Грехи и грешницы - Сьюзан Одо

— Сейчас я тебе принесу, — сорвалась с места Карен.

— Нет! — возразила Сюзи, пожалуй, чересчур громко и чересчур порывисто. — Ты останешься с… э, Крис. Анна, выпьешь со мной? — И, стараясь не смотреть в глаза Карен, поспешила к бару. Рядом с ней шла Анна, Сюзи что-то шептала и шептала ей на ухо.

Подождав, пока Анна удалилась, Карен подскочила к Сюзи.

— Она тебе сказала? — спросила она, усаживаясь рядом.

— Что сказала? — глядя куда-то в зал, откликнулась Сюзи.

— Не валяй дурака. Для меня это важно, Сюзи.

— Почему ты нам ничего не говорила? — помедлив, спросила та.

— Я не могла.

— Не могла? Почему? Мы ведь вроде бы твои подруги.

— Я не… Я не знала, как вы отреагируете.

— Ну а чего ты от нас ожидала?

— Ой, не знаю! — вздохнула Карен. — А вдруг бы вы подумали, что я стану вас обольщать? Я боялась, как бы вы не решили, что мы больше не можем быть друзьями.

Сюзи глубоко вздохнула.

— Слушай, Карен, — сказала она. — Оглянись вокруг.

Я скажу тебе, — продолжила она, глядя на мужчин, — что если бы не секс, я и сама жила бы с женщиной. С женщинами я могу разговаривать. По-настоящему разговаривать. Все эти, — повысила она голос и махнула рукой в сторону некоторых в усмерть пьяных гостей, — просто слабоумные козлы, вот кто они!

Пытаясь ее успокоить, Карен мягко сжала ей руку.

— Нет, — уже спокойнее сказала Сюзи. — Если ты счастлива, — это прекрасно. — И, повернувшись, она обняла Карен за шею и вместе с ней рухнула на стойку бара, смахнув на пол стоявшие там бокалы.

НАСТОЯЩИЕ ЖЕНЩИНЫ

Анна снова села за свой столик. Пустой стул рядом с ней выразительно напоминал о том, что Джеймс все еще толчется возле бара, поглощенный разговором с двоюродной сестрой Сюзи. Вежливо улыбнувшись своей соседке пожилая леди улыбалась и кивала всем, кто на нее смотрел, — Анна опустила взгляд. Жаль, что она не курит. По крайней мере было бы чем занять руки. Вроде того бокала с шампанским, что у нее забрали, и теперь, подчиняясь условностям, до возвращения Джеймса из бара ей придется сидеть и ждать.

Анна раздраженно фыркнула, уговаривая себя не смотреть в сторону бара, но, подчиняясь некоему импульсу, все же повернулась и посмотрела. Никаких сомнений: смотрят, не отрывая глаз друг от друга, а какие улыбки, да и этот смех… Анна вновь опустила взгляд, но отрицать было нелепо. Она ревновала. Ревновала к семнадцатилетней дурочке с нахально выпирающими из платья маленькими сиськами. Закусив губу, она поклялась себе, что годы тут ни при чем. Она и раньше не могла справиться с ревностью. Сейчас она снова чувствовала себя пятнадцатилетней девчонкой, которая пришла на свою первую вечеринку.

«Черт побери! — мысленно сказала она и встала, решив не поддаваться овладевшему ею настроению. — Будь я проклята, если стану его ждать. Кроме того, — добавила она про себя и прищурила глаза, — я взрослая женщина.

Я сама могу принести себе выпивку!

Да, и если он считает, что со мной можно так обращаться…»

Она подошла к нему и похлопала его по плечу.

— Твоя подруга? — спросила она, когда он повернул голову, явно удивленный ее появлением.

— Э… это…

— Я рассчитывала, что ты принесешь мне шампанское, — перебила она, не желая, чтобы Джеймс ее представлял. — Кажется, ты не спешишь?

Он повернулся:

— Ну, ты ведь исчезла. Я думал…

— Ты думал, как бы заморочить голову какой-нибудь безмозглой дурочке…

— Послушайте! — запротестовала девушка. — Кого это вы называете дурочкой?

— Тебя! — нагнувшись к ней, выпалила Анна. — А теперь исчезни!

Шокированная ее словами, девушка нервно сглотнула, затем, явно расстроившись, повернулась и удалилась.

Анна снова посмотрела на Джеймса. Он вмиг помрачнел.

— Я просто разговаривал, вот и все, — покачал он головой. — Зря ты так.

— Зря! — Анна нервно засмеялась, затем снова заговорила так тихо, что из-за оглушающей музыки ее слова было трудно разобрать:

— Я думала, ты другой, Джеймс.

Знаешь, я действительно думала, что ты не такой, как все. Я думала…

Она замолчала и опустила взгляд, внезапно ощутив разочарование.

Он положил ей руку на плечо.

— Я прошу прощения. Она просто…

Анна подняла взгляд.

— Нет. Это я должна извиняться. За то, что позвонила тебе тогда ночью. За то, что поймала тебя на этом твоем предложении. Ничего хорошего все равно бы не вышло, верно? Ну, если смотреть глобально. — Она горько засмеялась и покачала головой. — Ты мне в сыновья годишься.

— Эдипов комплекс, — с улыбкой сказал он, надеясь вызвать у нее ответную реакцию. Его горячая рука все еще лежала на ее плече, связывая их физически.

— Нет, — ответила она, мягко похлопала его по руке и скинула со своего плеча. — Все было прекрасно, но… — Она нервно сглотнула, пытаясь быть предельно честной с самой собой. — Теперь мне понятно, как это может быть.

Каждый раз, когда ты будешь смотреть на другую, я буду ревновать. Я буду думать… ну, я буду думать, что ты не бросаешь меня из жалости. Или потому, что я хорошо трахаюсь…

Он поморщился:

— Эй…

Анна улыбнулась.

— О, я знаю, что хорошо трахаюсь. Но ведь любовь — это нечто большее, правда? Любовь — это то, что остается, когда увядает страсть. Тут речь идет о том… ну, о том, чтобы состариться вместе. А в этом забеге я тебя намного опережаю.

Опустив взгляд, Джеймс вздохнул:

— Значит, ты меня не желаешь больше видеть, да?

Анна протянула руку, провела пальцем по его щеке, вспоминая о приятно проведенной ночи, и слегка вздрогнула.

— Да, — чуть помедлив, сказала она. — Видимо, это так.

В глазах его отразилась боль.

— А как же я?

Она снова улыбнулась:

— О, с тобой будет все в порядке. У тебя дар, Джеймс.

Ты можешь очаровать даже Мэри Уайтхаус.

Он засмеялся:

— Ты считаешь, что я так нравлюсь зрелым женщинам?

Вздохнув, Анна покачала головой.

— Нет. Лучше заведи роман с какой-нибудь сверстницей. Вроде этой твоей подруги…

Он обернулся, посмотрел на кузину Сюзи, стоявшую рядом со своими подругами, и снова взглянул на Анну.

— Ты имеешь в виду — вроде нее?

— Можешь выбрать и похуже.

— Ты вроде бы сказала, что она дурочка.

— Всего лишь женское соперничество. Я нанесла удар первой — прежде чем она успела назвать меня старой кошелкой.

Он засмеялся.

— Знаешь, ты действительно незаурядная женщина, Анна. Хорошо, что мы познакомились. Это было… незабываемо.

Она усмехнулась:

— Ага, я знаю… и если мне захочется повторить…