Два князя - Кирилл Малышев

Будучи постоянно занят, княжич не успевал подумать ни о чём, кроме работы.

Вечером первого дня он провалился в сон, едва добрёл до лежанки. Забравшись под кучу тряпья, парнишка уснул вязким, тяжёлым сном, полным крови и убийств. Ренька, Степан, Олег – все они выстраивались перед ним и неразборчиво говорили что-то, постепенно растворяясь во тьме. Мальчик пытался ответить им, сказать, что он не виноват в их смерти, и незачем терзать его, но мрачные фигуры будто не слышали.

Ярополк боялся этих кошмаров. Опасался, что начнёт говорить вслух, и кто-нибудь, как Стёпка, что-то заподозрит.

Проснувшись утром, мальчик украдкой всматривался в лица других работников. Он хотел поймать их взгляд и по нему определить – слышали ли они что-то.

Последние недели сделали его очень подозрительным.

Но, к облегчению княжича, никто не проявлял к нему никакого интереса. Все молча поднимались, молча выслушивали распоряжения, молча трудились и молча же ложились спать в холодных казематах под прохудившейся крышей.

Иногда кровавые картины сменялись более приятными грёзами.

Несколько раз Ярополк видел, как идёт по длинной лестнице вглубь земли, к огромному, расположенному там чёрному, приземистому зданию. Внизу, его ждала она. Девушка, которую парень уже видел раньше, но где именно, ему не удавалось вспомнить.

К сожалению, княжич так и не смог разглядеть её лица, но был уверен – оно прекрасно! Незнакомка протягивала к нему руки, и он шёл и шёл к ней навстречу. А потом мираж исчезал и, проснувшись, мальчик видел перед собой не красавицу, а пузатого орущего Егора.

Однажды вечером Ярополка неожиданно вызвал Мишка. Произошло это буднично. Старший подошёл к нему – княжич в тот момент мыл котлы после ужина – вручил бутыль с вином и корзину с какой-то едой, а затем отправил на пятый уровень Великой башни.

– Смотри, нигде не шатайся! – строго предупредил Егор. – Как только атаман отпустит – сразу назад. Понял?

Кивнув, парень вышел из тёмной арки, служившей входом на кухню, и впервые за несколько дней пересёк погружённый во мрак внутренний двор.

Ночной Ротинец гудел от разнообразных звуков – криков, пьяных песен, леденящих душу воплей и прочих свидетельств непрекращающейся ни на миг вакханалии, доносящихся откуда-то из освещённых кострами закоулков.

У входа в Искру Радонии его остановили стражники – личная охрана Мишки. Мальчик уже научился отличать их от прочих: как на подбор, все высокие, крепкие, бородатые. Всегда с угрюмыми лицами и неизменной красной тряпицей на шее. Он часто видел их во время раздачи еды, когда они собирались за длинными столами. Иногда кто-то из стражников заходил на кухню днём – передать распоряжения или пожелания от своего предводителя. Но ни разу, в отличие от остальных, Ярополк не замечал их пьяными или распущенными. Всегда собранные, с безупречной выправкой.

Парень решил, что они все – бывшие княжеские дружинники.

– Куда? – резко спросил стражник, вытянув вперёд руку.

Мальчик показал бутылку и корзину, которые нёс в руках.

– Я иду с кухни, – ответил он. – Старший отправил к Мишке.

Смерив его холодным взглядом, мужчина произнёс:

– Мал ты ещё чтобы Мишкой его называть. Не вздумай к нему так обращаться, если голова дорога. Для тебя он – атаман.

Затем, подумав, он всё же кивнул и шагнул в сторону, освобождая проход.

– По лестнице вверх, пятый уровень.

Великая башня, выбранная нынешним владыкой для проживания и проведения приёмов, была единственным сооружением в Ротинце, сохранившим отголоски былого величия.

Хотя состояние постройки и было удручающим – стены осыпа́лись, а деревянные перекрытия прогнили до основания – работники всё же поддерживали её в относительном порядке. Ежедневно занимаясь уборкой и мелким ремонтом, они хоть и не могли полностью остановить разрушение, но существенно замедляли его.

Наверх вели каменные ступени, спрятанные в дальнем конце зала. Ярополк миновал массивное деревянное кресло, служившее Мишке чем-то вроде трона. Освещённое мягким серебристым сиянием, сейчас оно показалось княжичу не таким уж и убогим.

«Разбойничий престол», – невольно пронеслось у него в голове, когда взгляд скользнул по деревянной, покрытой примитивной резьбой спинке.

Звук шагов эхом разносился по просторному помещению, отражаясь от грубой кладки. Пройдя его насквозь, парень начал подниматься по узкой винтовой лестнице, свещённой лишь несколькими факелами, установленными на стенах.

В некоторых местах было настолько темно, что ступени вовсе исчезали из виду, и княжич несколько раз споткнулся, едва не уронив бутыль и вспугнув летучих мышей, гнездившихся под потолком, теряющимся во мраке.

Запыхавшийся и покрытый по́том, он наконец добрался до пятого уровня. У обитой железом двери стоял ещё один стражник – удивительно похожий на тех, кого мальчик видел внизу, словно все они были родными братьями.

Ярополк остановился, ощутив на себе его суровый взгляд.

– Я по поручению Егора. Отправил к Ми… К атаману, – вовремя исправился он, повторив он то же, что сказал у ворот.

Охранник кивнул и отступил в сторону.

Княжич толкнул дверь, но та не поддалась. Мужчина искоса взглянул на него. Мальчик попробовал ещё раз и снова безуспешно – створка была либо слишком тяжёлой, либо заржавевшие петли отказывались двигаться.

– Помоги мне, – стесняясь, попросил он.

Хмыкнув в густые чёрные усы, стражник легко толкнул створку одной рукой. Она со скрипом открылась.

– Благослови тебя Владыка! – кивнув, поблагодарил Ярополк и, втиснувшись внутрь, на миг ослеп от яркого света, заливавшего помещение.

В комнате полыхал очаг. У него сидел Мишка, закутанный в бурую медвежью шкуру. Княжич остановился на пороге, озираясь.

Обстановка была скудной, но уютной. Сквозь несколько широких сводчатых окон в помещение струился холодный лунный свет. Выщербленный дощатый пол покрывали цветастые ковры ликайской работы. В глубине покоев стояла простая деревянная кровать.

Одна деталь удивила Ярополка – стены были сплошь уставлены полками с бесчисленными книгами. Сотнями книг. Тысячами. Такого он точно не ожидал увидеть в логове безжалостного разбойника, который, как казалось ему, и грамоте-то не был обучен.

В воздухе витал нежный аромат трав и смолистых дров, ярко пылающих в жаровне. Ярополк заметил, что на столе лежала небольшая книжка в коричневой кожаной обложке с торчащей из неё закладкой. Мальчик явно отвлёк хозяина от чтения.

– Заходи, – не поворачиваясь, велел он, глядя в огонь. – Поставь вино и корзину сюда, на стол.

Парнишка, стараясь не шуметь, приблизился и с тихим стуком поставил бутыль перед атаманом.

– Как зовут? – по-прежнему глядя в пламя, спросил тот.

– Васькой, – коротко ответил Ярополк.

– Васька?

Мишка перевёл на него недоумённый взгляд, будто не понимая, что только что услышал. Он по-прежнему почти не моргал. Видимо, это было его отличительной чертой.

Княжич отметил, что теперь его глаза не казались такими