Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

превратился в урчание, в рокот, в тихое ворчание, смолк.

Но ощущение падения от этого не пропало. Вертолёт медленно вращался вокруг оси, в то время как пассажиры внутри плавали в воздухе, как воздушные шарики.

– Обзор!

Спицын, Барышников и даже позеленевший от потери веса Карапетян кое-как подсунулись к иллюминаторам. То же самое сделал и Сергей Макарович.

Стало видно, что вертолёт висит между двумя уходящими в бесконечность стенами, поросшими не то мхом, не то лишайником серо-зелёного цвета. Горизонт между стенами тоже уходил в бесконечность, превращаясь в узкую, слабо светящуюся полоску. До стен можно было, казалось, дотянуться рукой, но Сергей Макарович вдруг понял, что они представляют собой плоскости планетарного масштаба, удалённые от вертолёта на тысячи километров, и мох на них вовсе не мох, а лесные заросли!

– Боже мой! – прошептал Карапетян.

– Егор, очнись! Куда мы попали?!

– Н-не знаю, – ответил Карапетян, заикаясь. – Слева вроде бы лес…

– И справа лес! – констатировал Спицын хладнокровно.

– Что посередине? Не похоже на иномериану.

Карапетян оттолкнулся от стены, ухватился за ножку сиденья, подтянул себя к компьютеру.

– По датчикам мы по-прежнему висим по оси иномерианы…

– Откуда здесь два леса? Откуда взялась невесомость?

– Сейчас проанализирую показания…

– Некогда анализировать, включи мозги!

– Может быть, нас крутануло…

– Куда? Почему? Дроны спокойно проникали сюда и возвращались, но ландшафт в их записях был один.

– Я не создатель компьютерных игр! – разозлился Егор Левонович, – и не бог. Может, произошёл двойной пробой. Масса вертолёта в сто раз больше массы дрона, вот он и провалился в другую иномериану.

– Какую другую?!

– Наша брана соединена с браной, заросшей чёрным лесом, а та в свою очередь соединена с браной, где растёт другой лес, тот, в котором остались наши люди.

– Значит, мы туда не попадём?

– Откуда я знаю?

– Напрягись, чёрт побери! Думай!

– А я что делаю?! – едва не взвыл Карапетян.

– Товарищ полковник, – позвал пилот. – Можно включить двигатель и вернуться обратно по тому пути, каким мы шли.

– Отставить!

– Он прав! – воскликнул Карапетян. – Надо двигаться точно по оси назад, в обратном направлении.

– А если, наоборот, пойти вниз?

– Нам нельзя выходить из канала иномерианы… упадём на этот чёртов лес.

– Я и не предлагаю выходить из канала, но если мы продолжим движение вниз…

– Тогда… есть шанс… провалиться в другую брану… но я не уверен!

– Капитан, разворачивай «вертушку», но так, чтобы мы всё время висели внутри, посередине между стенами. После этого попробуем опуститься… то есть подняться.

– Понял, попытаюсь.

Дёрнулся несущий винт, набирая обороты, и вместе с ним начал поворачиваться весь вертолёт, так как пилот отключил хвостовой винт. Непонятно было, что лётчик сделал в следующий момент, однако вертолёт начал медленно и тяжеловесно переворачиваться «с ног на голову», по-прежнему лишённый веса.

Пассажирам пришлось хвататься за спинки сидений и рёбра переборок, чтобы не разлететься по всему салону. Барышников снова помог физику, и тот, раскорячившись, завис над монитором компьютера.

Вертолёт плавно двинулся вверх, только что бывший низом. Но полёт его длился недолго. Через полминуты он влетел в тёмный тоннель, и на головы всех находившихся в нём упала плита беспамятства.

Подсознание Сергея Макаровича отметило ещё одно «двухсекундное столетие», и он пришёл в себя.

Под вертолётом простиралась ватная, серая, облачная пелена, а над ним нависала глыбистая твердь, прошитая шипами и колючками, видимая как сквозь мутное стекло или как сквозь струящийся снизу вверх дымок. Затем пришло осознание вектора гравитации, и Спицын спокойно проговорил:

– Кажется, нас перевернуло.

– Мы падаем винтами вниз! – снова закричал второй пилот, выполнявший роль оператора вооружений.

– Оверштаг! – рявкнул Сергей Макарович. – Развернитесь и зависните! Ни сантиметра ни вниз, ни вверх!

Вертолёт начал переворачиваться, и тела пассажиров приобрели вес и тягу к полу. Приподнявшиеся было в воздух люди и приборы шлёпнулись на пол кабины и покатились к борту.

– Держите датчики! – выкрикнул Карапетян, заботясь не о себе, а о приборах.

Вертолёт взревел двигателем, выровнялся.

Твердь земли и небеса поменялись местами.

– Помогите! – просипел Егор Левонович, держа на груди растопырчатый блок с двумя антеннами.

К нему метнулся Барышников.

– Илья, обзор!

Спицын прилип к иллюминатору. Сергей Макарович подсел к другому.

Вертолёт завис над колючими зарослями чудовищного леса на высоте трёхсот метров, завёрнутый в «авоську» еле заметного дымка. Поэтому детали пейзажа разглядеть было трудно. Сергей Макарович смог оценить лишь размеры растительного хаоса, уходящего к горизонту не менее чем на полсотни километров. И там, на границе тьмы, была видна более светлая полоса, окружавшая чёрный лес своеобразной изгородью.

– Лес… – пробормотал Савельев.

– Что, простите? – не понял Спицын.

– Там, далеко… наш лес… тот самый, где остались Ребров и члены экспедиции ЮНЕСКО. Нам надо туда…

– Куда именно? Эту дрянь под нами большой лес окружает со всех сторон.

Сергей Макарович помолчал, соображая.

– Сделаем круг…

– А если потеряем вход в канал иномерианы?

– Я найду! – вклинился в разговор Карапетян, лихорадочно настраивая один измерительный комплекс за другим. – В канале происходит амплитудная осцилляция лептонного поля. Дымка вокруг нас – результат процесса. Хотя я не понимаю, почему гравидатчики дают такой разброс массы…

– Товарищ полковник, жду указаний! – напомнил о себе пилот, мастерски удерживающий тяжёлую машину на одном месте.

– Слушать эфир!

– Слушаем, всё тихо.

– Вызов на волне «омега»: «Маугли, я главный, ответь!»

– Передаю.

В эфир полетела фраза вызова, закодированная под обработку криптосистемами раций, встроенных в шлемы «хамелеонов» Реброва и его бойцов.

Прошла минута тревожного ожидания. Никто на вызов не ответил.

– Товарищ полковник?

Спицын оторвался от иллюминатора.

– Давайте пошлём дрон.

Сергей Макарович сжал зубы.

– Долго мы здесь не провисим. Капитан, каков ресурс двигуна «вертушки»?

– Час до трёх четвертей в баках.

– Держите машину. Илья, Валентин, запускайте дрон!

И в этот миг раздался крик второго пилота, оператора систем вооружения:

– Вижу цель! Внизу слева, на четыреста, сто по высоте, приближается!

Сергей Макарович прилип к стеклу иллюминатора и увидел выплывающего из колючей мглы четырёхкрылого гиганта…

Глава 20

Сон и явь

Ночь в Заповеднике можно было назвать таковой с большой натяжкой, поэтому сумрак в лесу не помешал паре добраться до цели путешествия. Оставив аэробайк в кустах «орешника», Максим заколебался было, брать с собой «шёпот смерти» или нет, потом решил не брать. Их миссия была мирной, а вызывать у хозяина леса беспокойство не хотелось.

Гигантский «дуб» произвёл на Веронику огромное впечатление.

– Вот это гора! – прошептала девушка, когда они, взявшись за руки, подошли к дереву на вершине холма и остановились в сотне метров от него.

Дуб действительно будил воображение, загораживая кроной полнеба, и даже видавший виды Максим почувствовал дрожь в желудке,