Хроники Амбера. Книги Мерлина (авторский сборник) - Роджер Желязны

– Вон там должно отыскаться подходящее деревце, – сказала она, – на посох Люку.

– Вероятно, – отозвался я, когда мы направились в том направлении. – Так значит, ты действительно была Гейл Лампрен? – внезапно спросил я.

– Да.

– Я совершенно не понимаю этой смены тел.

– Я не собираюсь тебе все рассказывать.

– И не желаешь мне объяснить, почему?

– Нет.

– Не можешь или не хочешь?

– Не могу.

– Но если я уже кое-что знаю, ты согласишься немного добавить?

– Может быть. Попробуй.

– Когда ты была Дэном Мартинесом, ты стреляла по одному из нас. По кому именно?

– По Люку, – ответила она.

– Почему?

– Я убедилась, что он представляет угрозу для тебя…

– И ты просто хотела защитить меня? – закончил я.

– Именно.

– А как ты убедилась?

– А, ерунда. Вон там, похоже, хорошее дерево.

– Слишком толстое, – усмехнулся я. – Ладно, пусть будет так.

Я направился в рощу. Там было из чего выбирать.

Проходя по залитым утренним светом полянам, среди прилипающих к сапогам листьев и росы, я стал замечать какой-то необычный след, чьи-то следы, ведущие дальше и вправо, где…

– Что это? – задал я риторический вопрос, так как не думал, что Винта знает об этом больше моего, и направился к темнеющей массе у затененных корней старого дерева.

Я добрался до дерева раньше ее. Там лежала одна из собак Бейля, большой коричневый пес. Ему разодрали горло. Кровь уже потемнела и свернулась. По трупу ползало несколько насекомых. Дальше и чуть вправо я заметил останки собаки поменьше. Ей выпустили кишки.

Я осмотрел местность вблизи трупов. На влажной земле отпечатались следы очень больших лап. По крайней мере, это были не трехпалые отпечатки, встречавшихся мне в недалеком прошлом смертоносных собакообразных тварей. Они просто казались следами очень большой собаки.

– Вот здесь-то, должно быть, и произошла свара, которую я слышал прошлой ночью, – заметил я. – Мне показалось еще, что дрались собаки.

– Когда это было? – спросила она.

– Спустя некоторое время после твоего ухода. Я дремал.

И тут она поступила довольно странно. Она опустилась на колени, пригнулась и стала нюхать след. Когда она поднялась, лицо ее выражало некоторую озабоченность.

– Что ты нашла? – спросил я.

Она покачала головой, затем поглядела на северо-восток.

– Не буду утверждать, – сказала она, – но, кажется, оно ушло туда.

Я еще раз осмотрел близлежащий участок, поднялся с колен и двинулся по странному следу. Тот тянулся в указанном Винтой направлении, правда, я потерял его через несколько сот футов; когда он вышел на опушку леса. Наконец, я повернул обратно.

– Полагаю, одна из собак напала на других, – заметил я. – Если мы хотим застать завтрак горячим, нам лучше всего побыстрее вырезать палку и вернуться.

В доме я узнал, что завтрак Люку уже отнесли. Я разрывался на части. Мне хотелось забрать свой завтрак наверх, присоединиться к нему и продолжить наш разговор. Но если я это сделаю, то Винта навяжется сопровождать меня, и разговор не состоится. Не мог я разговаривать при ней в таких обстоятельствах. Поэтому придется присоединиться к ней здесь, внизу, и разумеется, оставить Люка одного на время, большее, чем мне хотелось бы.

Поэтому я не возражал, когда она предложила: «Перекусим здесь» и отвела меня в большой зал. Я догадался, что она выбрала его потому, что моя комната с открытым окном находилась над внутренним двором, и Люк мог услышать наш разговор, если бы мы завтракали там.

Мы уселись в конце длинного стола из темного дерева, на котором нам сервировали завтрак. Когда мы остались одни, она спросила:

– Что ты собираешься делать теперь?

– Что ты имеешь в виду? – ответил я вопросом на вопрос, отпив виноградного сока.

Она взглянула на потолок.

– С ним, – пояснила она. – Отвезешь его в Эмбер?

– Это кажется логичным, – ответил я.

– Хорошо, – сказала она. – Вероятно, тебе следует переправить его поскорее. Во дворце приличное медицинское обслуживание.

– Да.

Мы еще немного поели, а затем она спросила:

– Ты намерен сделать именно это, не так ли?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что прочее было бы совершеннейшей глупостью, и он явно не захочет на это пойти. Следовательно, он постарается уговорить тебя сделать что-то другое, такое, что даст ему какую-то меру свободы, пока он выздоравливает. Ты знаешь, как он умеет пудрить мозги. Он так все распишет, что это покажется отличным планом, что бы там ни вышло. Но ты должен помнить, что он – враг Эмбера, и когда он будет готов снова вступить в игру, ты окажешься на его пути.

– Это не лишено смысла. – признал я.

– Я не закончила.

– О?

Она улыбнулась и принялась за еду, чтобы я терялся в догадках. И, наконец, продолжила:

– Он явился к тебе не без причины. Он мог уйти в любое другое место и зализывать раны там. Но он явился к тебе, потому что ему что-то нужно. Он играет рискованно, но это рассчитанный риск. Не соглашайся на это, Мерль. Ты ничем ему не обязан.

– Не понимаю, почему ты считаешь, что я не способен сам позаботиться о себе? – несколько разозлился я.

– Я этого никогда не говорила, – возразила она. – Но некоторые решения находятся в очень шатком равновесии. Разницу иногда составляет небольшая гирька на той или иной чаше весов. Ты знаешь Люка, но и я тоже знаю. Сейчас не время предоставлять ему фору.

– Тут ты приводишь здравый довод, – признал я.

– Значит, ты все-таки решил дать ему то, что он просит!

Я улыбнулся и отхлебнул кофе.

– Черт возьми, он же еще не так долго пробыл в сознании, чтобы расхваливать свой товар, – сказал я. – Я подумал об этом, и хочу также знать, что у него на уме.

– Я никогда не говорила тебе, что не следует вдаваться в подробности. Я просто хотела напомнить, что говорить с Люком иногда – все равно, что говорить с драконом.

– Да, – признал я. – Я знаю.

– И чем дольше ты ждешь, тем труднее будет, – добавила она.

Я отхлебнул кофе, затем спросил:

– Он тебе нравится?

– Нравится? – переспросила она. – Да. По-прежнему нравится. Но в данный момент это не главное.

– Сейчас я не об этом.

– Что же ты хочешь сказать?

– Ты не стала бы причинять ему вреда без веской причины.

– Да, не стала бы.

– Он в данный момент не представляет для меня угрозы.

– Кажется, да.