воскликнула Катрина, задержав дыхание и внезапно решившись положить конец этой чепухе. – Речь шла о миллионах тоже, а мы попали в это дерьмо. – Ты так же плохо считаешь, как Тодди!

Шарли внезапно остановилась, подтянула себе стул и села.

– Извини? – Она наморщила лоб. – Я что, чего-то не понимаю? Мы, кажется, твою идею обсуждали?

– Я на таком уровне не говорила. Не спектакли, не видео и не Си-Ди…

– Звезды мирового значения не поют в деревенских залах, – резко сказала Шарли. – Надо правильно подготовить платформу. Но посмотри, что мы при этом получаем! Что за дело! А реклама? Миллионная!

– Перестань говорить про миллионы! – взвизгнула Катрина. – Зачем опять миллионы? И Тодд был таким же. И посмотри, к чему это привело!

Шарли открыла было рот, чтобы ответить, но Катрина продолжала.

– Ты улетела за облака! – ругала она Шарли. – Это была просто мысль, только и всего. И кроме того, ты, наверное, права. Барзини не захочет этого делать, зачем ему это?