Одиссея Грина - Филип Фармер

Питер торжествующе взревел, вскочил на ноги, поднял биту и, не сходя с места, стал угрожающе ею размахивать. Поскольку его ни разу не «запятнали» во время перебежек, он не имел право подобрать мяч и бросить его в кого-либо из противников. Не мог он и сойти с белой полосы-трассы, чтобы помешать противникам подобрать мяч. Но, поскольку тот лежал на земле совсем близко, он мог, не сходя с места, бить битой игроков, пытающихся завладеть мячом.

Над поляной раздался звонкий девичий голос, начавший отсчет до десяти. У игроков Кэйсиленда было десять секунд, чтобы принять решение — либо попытаться овладеть мячом, либо без помех пропустить в третью базу.

— Десять! — объявила девушка, и Майти повернул назад, решив не связываться с битой, которой размахивал чужак.

Он снова подал мяч. Питер замахнулся, но не попал. Майти улыбнулся и метнул мяч, целясь в голову отбивающего. Тот занес биту, снова промахнулся, однако мяч не коснулся Стегга.

Капитан Кэйси по-волчьи оскалил зубы. Теперь, согласно правилам, раз уж Стегг замахнулся битой, но не попал по мячу, он должен был отшвырнуть биту в сторону и стоять неподвижно, пока Майти не сделает попытку «запятнать» его, пусть даже ударом мяча между глаз.

С другой стороны, если сейчас пронесет, у него появлялась возможность попасть в «дом» и самому стать подающим. Правда, он все равно будет в невыгодном положении. Он был один, не имел помощников, но зато огромная сила и быстрота реакции делали его совсем неплохой «командой».

В наступившей тишине было слышно только, как молятся игроки из команды кэйси. Затем Майти с силой метнул мяч.

Мяч летел точно в живот Стегга, и оставалось либо отбить его голыми руками, либо отклонить туловище, не выходя при этом за пределы крохотного квадрата. Сделай он шаг в сторону или упади за пределы квадрата, ему было бы засчитано очко.

Питер предпочел слегка отклонить туловище. Мяч соскользнул по телу, и шип прочертил кровавую полосу на животе.

— Первый мяч!

Майти снова прицелился в живот. Питеру почудилось даже, что он чудовищно разбух, неся в своем чреве собственную судьбу, словно гигантская падающая звезда.

Он широко замахнулся, молниеносно описав битой дугу параллельно земле. Кончик ее соприкоснулся с мячом, сила удара отклонила биту вниз, и она раскололась на две части, а мяч отлетел назад к Майти.

Подающий опешил. Он не мог поверить в то, что тяжелый мяч может так далеко отлететь. Затем, когда Стегг во всю прыть мчался к «дому», он стремглав бросился вперед, навстречу мячу, и поймал его в свою ловушку. Одновременно другие игроки, также оправившись от сковавшего их изумления, бросились наперехват.

Между бегущим человеком-командой и «домом» оказались два игрока, по одному с каждой стороны белых линий, обрамлявших трассу между базой и «домом». Оба умоляли Майти перебросить им мяч. Но он оставил себе честь перехватить соперника.

В отчаянии Питер отбил мяч обрубком биты, и тот воткнулся в землю прямо у его ног.

Один из игроков кэйси нырнул к нему.

Стегг обрушил чудовищный удар на шлем и череп под шлемом. Остальные игроки оцепенели.

Девушка закрыла лицо руками, чтобы не видеть второго сраженного. На мгновение она опустила руки и умоляюще взглянула на своего капитана. Майти прикинул, не дать ли сигнал всем броситься на убийцу и порешить его, отбросив правила ко всем чертям.

Затем сделал глубокий вдох и громко крикнул:

— Ладно. Кэйси, начинай отсчет. Мы все-таки «дирада». Не к лицу нам мошенничать.

— Раз! — пронзительно вскричала девушка.

Остальные игроки смотрели на Майти. Он осклабился и скомандовал:

— О’кэй. Выстраивайтесь за мной. Попробую первым. Я, ребята, не имею права просить вас делать то, что является моей обязанностью.

Один из игроков предложил:

— Может, пропустить его в «дом»?

— Что?! — вскричал Майти. — Чтобы потом всякий подкаблучник, всякий юбочник, всякий идолопоклонник из Ди-Си смеялся над нами? Нет! Если нам суждено умереть, умрем, как подобает мужчинам!

— Пять, — объявила девушка. Казалось, сердце ее вот-вот разорвется.

— У нас нет ни единого шанса! — простонал кто-то. — Он вдвое быстрее каждого из нас. Мы для него все равно, что ягнята на алтаре.

— Я не ягненок! — взревел Майти. — Я — кэйси! Мне не страшно умереть! Я-то попаду на небо, а этот парень будет жариться в аду!

— Семь!

— Ну, давайте! Давайте! — кричал Стегг, размахивая обрубком биты. — Подходите, господа, испытайте свое счастье!

— Восемь!

Майти изготовился к прыжку, губы его беззвучно шевелились в молитве.

— Девять!

— ОСТАНОВИТЕСЬ!!

16

Из-за деревьев выбежала Мэри Кэйси, протестующе размахивая руками. Она обняла и расцеловала Майти, и слезы лились у нее из глаз.

— О, брат, брат, я уже думала что больше никогда тебя не увижу!

— Возблагодари Мать за свое спасение, — сказал он. — Значит, все, о чем говорил этот рогатый, правда? — Он немного отстранил ее от себя и внимательно рассмотрел. — Он тебя не обижал?

— Нет-нет! Он даже не прикасался ко мне. Он все время был истинным «дирада». И он не поклоняется Колумбии. Он клянется Богом и Сыном. Я это слышала множество раз! А ты ведь знаешь, ни один ди-си так не поступает.

— Жаль, что я этого не знал, — сказал Майти. — Мы бы не потеряли зазря двух хороших парней.

Он повернулся к Питеру.

— Если то, о чем она говорит, правда, то нет смысла продолжать игру, дружище. Но если ты настаиваешь, мы продолжим.

Стегг швырнул наземь расщепленную биту.

— Я с самого начала хотел пробраться в Кэйсиленд и провести там остаток своей жизни.

— У нас нет времени на болтовню! — сказала Мэри. — Нужно поскорее убираться отсюда! И побыстрее! Я вскарабкалась на дерево, чтобы осмотреться, и увидела свору гончих, а за ними — толпу мужчин и женщин на оленях. А еще — черных кабанов смерти!

Кэйсилендеры побледнели.

— Кабаны смерти! — произнес Майти. — Это едет Альба. Только что она здесь делает?

Мэри указала на Стегга.

— Они, должно быть, узнали, что он где-то поблизости, и выследили его. Нельзя мешкать, они приближаются слишком быстро.

— Ну и дела, — пробурчал Майти. — Hac-то она вряд ли тронет, у нас есть пропуск. Хотя от Альбы можно ожидать чего угодно… Она выше таких мелочей, как договор.

— Верно, — согласилась Мэри. — Но даже если она и не причинит вам вреда, то что будет со Стеггом… и со мной? На меня ведь ваш пропуск не распространяется.

— Я мог бы отдать вам пару лишних оленей. Вы могли бы добежать до реки Хаусатоник. На другом ее берегу вы будете в полной безопасности. Там у нас укрепление. Но Альба может поймать вас по дороге. — На лице его застыла маска крайней сосредоточенности. Затем он произнес: — Нет, это все не то. Надо поступать благородно. Мы не можем допустить, чтобы двое правоверных попали в грязные лапы Альбы. Особенно, если среди них моя сестра! Что скажете, мужики? Плюнем на пропуск и будем драться за этих двоих? Или спрячемся в зарослях, как цыплята, завидевшие ястреба?