И приидет всадник… - Роберт Липаруло

— Насколько я понял из ваших записок, вы понимаете, насколько деликатные отношения связывают меня со Смотрителями, — тихо произнес он.

Алиша кивнула.

— У меня есть враги даже в Совете, и они тратят немало сил и средств на то, чтобы меня дискредитировать. — Скарамуцци пожал плечами. — Я, конечно, понимаю, что все это — часть процедуры, выработанной для того, чтобы наследие досталось только тому, кому принадлежит по праву. Но мне кажется, совершенствовавшиеся веками меры предосторожности дошли до того, что даже законный наследник, чье восхождение к власти было предсказано тысячи лет назад, вряд ли сможет благополучно вступить в права.

— А законный наследник — это вы? — Алиша постаралась, чтобы в ее голосе не прозвучало ехидства.

— Конечно, — поднял брови Скарамуцци. — Иисус Христос тоже открыто говорил, кто он такой, и ему тоже никто не верил. Во всяком случае, не столько людей, чтобы можно было спасти его от распятия. Вам не кажется, что если бы он приложил больше усилий, то смог бы убедить и других — тех, от кого зависела его жизнь?

— То есть фарисеев?

— Ну, фарисеев, — согласился он. — Тех, кто должен был распознать мессию. А они его просмотрели. Не признали. — Скарамуцци снова пожал плечами. — Естественно, я не хочу, чтобы та же история повторилась со мной.

— Так, значит, вы — антихрист? — спросила Алиша.

В ответ он отвесил легкий поклон.

— И вы пытаетесь их убедить. Как?

— Предъявляя соответствующие доказательства. Забытое пророчество, которое я исполнил. Так же, как Иисус исполнял пророчества и творил чудеса, доказывая, кто он такой.

Алише все труднее было сохранять спокойствие.

— И какие же чудеса вы уже сотворили?

На лице Скарамуцци отразилось некоторое разочарование, как у учителя, втолковывающего урок непонятливой ученице.

— Пока никаких. А вы знакомы с пророчествами об антихристе?

— Не со всеми; я еще только вхожу в курс дела.

— «И творит великие знамения, так что и огонь низводит с неба на землю перед людьми». Откровение Иоанна, глава 13. Это обо мне, это мое будущее, которого я с нетерпением жду.

«А ведь он серьезно», — вдруг поняла Алиша, посмотрев Скарамуцци в глаза. Он не лгал и не притворялся.

— Но какое отношение к этому имеем мы с Брейди?

— Ошибка Иисуса была в том, что он все делал при зрителях. Не было случая, чтобы кто-нибудь шел себе по полю и вдруг наткнулся на Иисуса, поднимающего в воздух стадо овец… просто так, для себя. — Скарамуцци покачал головой. — Не-ет, ему обязательно нужно было накормить разом пять тысяч человек или оживить Лазаря при большом скоплении скорбящих.

— И что? — спросила, не выдержав возникшей паузы, Алиша.

— А то, что из-за постоянного присутствия зрителей его чудеса выглядели неестественно. Будто они были специально инсценированы, чтобы произвести впечатление на толпу. Я уверен, что именно так решили и фарисеи. У меня ведь та же проблема. Я должен убедить свой Совет, но само действие по предъявлению доказательства, в сущности, убивает силу доказательства.

— То есть они должны найти доказательства самостоятельно, — подытожила Алиша.

— Именно. Либо свидетельства того, что я — тот, за кого себя выдаю, что довольно трудно, потому что практически пророчества давно известны всем, кто в этом заинтересован. Либо доказательства моей искренности.

— Они должны знать, что вы не аферист.

— Я знал, что вы умница, раз так далеко продвинулись в расследовании.

— Значит, быть сумасшедшим в такой ситуации лучше, чем актерствовать? — рискнула Алиша озвучить то, что пришло ей в голову.

Скарамуцци не смутился и не разозлился.

— Сумасшедший не смог бы долго продержаться в такой ситуации, под постоянным и пристальным наблюдением, — возразил он.

— А что ему держаться? Пусть наблюдают — ведь он верит в свою искренность, так что психологического давления никакого.

— Ну, тогда нам всем не мешало бы сойти с ума. Во всех остальных случаях доказательство моей искренности перед лицом единомышленников — долгий и трудный путь.

— Хорошо, продолжайте.

— Лучше всего будет, если Смотрители обнаружат, что я действую согласно пророчеству из своих собственных соображений. Причем не напоказ, потому что скрываю это от них.

Алиша только покачала головой.

— У меня есть замечательный богослов, который находит пророчества, совпадающие с моей жизнью. Он сотрудничает с теологами Смотрителей и имеет возможность подсматривать, над чем те работают. Несколько месяцев назад он принес мне пророчество, которое они обнаружили случайно. Насколько я помню, оно принадлежит предсказательнице Присцилле и звучит так: «Тот, кто унесет с собой пламя бездны, поразит нечестивца». Судя по всему, во времена Присциллы, то есть в первом веке, «унесет с собой» означало «увидит и сохранит в памяти» — такое образное выражение. «Поразит» — значит «убьет». Бездна — это, конечно, ад, а нечестивец… нечестивец — это я… Да, такие уж они, эти пророчества, — улыбнулся Скарамуцци, увидев выражение лица Алиши. — Экзегеза. Анализируется и истолковывается каждое слово в отдельности, потом в контексте собственно текста, в контексте историческом, потом в соотнесении с другими известными пророчествами. Удивительно, что в этом вообще кто-то что-то понимает и что богословы порой приходят к общему мнению. Относительно предсказания Присциллы теологи Смотрителей сейчас ищут подтверждений в пророческих писаниях и их критике — от Монтануса и Тертуллиана до символического языка пророков Даниила и Иоанна. В целом выходит, что это пророчество можно перевести на нормальный язык так: «Антихрист будет убит человеком, который видел преисподнюю».

— Преисподнюю? Как же может… — начала Алиша и осеклась: она поняла. — Видения ада в состоянии клинической смерти… Вы убиваете людей, которые, придя в себя, рассказывали о том, что видели ад. Из-за пророчества, в которое никто не верит.

— Пророчество будет признано заслуживающим доверия. Те из них, которые дождались этой фазы изучения, почти все были признаны. Но даже если нет, — ответил Скарамуцци, — оно вполне подходит для моей цели.

— Не понимаю, — сказала Алиша.

— Мне достаточно убедить Совет в том, что я сам в это верю и действую в соответствии с пророчеством, причем скрыто, втайне от них. Они должны прийти к выводу, что мои действия не рассчитаны на то, чтобы произвести на них впечатление, а продиктованы желанием оградить себя от угрозы, указанной в пророчестве. Следовательно, я — тот, за кого себя выдаю. Или как минимум сам себя таковым считаю.

— Но и тогда останутся два варианта: либо вы антихрист, либо безумец. Отпадает только версия актерства.

— Вы не представляете себе, насколько облегчится моя задача, когда это препятствие будет устранено.

Алиша попыталась проследить с начала и до конца весь замысел, озвучивая по ходу дела оставшиеся препятствия и неувязки.

— Но осуществление плана требует того, чтобы Смотрители обнаружили ваши действия без подсказок, вопреки вашим попыткам спрятать концы в воду.

Скарамуцци кивнул: пока все правильно.

— Это значит, шумиха, внимание прессы, — продолжала она.

Он хищно улыбнулся.

— …которое в наше время не всякое серийное убийство может привлечь. Но убийство агентов ФБР, расследующих это дело, наверняка привлечет к нему интерес, — сказала Алиша и взглядом обратилась к Скарамуцци за подтверждением.

— Ух-х, — притворно содрогнулся тот. — Как быстро соображает, а? Вот поэтому нужно было вас поскорее убить, пока вы не скрутили моего агента.

— Вашего киллера, — резко поправила Алиша.

— Сенсационное убийство двух агентов наверняка привлекло бы повышенное внимание к делу, над раскрытием которого они работали. А это как-никак серийное убийство. Да еще потом всплыла бы информация, что все эти люди побывали в состоянии клинической смерти…

— Ваши Смотрители уже знают об этом пророчестве?

— Нет, теологи доводят до их сведения только подтвержденные пророчества, или если мои теологи представляют что-то, требующее независимого подтверждения. И это тоже — лишнее подтверждение, что я действовал тайком, на опережение.

— Но кто-то из теологов наверняка услышал бы про убийства «людей ИКС», и тогда…

— Убийства кого?

Скарамуцци не знал этого термина. Он не разговаривал с отцом МакАфи — во всяком случае, столько, сколько она. Он только использовал его, чтобы раздобыть список будущих жертв.

— «Люди ИКС», — повторила она. — Испытавшие Клиническую Смерть. Кто-нибудь из теологов, услышав об этих убийствах, доложил бы о совпадении Совету, который провел бы расследование и убедился, что нити ведут к вам.