И приидет всадник… - Роберт Липаруло

— «Люди ИКС», — повторила она. — Испытавшие Клиническую Смерть. Кто-нибудь из теологов, услышав об этих убийствах, доложил бы о совпадении Совету, который провел бы расследование и убедился, что нити ведут к вам.

— Это только одна линия оповещения. Подстраховаться никогда не лишне. Помимо этого я задействовал ваш Отдел планирования непредвиденных обстоятельств. Эта организация была основана предком одного из Смотрителей. Наши отношения с ней можно назвать… симбиозом. Они тоже связались бы Смотрителями по поводу гибели двух агентов, о которых их незадолго до того попросили навести справки. Совет быстро выяснил бы, что нити, как вы выразились, ведут ко мне. А следовательно, я искренен в своем желании убить того, кто, согласно пророчеству, должен убить меня.

— Причем сделать это скрытно, — добавила Алиша, не зная, чему больше удивляться — сложности планов Скарамуцци или их бессовестности.

— Смотрители, конечно, станут отговаривать меня от продолжения бессмысленного убийства многих людей. Когда король Ирод узнал, что волхвы явились почтить рождение мессии, о котором говорилось в пророчестве, он приказал перебить в Вифлееме и его окрестностях всех мальчиков младше двух лет. Чудовищная бойня — и главное, напрасная: Иосиф и Мария бежали с младенцем Иисусом в Египет, так что своей цели Ирод не достиг. Гораздо мудрее в моей ситуации — то есть в случае с этим недавно открытым пророчеством — подождать, пока враги как-то заявят о себе, потом выяснить, кто из них пережил клиническую смерть, а тогда уже действовать.

Скарамуцци говорил так, словно искренне принимал на свой счет напророченную антихристу опасность.

— Мне придется убедить Смотрителей, что я погорячился, потому что был всерьез озабочен словами Присциллы. Ну, подумаешь, маленькое пятнышко на репутации — что оно по сравнению с ресурсами, которые мне доверят? Если это все, чем придется заплатить, чтобы убедить Смотрителей — то это небольшая цена.

— Значит, мы с Брейди для вас — просто сигнальные ракеты, чтобы осветить совершенные убийства? А людей убивали по вашему приказу только для того, чтобы произвести должное впечатление на Смотрителей?

— Ну да, — улыбнулся Скарамуцци и встал, давая понять, что аудиенция окончена.

Выйдя из камеры, он с шумом захлопнул дверь. Прозвучал сигнал зуммера и щелчок электронного замка. Злодей улыбался, бессильная ярость Алиши явно доставляла ему удовольствие.

— Не переживайте, — издевательски произнес он. — Люди то и дело погибают по совершенно пустяковым причинам. Целые батальоны выкашивались кинжальным огнем при попытке взять какую-то высоту только потому, что один генерал решил, что это будет эффектная операция — точь-в-точь такая, про какую он читал, учась в военной академии. — Скарамуцци направился прочь по одному из коридоров. Пройдя несколько шагов, он обернулся и добавил: — Теперь, во всяком случае, вы знаете, почему должны умереть.

73

Бинокль был дешевенький и слабенький, но с крыши отеля «Глория», стоявшего в соседнем квартале, Брейди вполне мог подробно рассмотреть место, которое описал кардинал Амбрози. Уходящая вниз дорожка возле южной стены Латинской патриархии, отделенная стеной от подъезда к семинарии. Справа от дорожки поднималась стена Старого города, которая далее переходила в развалины, а за деревьями и Яффской дорогой уже вздымались здания современного Иерусалима. У дорожки был далеко не парадный вид, она сливалась с местностью, и ее можно было принять за вход в служебное помещение семинарии; вероятно, большинство семинаристов так и думали. Со своего наблюдательного пункта на вершине пятиэтажки Брейди мог видеть дорожку от самого начала, где она выходила на тротуар, до конца, находившегося ниже уровня земли. Но железную дверь, о которой упоминал кардинал, ему не было видно. Амбрози говорил, что она ведет в отгороженную стеной часть подвала семинарии, и именно оттуда можно попасть в подземные туннели. Здание семинарии было построено из золотисто-желтого иерусалимского камня. Отделка у него была красивая, но строго прямоугольная форма и маленькие окошечки, расположенные через равные расстояния друг от друга, делали его похожим на тюрьму.

Брейди видел, как по дорожке спустился какой-то человек, подошедший со стороны семинарской парковочной площадки. Внизу он задержался на несколько секунд, затем открыл дверь, исчез в дверном проеме, и дверь закрылась. Задержка означала, что дверь запиралась на замок.

Брейди осмотрел ближайшие окрестности вокруг входа в подземелье. Стенки у спуска были бетонные, вокруг рос кустарник.

Оставив бинокль на крыше, Брейди подобрал там несколько маленьких камешков и спустился в холл. Он купил в киоске пачку жевательной резинки и, уходя, кивнул на прощание портье. Пройдя по улице Латинской патриархии, он очень скоро оказался на парковочной площадке возле семинарии. Стараясь шагать как можно непринужденнее, Брейди направился к последнему парковочному месту — от него до спуска оставалось метров двадцать.

Вдоль всей южной стены семинарии росли пышные вязы высотой с ее четырехэтажное здание. В их тени Брейди чувствовал себя невидимым, но он знал, что это чувство защищенности обманчиво: наблюдая с крыши отеля, он убедился, что пешеходы в тени этих вязов отлично видны. На стоянку заехал микроавтобус. Брейди притворился, что ищет в карманах ключи от машины. Микроавтобус медленно прокатился мимо ближе к подъезду семинарии. Из машины вылезли три молодых человека — каждый чуть старше двадцати. Они и одеты были одинаково: черные брюки, белая рубашка, черный галстук. Не взглянув на Брейди, они направились к дверям семинарии.

Когда они скрылись из вида, Брейди пошел дальше. Перешагнув через осыпающийся куст, он оказался между спуском и стеной Старого города. Спускаясь, он вскоре уже мог рассмотреть металлическую дверь — вход в подземелье. Она была широкая, черного цвета, с заклепками. На вид очень прочная и тяжелая, как вход в хранилище. Рядом в стене виднелись кнопки цифрового замка.

Брейди добрался до задней стенки спуска, где тот достигал максимальной глубины. В этом месте стена Старого города огибала его, заходя за стену семинарии. Между бетонной стеной спуска, уходившей вниз, и древней каменной стеной, поднимавшейся вверх, оставался небольшой участок земли, поросший травой и засаженный декоративным кустарником. Сам спуск был настолько широк, что по нему к металлической двери мог вплотную подъехать грузовик. Быстро оглянувшись и не увидев никого на том коротком участке улицы, с которого его в этот момент могли заметить, Брейди упал на колени, потом на живот, скрывшись за кустами. Лежа на земле, он проверил, на месте ли пистолет — он прятал его в поясной кобуре на спине. Слава богу, не выпал. Ави отдал Брейди единственную имевшуюся в наличии кобуру с открытым низом, чтобы можно было носить пистолет с навинченным глушителем, но она была от другого, более крупного оружия. Брейди открыл пачку жевательной резинки и сунул в рот пару подушечек.

Прошло пять минут… десять… Он терпеливо ждал. Чтобы чем-то заняться, осмотрел повязку на левой руке. Бинты обтрепались, перепачкались и пропитались запекшейся кровью. Брейди сжал и разжал руку. Боли не было, только повязка давила на кисть. Все-таки хорошо, что он поранил левую, а не правую руку. Стрелял он только с правой, да и в лучшие времена не мог похвастать особой меткостью… Хотя в Малика все-таки попал… Да, зацепил в плечо, хотя целился в грудь, стрелок… Ничего, главное, тот парень в конечном итоге мертв, а он, Брейди, жив. Вот с этой мыслью и надо идти вперед.

На дорожке, ведущей к подземелью, послышались шаги. Брейди прижался к земле и осторожно раздвинул ветки кустарника. Сюда спускались двое мужчин, один из них нес какой-то ящик. Судя по смешкам и улыбкам, они говорили о чем-то забавном — но Брейди не понимал их языка. Мужчины остановились, и тот, у которого руки были свободны, набрал код электронного замка, открыл дверь и подержал ее, пока его спутник прошел внутрь. Затем мужчина вошел сам, и дверь начала медленно закрываться. Еще когда наблюдал в бинокль с крыши отеля, Брейди заметил, что дверь закрывается при помощи гидравлического механизма, который обеспечивает стопроцентное закрывание двери, но делает это очень неторопливо.

Брейди поднялся на четвереньки, перешагнул через кусты, ухватился за бетонный край ямы и опустился на длину вытянутых рук, затем разжал пальцы и мягко приземлился на цыпочки. Не прошло и двух секунд, как он стоял, прижавшись к стене возле закрывающейся двери, которой оставалось до косяка сантиметров тридцать — тридцать пять.

Изнутри послышались голоса — мужчины были еще близко.

Брейди достал из кармана пару камешков и облепил их жевательной резинкой. Получился комок нужной формы и жесткости. Не глядя, он стал быстро нашаривать пальцами в дверном косяке паз для защелки замка.