Что-то кроме магии - Akana again

если накатывает сплин, с ним лучше не спорить. В таком состоянии он способен разнести замок, и даже я с ним не справлюсь.

— И вы предлагаете мне принести такой «подарочек» в дом к ни в чем не повинным людям?!

— А там я тихий буду! — подпрыгнул на рубашках Пивз. — Честное слово! Разве что совсем по мелочи: дверьми поскрипеть, золу разбросать... Ну правда, не стану сильно безобразничать!

Снейп и Барон переглянулись.

— Ему можно верить, — кивнул призрак. — Но на всякий случай я отправляюсь с тобой.

— И тоже в чемодане? — не удержался от подковырки человек.

— Не беспокойся, у меня свои способы перемещения, — невозмутимо ответил Барон.

* * *

Гилберт и Лорейн Квирреллы жили в старинном двухэтажном доме на окраине Ньюарка. Это был тихий зеленый квартал добропорядочных волшебников, в незапамятные времена выросший на берегу Девона неподалеку от его впадения в Трент. Статут блюли свято, с маглами не конфликтовали, защищаясь от любопытства непосвященных аурой вековой провинциальной дрёмы, которая не хуже чар отпугивает туристов и коммерсантов.

Снейп и Квиррелл прибыли к завтраку. Их встретили радушно, Квиринуса расцеловали, Северусу от души пожали руку и попросили чувствовать себя как дома. Гилберт Квиррелл, моложавый джентльмен средних лет, заметил, что сын не раз в письмах отзывался о слизеринском декане с большим уважением, и сейчас они с супругой очень рады познакомиться со столь примечательной личностью... Комплимент главы семейства прервало истошное кукареканье, исходившее из чемодана гостя.

— Это... это Чары Напоминания сработали, совсем забыл про них, — торопливо сочинил Снейп. — Я должен сегодня отправить важное письмо директору Дамблдору.

Чемодан издевательски хрюкнул.

— ...и профессору Тофти, — добавил он, желая провалиться сквозь землю от стыда.

В это время в холл вошли две молодые особы, при виде которых улыбка Квиринуса из радостной превратилась в мученическую.

— А вот и наши девочки, — приветствовал их Гилберт.

Если бы какой-нибудь скульптор задумал изваять статуи Высокомерия и Скуки, лучших натурщиц он бы не нашел. Мисс Амалия и мисс Эмилия происходили из древнего чистокровного семейства, окончили курс в Шармбатоне и ни на минуту не забывали о том, что они благовоспитанные утонченные леди. Сделав легкий книксен, барышни почти хором произнесли:

— Доброе утро, кузен. С прибытием.

— Привет, сестрен... — разогнался было Квиринус, но взглянув на осуждающе поджатые бледные губы, поправился: — Доброе утро, любезные кузины. Позвольте представить вам нашего гостя.

Две пары водянистых голубых глаз скользнули по Северусу с оценивающим интересом и, очевидно, сочли кандидатуру не стоящей внимания. Последовавшее за тем приветствие можно было бы класть вместо льда в стаканы с коктейлем.

— Мальчики, ступайте наверх, переодевайтесь и приходите завтракать, — распорядилась миссис Квиррелл. Глядя на нее, становилось понятно, от кого Квиринус получил свое обаяние.

Войдя в отведенную ему комнату, Северус запер дверь, и, положив чемодан на кровать, открыл его. Пивз вылез и огляделся.

— Живут козырно... — он со вкусом потянулся, — но девки тухлые.

— Помнится, кто-то обещал не безобразничать, — сердито напомнил ему Снейп, очищая свои рубашки, по которым бессовестно потоптался полтергейст, — и даже слово давал.

— А я не давал слова, что не буду безобразничать совсем! Ты вообще спасибо скажи, что я смирно сидел, носки твои нюхал.

— Носки, между прочим, чистые, — обиделся Северус. — Позорить меня мерзкими звуками — это, по-вашему, сидеть смирно?!

— Снейп, пошли завтракать, — донесся из-за двери голос Квиринуса. — С кем ты там разговариваешь?

— С нашим общим знакомым, — гость отпер дверь, и хозяин удивленно уставился на довольного Пивза:

— Зачем ты его притащил?

— Тут еще где-то Барон должен быть, — вздохнул Снейп.

Пока Квирреллу объясняли, в чем дело, в комнате появился призрак. Он выплыл из темного угла и уселся в большое кресло у окна.

— Хороший дом, — похвалил он. — Мне здесь нравится.

— И чем вы оба собираетесь заняться? — спросил Квиринус.

— Эх, если бы не слово... — мечтательно протянул шумный дух. — Ну да ладно, развлечения мы себе все равно найдем. Верно, Бедуир?

— Насчет тебя я не сомневаюсь.

Слушая, как привидение и полтергейст оживленно обмениваются репликами, Северус сообразил, что из их присутствия можно извлечь немалую пользу. Квиринус от его плана пришел в полный восторг, а Барон и Пивз были не из тех, кого надо долго уламывать для какой-нибудь авантюры. Словом, к завтраку друзья спустились окрыленные, и даже кислые лица сестер настроения им не испортили.

Трапеза прошла благополучно. Гилберт и Лорейн пересказывали сыну местные новости, Снейп, которого усадили напротив сестер, повел себя с ними подчеркнуто любезно, сделал попытку завязать беседу, и это ему почти удалось. Мешало одно маленькое обстоятельство: он никак не мог разобраться, кто из них Амалия, а кто — Эмилия. Кроме того, беспокоил Пивз: он уже целых полчаса не давал о себе знать. Оставалось надеяться, что полтергейст занят подготовкой запланированных шалостей и потому решил не размениваться по мелочам.

Стоял чудесный летний день, и мистер Квиррелл предложил молодежи прогуляться по живописному берегу Девона и посмотреть на старинный каменный мост, который красиво отражается в тихих водах реки. Глава семьи особенно подчеркнул, что его называют мостом Влюбленных. Девушки от такой новости немного оживились и отправились к себе переодеваться для прогулки.

— Как ты их отличаешь? — вполголоса спросил Снейп, дождавшись, пока за сестрами закрылась дверь.

— В розовом — Эмилия, в голубом — Амалия... Или наоборот, — Квиринус пожал плечами. — По-моему, разницы нет. Па, Амалия за завтраком была в голубом?

— Да, кажется, — голос Гилберта звучал не слишком уверенно. — Ничего, женишься — разберешься... — сын помрачнел, и отец переменил тему: — мистер Снейп, не желаете ли осмотреть мою коллекцию древностей? Есть весьма любопытные экземпляры! Пройдемте в библиотеку.

Отказываться было невежливо. Кроме того, ожидание барышень затягивалось, требовалось скоротать время.

— Отец увлекается римским периодом британской истории, — рассказывал на ходу приятель. — Я, можно сказать, вырос в компании Веспасиана и Агриколы, а заодно получил такое античное имечко. Хорошо хоть Юпитером не назвали...

— Это было бы