Блеск и нищета российского ТВ - Федор Раззаков

Еще одна похожая история произошла в апреле 1999 года, когда в «ЗдравсТВуйте» (приложение к «Комсомольской правде») от заместителя командира по воспитательной работе в/ч 30961 капитана 2-го ранга А. Палия пришло письмо следующего содержания: «К вам с просьбой о поддержке и содействии обращается экипаж БАРЗК «Урал». Почти три года назад, в мае 1996 года, экипаж принял участие в конкурсе «Метаграмма», проведенном редакцией газеты «Поле чудес».

Редакция и лично Леонид Аркадьевич Якубович пошли навстречу экипажу. С экранов телевизоров на всю страну было заявлено, что над нами берут шефство и первым шагом в дружбе и сотрудничестве будет подарок от передачи «Поле чудес» в виде 6 телевизоров с видеомагнитофонами и двух сеток мячей. Планировалось даже проведение передачи «Поле чудес» на борту нашего корабля.

Но прошло три года, сменилось два поколения моряков на корабле, а обещанного подарка мы так и не получили. На все наши обращения получали либо отписки, либо молчание. Один раз Л. Якубович собирался сам привезти эти телевизоры и вручить их нам, но вместо этого с Макаревичем уехал за границу.

Уважаемая редакция, поймите нас правильно, мы не жалуемся, а просто хотим разобраться: неужели то, что мы видим на телеэкране, – блеф и обман?»

Как и большинство подобных историй, эта завершилась «хеппи-эндом»: со страниц «ЗдравсТВуйте» Якубович лично обратился к морякам БАРЗК «Урал» и заявил: «Три года назад мы планировали провести выездную передачу на борту корабля и вручить подарки. Однако тогдашний главком ВМФ Феликс Громов категорически запретил даже посещение корабля. Посещение атомных кораблей посторонними лицами запрещено. Для «Поля чудес» исключения не сделали. Шесть телевизоров с видеомагнитофонами и две сетки мячей лежат на складе. Я подтверждаю, что готов приехать и лично вручить подарки. Год назад Феликс Громов ушел на пенсию, сейчас у Военно-Морского Флота новый главком. Мы постараемся с ним связаться и надеемся, что корабль нам все же разрешат посетить».

На сегодняшний день «Поле чудес» является долгожителем российского ТВ – она выходит в эфир уже 19-й сезон. И несмотря на то что общественность периодически потрясают слухи о том, что судьба передачи висит на волоске и ей грозит закрытие в силу различных объективных причин, однако в эти слухи уже мало кто верит. Во-первых, уже привыкли к таковым, а во-вторых – не так уж и много у нынешнего российского ТВ настоящих народных передач (все больше антинародных), и в-третьих – все же прекрасно понимают, что резать «курицу, несущую золотые яйца» для телевизионщиков себе дороже. Капитализм на дворе, как-никак!

«Куклы» (1994)

Подобные кукольные шоу давно существуют в европейских странах, в частности, в Англии (например, во времена правления Маргарет Тэтчер в начале 80-х), во Франции. Рано или поздно подобное должно было появиться и в России, и дело стояло за малым – нужен был человек, который эту идею бы к нам завез. Таким человеком оказался Василий (Базиль) Григорьев. В свое время он окончил сценарный факультет ВГИКа, после чего уехал за границу. Работал на американском телевидении, французском. Именно в Париже он и увидел тамошних «Кукол» и тут же загорелся идеей создать нечто подобное у себя на родине. Приехав в Москву, он отправился в «Останкино» и попал на прием к президенту НТВ Игорю Малашенко. Поскольку руководство этого канала самым откровенным образом позиционировало себя оппонентом Кремля, идея Григорьева ему понравилась. Еще бы: с помощью шоу кукол зло высмеивать нравы и политику обитателей Кремля! В итоге в мае 1994 года проект был запущен в производство.

Режиссера для «Кукол» подбирал лично Григорьев, причем искал его недолго – взял на это дело своего сокурсника по ВГИКу Василия Пичула, прославившегося в конце 80-х фильмом «Маленькая Вера». Кукольным мастером выступил Андрей Дроздов, который, оказывается, давно носился с идеей сделать такую передачу на ТВ, да все денег не было. А тут нашелся «богатенький Буратино» из Парижа, и средства нашлись. Дроздов даже специально ездил во Францию, чтобы на месте изучить технологию изготовления подобных кукол (он учился в мастерской Алена Дюверена).

В роли сценариста должен был выступить Григорий Горин, однако он по каким-то причинам от лестного предложения отказался и порекомендовал своего коллегу – писателя-сатирика Виктора Шендеровича (в свое время тот окончил ГИТИС как педагог по сценическому движению и сценическому бою и семь лет преподавал в этом институте). В конце 1996 года соавтором Шендеровича стал сценарист Иван Киасашвили.

Стоит отметить, что среди почти 30 актеров программы всего одна девушка – Лиля Чекстер. Почему такая дискриминация? По простой причине: уж больно работа тяжелая. Вот как описывает ее в еженедельнике «Семь дней» А. Павлов: «Для наглядности меня поставили в «рабочую позу» – то бишь на колени, согнувшись пополам и вытянув при этом руки вверх. На руки надеваются руки куклы, а голова пригибается вниз. Двадцати секунд вполне хватило, чтобы посмотреть на актеров другими глазами. Довольные произведенным эффектом, ребята принялись добивать живописными деталями: «Если кукла в кольчуге или боярских соболях, то и на все десять килограммов потянет. А однажды настоящий пулемет в руки дали, так это еще двадцать. И стоишь так по часу и больше. А на коленях у нас такие мозоли – спокойно бетонную плиту перешибем. Да нашу группу пора заносить в Книгу рекордов Гиннесса – как обладателей самых выносливых рук».

Между тем у каждой куклы по три актера: один – ее основание, другой – озвучивает, третий – управляет глазами.

Премьера передачи состоялась поздней осенью 1994 года. Вот что писала по этому поводу в «Московской правде» М. Варденга: «Суббота, 19 ноября, стала уникальным днем в истории нашего телевидения. Впервые на экран вышли политики нового образца: сделанные из резины и кожзаменителя. Нельзя не признать: лица героев оказались ничуть не менее привлекательными, чем их реальные прототипы. Программа, совершившая революционный переворот, называлась «Куклы», а ее предполагаемый успех оценивался столь высоко, что ею рискнули заменить суперпопулярную «Намедни», всего лишь неделю назад сменившую свой имидж…

В Англии, как и во Франции, где изготовлялись энтэвэшные герои, и многих других странах поулыбаться над приватной жизнью государственной особы – дело обычное. Тихими парижскими вечерами резиновый месье Миттеран спокойно поверяет телезрителям историю своей страстной внебрачной любви. Хоть история обычная, человеческая, – открыто не обсудишь. А над марионетками похихикать не возбраняется никому.

Кукла – прекрасный способ безопасной правды. В Средневековье эта роль отдавалась шутам, а в наши дни – резиновой голове…

НТВ предложило зрителям новый взгляд на проблему. Взгляд доброго невнимания – тот самый, с которым западный человек взирает на выделывающих кренделя перед электоратом политиков. Впрочем, «Куклы» представили на экране не только политических протагонистов (до чего обаятельно смотрелись голые ноги – «мидасовы уши» – премьера Черномырдина!), но и посмеялись над собственными сотрудниками: крючковатый нос и интригующие усы Евгения Киселева были обыграны с не меньшим тщанием, чем крутой ленинский лоб Гайдара и всеведущий нос главного милиционера Ерина.

На президента НТВ, однако, не покусились. Быть может, в Париже, где режиссер Василий Григорьев производит свою программу, еще не изготовлен его «спикин имэдж» (так в Америке называется подобное шоу), а может быть, авторы решили воздержаться до поры, когда созреют хорошие авторы текстов для их передачи.

На этот раз они, увы, не выдерживали никакой критики. Группа сатириков под руководством Ефима Смолина не сумела выдать ни одной по-настоящему смешной реплики (кстати, диалоги носили исключительно общеполитический характер: частная жизнь осталась за кадром – сказалась природная российская деликатность!), улыбку вызывали лишь уморительные движения масок на экране. Для первого раза этого было достаточно, но при выпуске еженедельной (как планируется) программы бледные высказывания героев неизбежно приведут к угасанию зрительского интереса…»

Надо сказать, реальные прототипы кукол поначалу отнеслись к появлению себя на экране в таком виде без особого энтузиазма, но и без злости. Некоторые из них первое время даже умилялись над ужимками своих двойников. Но потом, когда тексты сюжетов стали более острыми, среди них началось волнение. Пошли «накаты» на программу, кое-кто даже стал грозить судебными исками. Но это только добавляло передаче популярности, и она продолжала выходить, несмотря ни на что. О том, как относятся прототипы к своим двойникам, рассказывает А. Дроздов: «В основном они любят говорить о чужих куклах… Когда Черномырдин увидел впервые свою куклу, она сидела и радостно приветствовала его. Он хмыкнул, издал непонятные звуки: он явно искал какую-то форму поведения со своим двойником. И в итоге он ее, по-моему, нашел. Сказал: «…И что бы она там ни балаболила…» Господину Церетели его кукла очень нравится, он мне лично это сказал. В отличие от Немцова – он мне тоже лично это сказал: Немцов считает свою куклу «ублюдочной». Его мама однажды смотрела программу «Куклы» вместе с соседями. Мама-то вроде бы ничего, а соседи говорят: «Что же это вашего мальчика так изуродовали?»