Два князя - Кирилл Малышев

простом деревянном кресле сидел человек. Свет, льющийся из окон прямо за его спиной, придавал этому жалкому подобию престола величественный, сакральный вид.

Княжич внимательно поглядел на него.

Мужчина был хорошо – и, в отличие от остальных присутствующих, – со вкусом одет. Он был молод, немногим старше Олега. Русоволосый, с колючими глазами, похожими на маленькие кусочки голубого льда. На короткий миг мальчику показалось что он уже видел их прежде, но где – вспомнить не смог.

По бокам голова незнакомца была обрита. Над ушами и на затылке виднелись узоры, набитые на коже и опоясывающие голову так, что чистым оставался только высокий лоб. Ярополк узнал в них древние руны, взятые из языка северных земель, норда. Они напоминали те, что были вырезаны на Железном Когте, который Олег взял с собой в Ханатар.

Мужчина сидел, откинувшись на спинку. Расслабленная поза выдавала уверенность в себе. У кресла, прислонённый к подлокотнику острием вниз, виднелся меч. Его гладкое лезвие, выкованное из каменецкого сплава, отливало золотом. Очень дорогое оружие, доступное лишь князьям да немногим высокородным боярам. Простой смертный не мог даже мечтать о владении таким клинком.

Перед ним, насупившись, стояли двое. Всклокоченные и неопрятные – разбойники, точь-в-точь такие же, каких парень в избытке видел за пределами зала. Тыча друг в друга пальцами, они громко переругивались, явно пытаясь что-то объяснить человеку на скромном троне.

«Как просители перед князем», – подумал Ярополк.

Мальчик прислушался, пытаясь понять, о чём идёт речь.

– Мишка, я же говорю – он, – один из всклокоченных мужиков указал на второго, – забрал себе большую часть добычи, хотя на дело явился с опозданием! Я всё сделал! Я сам! Так с чего мне что-то ещё отдавать?

«Мишка? Мишка-разбойник? Предводитель всех шаек в княжестве. Так вот он какой! Это с ним воевали мои братья на протяжении трёх лет!» – догадался, нахмурившись, княжич.

– Так ли это? – спокойно, выслушав первого, спросил Мишка, глядя на второго.

– Нет! – отрезал тот. – Я опоздал только потому, что он назвал мне одно время, а сам пошёл в другое! Обманул! А наводка-то моя была!

Двое продолжили ожесточённо спорить, наполняя зал криками. Мишка, немного послушав их перебранку, со скучающим видом поднял руку, призывая к тишине. Однако спорщики в запале не обратили внимания на его жест. Лицо предводителя изменилось. Холодная ярость блеснула в синих глазах, мгновенно придав ему угрожающий, свирепый вид.

– А ну, заткнулись, – властно скомандовал он.

Несмотря на то что голос атамана был тихим, его слова мгновенно разнеслись по залу. В них чувствовалась такая зловещая сила, что даже у тех, к кому они не были обращены, кровь застыла в жилах.

Ярополк ощутил, как по спине пробежал холодок. Просители, оборвав склоку на полуслове, тут же притихли.

– Вы утомили меня. Раз вы, два брата, не смогли договориться между собой в таком простом деле, тогда всё решу я. Ты, – он указал на первого, – взял себе только треть и обижаешься, что второй взял две трети. Взял больше, хотя вы собирались поделить добычу поровну.

– Да, Миша, всё верно.

– Хорошо. Ты же, – обратился он ко второму, – не хочешь отдавать ему больше трети, потому что он обманул тебя, назвав неверное время.

– Истинно так. Хотя наводка была моя!

– Вы оба получите то, чего хотите, – с леденящей сердце ухмылкой произнёс предводитель. – Одну из третей вы отдадите мне. Так добычи у вас останется поровну. И при этом никто из вас не получит больше трети. Я учёл все ваши пожелания!

Просители задохнулись от возмущения.

Никто из них не хотел отдавать часть награбленного третьему лицу. Оба, казалось, мигом забыли о своей склоке и, став рядом, с вызовом посмотрели на Мишку.

– Да как ты смеешь! – вскипел первый. – Ты кто вообще так…

Атаман, не вставая с кресла, всем телом подался вперёд, вцепившись в него своими голубыми глазами, словно коршун в добычу.

– Советую тебе хорошенько подумать, прежде чем произнести ещё хоть одно слово, – прошипел он. – Чтобы не пришлось горько пожалеть о сказанном.

Разбойник тут же осёкся.

Молча, вжав голову в плечи, он замер, страшась гнева владыки Ротинца. Удовлетворившись произведённым впечатлением, Мишка откинулся на спинку и, мигом потеряв интерес к взъерошенным жалобщикам, взмахнул ладонью:

– Чтобы сегодня же принесли мою долю. Узнаю, что пытаетесь надуть – выколю каждому по глазу. Пошли вон.

Затем, обратившись к стоящему у кресла вооружённому черноволосому мужчине с серьгой в ухе и красным платком на шее – вероятно, телохранителю – устало спросил:

– Кто там дальше?

Ярополк ощутил резкую боль в спине.

Пленных, подгоняемых тычками Емельки, медленно гнали к подножию трона. Сам он, с широкой улыбкой на лице, вышел вперёд и, приняв напыщенную позу, встал напротив Мишки. Веснушчатое лицо, исполненное самодовольства, было задрано вверх. Наслаждаясь всеобщим вниманием, рыжий громко произнёс:

– Миша, предводитель наш! С богатой добычей я прибыл к тебе сегодня! – Картинным жестом он указал на испуганных пленников рядом. – Давно такой не было! Здесь и люди, и шелка, и прочее. Много всего захватили! И чтобы тебя уважить – половину преподношу тебе.

Присутствующие в зале возбуждённо зашептались.

Емелька расправил плечи, выставив грудь вперёд. Атаман с удивлённой улыбкой покачал головой, будто не веря своей удаче. Оперевшись руками о подлокотники, он поднялся, взял в ладони клинок с золотистым лезвием и, не спеша, подошёл к Емельке. Встав вплотную к нему, опёрся на меч, наклонил голову. Продолжая хищно улыбаться, заглянул главарю шайки прямо в глаза.

Ярополк отметил, что предводитель разбойников хорошо сложен, высок и плечист.

В помещении стало тихо

Емелька невольно сжался под холодным взором Мишки. Ему вдруг показалось, что атаман чем-то недоволен и, чтобы тот понял, как много богатств ему достанется, принялся тараторить, уже без былого самодовольства:

– А ещё привёз я тебе и того лучше! – Он отвёл глаза, не в силах выдержать пристального взгляда.

Предводитель продолжал молчать. Потянув за верёвку дрожащими руками, Емелька вытащил вперёд Ярослава Михайловича и с силой толкнул его к ногам Мишки.

Коротко охнув, купец упал на колени.

– Это – Потоцкий, купец! Первой гильдии Каменца! Выкуп за него можно взять такой, что и не видывали в наших краях! Он твой! Тебе его отдаю!

Тот молча посмотрел на притихшего мужчину и снова, всё так же не говоря ни слова, перевёл взгляд на Емельку. Теперь улыбка окончательно исчезла с лица рыжего разбойника.

Что-то явно было не так.

В воздухе чувствовалось звенящее напряжение. Люди, стоящие в зале, застыли, почуяв надвигающуюся бурю. Мишка,