Исчезнувшая Луна - Ли Брэкетт

— Трюмы должны быть очищены. Корабль не поднимет еще раз такую тяжесть, да и металл понадобится нам для ремонта.

Он снова настойчиво подумал об оружии.

— Пришли рабов.

— Нет, — твердо сказал Шеннеч, — это сделают Корины. Мы не дадим в руки рабов никакого потенциального оружия.

Тревер пропустил через свой мозг волну разочарования и пожал плечами.

— Ладно. Тогда давай сюда Коринов.

Он стоял у больших экранов и смотрел на равнину, расстилавшуюся перед городом. Рабы были собраны на безопасном расстоянии от корабля и, словно бессловесное стадо, ждали господских приказов. Их охраняло несколько всадников-Коринов и ящерицы-соколы.

Маленькая армия Коринов медленно подошла к кораблю.

Тревер ясно почувствовал их мысли За всю свою жизнь они ни разу не испачкали собственных рук работой и теперь злились на своего хозяина.

Вонзив ногти в ладони, Тревер пошел к хвостовой части, чтобы показать Коринам, что надо делать. Он не сможет больше хранить то, что с таким трудом скрывал под наслоениями полуправды и хитрости.

Рано или поздно это выйдет наружу, и Шеннеч узнает все.

При свете факелов Корины начали сражаться с ржавыми машинами в задних трюмах.

— Посылай сюда побольше людей, — мысленно приказал Тревер Шеннечу. — Это очень тяжелые вещи.

— Тут все, кроме тех, кто охраняет рабов. Их нельзя забирать.

— Ну что ж, — сказал Тревер, — тогда заставь их работать как следует.

И по наклонившимся палубам и коридорам сначала медленно, а потом все быстрее, он пошел к хвосту корабля, его босые ноги царапались о чешуйки ржавчины, лицо с третьим, сверхъестественно жутким глазом побелело и странно застыло. Его мозг выталкивал мутные потоки хаотичных мыслей, неопределенных и ничего не значивших, чтобы до последней секунды скрывать то подспудное, что нельзя было знать Шеннечу.

— Тревер!

Шеннеч был встревожен.

Цель вышла на свет. Она вышла, ее уже нельзя было больше прятать. Она вырвалась из укромного места, как яркая вспышка в темноте, и Шеннеч увидел ее и послал на человека всю свою холодную силу.

Тревер пулей влетел в рубку. Первая черная волна ударила его в общем-то неожиданно. Рубка вытянулась в каком-то диком, бредовом измерении. В дальнем ее конце ждал Гелт. За спиной у Гелта находился один маленький ключик, которого нужно было коснуться сейчас же.

Возросшая многократно сила Шеннеча оттолкнула Тревера назад, запрещая ему думать, двигаться, существовать. Но созданные Тревером защитные стены еще держались, в них горел яркий факел решимости.

Было самое время начать сражение, и Тревер выкопал свое скрытое, тщательно оберегаемое оружие ярости.

Он высвободил эту дикую ярость и крикнул чужой силе:

— Я убью тебя когда-нибудь!

Палуба поплыла под его ногами. Облупившиеся переборки колыхались, как клубящийся туман. Тревер не знал, двигается он или нет, но на ногах он держался, в то время как страшная, непереносимая тяжесть обрушилась на его трепещущий мозг, стремясь сгладить, придавить бешеную ярость, которая была его единственным оружием.

Ярость за себя, оскверненного и униженного, ярость за Джин с ее окровавленными рубцами на смуглых плечах, ярость за Хьюго, лежавшего мертвым под отвратительным убийцей, ярость за все поколения высадившихся здесь людей, которые жили и умирали в рабстве для того, чтобы облегчить Шеннечу ожидание смерти.

Перед ним возникла неестественно огромное лицо Гелта, искаженное, потрясенное и испуганное. Тревер оскалился.

— Я убью его когда-нибудь, — выдохнул он, обращаясь к Корину.

На поясе Гелта висел нож, но потомку каторжника не было приказано пользоваться им. Только один Тревер мог заставить корабль лететь. Гелт протянул дрожащие руки и схватил Тревера, но очень неуверенно. Мозг Корина кричал Шеннечу.

— Ты не можешь его остановить!

Тревер, только частично слитый с Шеннечем, услышал этот крик и засмеялся.

От прикосновения Гелта что-то взорвалось в нем. Теперь его не контролировали, неистовые мысли ушли, остались только два сильных желания, одним из которых было уничтожение поработившего его чудовища.

— Убей его, — неожиданно сказал Шеннеч. — Он безумец, и никто не может управлять сумасшедшим!

Гелт старался выполнить приказ, но руки Тревера уже схватили его горло. Пальцы глубоко погрузились в плоть Корина, и вскоре раздался хруст сломанной кости.

Тревер отбросил обмякшее тело. Он ничего не видел, кроме маленького огонька, мерцавшего в темноте. В центре этой светлой точки находилась красная кнопка. Тревер подскочил к пульту и нажал ее. Таково было второе его желание.

В первый момент ничего не произошло.

Тревер упал поперек тела Гелта. Шеннеч сыпал запоздалыми угрозами. Теперь у оставшегося в живых человека появилась возможность встать и облегченно, торжествующе вздохнуть.

Корабль под ним вздрогнул. Раздался глухой рев, потом все стихло и рев повторился снова: бункеры с остатками горючего заработали. Рубку потрясло несколько мощных ударов, стены ее со страшным скрежетом накренились. Все проходы распахнулись, мир наполнился лязгом и грохотом рвущегося металла. Затем все успокоилось, и наступила тишина.

Тревер прополз по вставшему дыбом полу и через разбитый люк вылез на безжалостный солнечный свет. Теперь он ясно видел, что ему удалось сделать. Сработано было хорошо, запаса горючего хватало.

Задняя часть корпуса исчезла, а с ней и все Корины, копошившиеся в трюмах.

Затем в мозгу Тревера раздался удивленный голос Шеннеча:

— Я и в самом деле состарился! Я недооценил силу молодого, здорового мозга. Рабская покорность Коринов расхолодила меня.

— Ты видишь, что происходит с последними Коринами? — спросил Тревер. — Ты можешь видеть?

Последние Корины, последние невольники Шеннеча, были потрясены крушением их привычного мира. Рабы тут же поднялись против своих ненавистных хозяев. Они ждали очень долго, и теперь Корины и соколы-ящерицы подлежали уничтожению.

— Ты видишь это, Шеннеч?

— Вижу, Тревер. А теперь- они идут на тебя!

Да, обезумев от крови, они спешили расправиться с теми, кто носил солнечный камень. Впереди шагали Джин и Сол.

Тревер знал, что на разговоры ему отпущено не более одной минуты, знал, что Шеннеч с любопытством ожидает финала этой драмы, и потому он сделал шаг вперед и сказал:

— Я дал вам свободу, и вы хотите убить меня за это?

— Ты выдал нас в пещере, — зарычал Сол, — и теперь…

— Я выдал вас, но не намеренно. Здесь есть кое-кто посильнее Коринов, а вы даже не знали об этом. Чего же вы хотите от меня?