О моем перерождении в сына крестьянского 2 - Анатолий Михайлович Нейтак

— Протестую!

Цим Денор обернулся на знакомый голос… и тихо вздохнул.

«Что за дурость? Ну вот зачем ты вылез? Тебя что, Винторогий Уриал прямо в жопу боднул, выпихивая под топоры?»

— Торелр Три Щита, — от взгляда Акхэрэтта Угшэра лично Циму ненадолго захотелось свернуться калачиком и укутаться в Невидимость, а вот Авангард лишь нахмурился сурово. — Объяснись.

— Я обещал, что если мой правнук по линии Вельстина получит золотой ранг, то я…

— Отказываюсь!

Заметно усиленный голос с Арены заставил свидетелей снова перевести фокус внимания.

— Никаких обещаний с твоей стороны я не помню, — продолжил Гарих. — Кроме доброго совета. В котором ты наказал мне накрепко запомнить, что присосаться к твоей семье ты «клещу жадному» не дашь. И затем повелел идти вон. Могу сознаться в полной взаимности: ничего мне от твоей семьи не надо даже с доплатой. Что бы ты ни заготовил «ублюдку от выплодка шлюхи» — оставь себе, п-п-предок!

'Ну вот, приехали… что за позорище… зачем, ну зачем ты вылез в такой-то момент, Тор⁈

И это — наш Лидер. Что за стыдоба беспросветная…'

— Отложите семейные разборки на потом, — приговорил Эгван Палач Монстров, покуда Торелр, побагровевший от гнева и заглушённый его небрежно наброшенными чарами, беззвучно разевал рот. — Протест отклонён. Первый золотой ранг Гариха подтверждён, с чем его и поздравляю. На Арену вызывается следующий претендент.

Воин немедля покинул песок двумя последовательными Рывками, а Вейлиф выдвинулся ему на смену одним в меру пафосным, замедленным, как при десятикратно уменьшенном тяготении, и длинным — шагов на тридцать — прыжком. Который выглядел бы пафосным не в меру, если бы при этом за его спиной развевался шёлковый плащ какого-нибудь яркого оттенка: скажем, алого, белого или изумрудного.

Опустившись на песок, вернув себе полный исходный вес и обернувшись к зрителям, иллюзионист неглубоко поклонился:

— Приветствую всех. В качестве способа подтверждения ранга — а также для того, чтобы испытать качество брони, созданной Лейтой и зачарованной мною — я выбираю спарринг.

— Есть ли у тебя предпочтения в выборе противника?

— Нет.

— Совсем? — Угшэр-Око слегка склонил голову набок. — Готов даже против воина встать?

— И против воина, и против мага, что превосходит меня ступенью и навыками. Я всегда рад новому опыту. Задача претендента на подтверждении ранга — не победить, а показать свои способности.

— Что ж, позиция достойная. Цим Денор! — взгляд из-под маски упёрся в названного, вызывая волну холода вдоль спины. — Не хочешь помочь достойному Вейлифу показать его способности?

«Не особо… но… эх».

Пускать пыль в глаза, как претендент, зверолюд не стал, двинувшись на Арену обычным шагом по обычной лестнице. Пока он двигался, Эгван без лишнего шума и пыли отменил воплощение каменной стены, а также заново разровнял перепаханный песок.

— Начнёте по моему сигналу, когда будете готовы, — объявил Акхэрэтт Угшэр, когда Цим добрался до Арены и зашагал к условно-свободной её половине. — Спарринг тренировочный, на обычных условиях. Иначе говоря, не допускается применение летальных и калечащих атак. Ранения с пролитием крови возможны, но нежелательны. Спарринг идёт по системе «три из пяти», каждое схождение закончится либо после сдачи одной из сторон, либо после истощения защитных чар брони. Также спарринг в целом может досрочно закончиться по решению судьи, то есть меня, за очевидным преимуществом одного из бойцов. Условия ясны?

— Да.

— Вполне.

— Тогда вопрос: претендент готов?

— Готов.

— Экзаменатор готов?

— Вполне.

— Тогда — начинайте первое схождение!

И Цим, не теряя времени, начал, вскинув руки в атакующей и направляющей мудрах, а заодно беззвучно, одними губами, как положено опытному магу, активируя вербальный компонент:

— Змеиный Хобот…

Правду сказать, чары его не имели ничего общего ни со змеями, ни с мамонтамами, ни даже с их возможными противоестественными сочетаниями. Впрочем, при некоторой толике фантазии в тугом воздушном вихре, что, удлиняясь, рванулся к цели от его атакующей (левой) руки, свидетели легко могли усмотреть нужные ассоциации.

Зверолюду нравилось это заклинание, так как, будучи формально атакующим, Змеиный Хобот мог использоваться и для защиты — по крайней мере, от точечных и не слишком мощных чар. Всего-то и надо, что вовремя сместить тело вихря в нужную сторону. Кроме того, насыщенность воплощённого конструкта без труда регулировалась создателем: чары четвёртого круга в любой момент можно было напитать так, чтобы они вышли и на пятый, и на шестой круг… хотя последнее Циму, как Наблюдателю, давалось тяжеловато, сугубо за счёт синергии классовых способностей и усиливающих его потоковых артефактов.

Разумеется, Вейлиф не стал ждать, пока Змеиный Хобот вопьётся в защиту его брони. И даже пока противник закончит чародействовать.

Он начал чародействовать сам, одновременно с оппонентом.

— Ангелический Аспект! — возгласил претендент, подпрыгивая на высоту собственного роста.

И преобразился.

Мрачноватая чёрно-серая с зелёным гамма его брони посветлела, а затем и полыхнула режущим глаза ореолом света. За его маревом едва ли можно было разобрать, что происходит, но спустя всего лишь одну секунду ореол угас, и взглядам предстал… ну… Ангелический Аспект?

Два громадных серых крыла, чуть покачивающихся за спиной. Вполне человеческие пропорции тела, но вот размер… не то пять, не то все шесть локтей роста — это вам не семечки! Каре довольно коротких и совершенно белых волос на непокрытой голове, болтающиеся в воздухе босые ноги, по большей части прикрытые чем-то вроде куполообразной светло-голубой юбки с широким синим кантом, украшенным неизвестными письменами. Но при этом, словно для пущего контраста — толстенная броня из серого, под цвет перьев, металла, надёжно прикрывающего торс и руки, с накладными узорами золотых крыльев на кирасе и наплечниках.

Наконец, достойное отдельного слова оружие. При толике воображения ЭТО можно было назвать мечом. Да. Но по сути своей оно выглядело как противоестественный, пусть и симметричный, гибрид креста и круга с восемью выступами по внешнему ободу. Сам крест — светящийся голубым, как юбка; круг — серый, как металл брони. Четыре самых коротких выступа заканчивались короткими стрелками, тоже серыми. Поперечина креста, играющая роль гарды, переходила в стрелки побольше; типа-рукоять меча (или всё же противовес?) — в стрелку самую большую; восьмой выступ играл роль обоюдоострого клинка.

Общая длина этого меча… нет, дрына: нормальные мечи такими просто не бывают… превышала немаленький рост владельца раза в полтора. Для пущего мозговыноса (а может, для того, чтобы баланс только мучительно извивался, не способный подохнуть на месте в жутких