Идущие - Абай Тынибеков

топот, она отъехала к сугробам возле деревьев, слегка развернулась и остановилась. Мимо неё промчался конный отряд ближнего дозора. Десятник взглянул в её сторону, отстал от отряда, перевёл скакуна на шаг и приблизился.

– А, Джуйя, это ты, – узнав её, произнёс десятник. – Скоро совсем стемнеет, и тебе не следует оставаться здесь. Я знаю, что ты не терпишь охраны, но всё же я пришлю к тебе воинов. Мало ли что. Волки могут подойти к загонам.

– Нет, не стоит, – тронутая вниманием десятника, улыбнулась Джуйя. – Я уже возвращаюсь.

– Ну хорошо. Тогда я спокоен, – десятник вздыбил скакуна и пустил его вскачь, догоняя воинов.

Когда Джуйя выводила лошадь из сугроба, то мельком взглянула в сторону, куда удалился десятник, и замерла, натянув поводья. Из леса, шагах в двадцати от неё, выехали два всадника, спокойно направляясь в стойбище. Выждав, пока они скроются за юртами, она последовала за ними, таясь за жилищами слева от них. Она не могла рассмотреть всадников, пока они не проехали вблизи от одного из костров, что горели возле юрт. Она узнала их. Это были Иджими и дочь правителя Дильбар.

– Иджими? Дильбар? – удивлённо прошептала Джуйя, прикрыв рот рукой в варежке и остановив лошадь. – Что происходит?

Постояв какое-то время в растерянности, Джуйя повела лошадь в другую сторону.

* * *

– Сын мой, я знаю для чего ты прибыл ко мне, – главный шаман протянул Иджими чашу с горячим бульоном. – Угощайся. Согрейся.

– Как они, старец? – принимая угощение, спросил Иджими, затем пригубил чашу и продолжил: – Я не мог раньше навестить тебя. Занят был. Чуть было совсем не забыл про них.

– Один пришёл в себя, а второй пока плох, – спокойно ответил главный шаман. – Если бы их пораньше доставили сюда, то было бы полегче, а теперь даже не знаю, что дальше будет. Все усилия прилагаем, но пока порадовать нечем, – вздохнул он.

– Да, сильно же они замёрзли, что даже ты столько дней не можешь поставить их на ноги. Когда я вёз их сюда, то думал, что не успею доставить их живыми, – покачав головой, цокнул языком Иджими.

– На всё воля Небес, – прикрыв веки, смиренно произнёс старец.

– А увидеть их я могу? – спросил Иджими.

– Конечно, сын мой. Согрейся с дороги и иди взгляни на них, – слегка кивнул главный шаман.

* * *

Оба больных чужака лежали в юрте. Иджими подошёл и встал между ними, разглядывая то одного, то другого. Один из шаманов, помощников старца, стоял у двери и наблюдал.

Иджими обернулся и тихо спросил:

– Который из них пришёл в себя?

Шаман подошёл и показал рукой на того, что лежал справа. Иджими склонился и стал прислушиваться, затем быстро выпрямился и удивлённо взглянул на шамана:

– Он не дышит.

Шаман тут же кинулся к больному, опустился возле него на колени и прижался ухом к груди. Он долго вслушивался, потом метнулся к другому больному и припал ухом и к его груди. Затем медленно встал на ноги и отступил, склонив голову.

– Что? – растерянно спросил Иджими.

Шаман взглянул ему в глаза, печально прикрыл веки и покачал головой, давая понять, что они оба скончались.

– Оба? – не веря в случившееся, вновь спросил Иджими.

Шаман кивнул, развернулся и быстро вышел из юрты.

– Как же так… – смотря на умерших чужаков, прошептал Иджими.

Не успел он повернуться к двери, как в ней стремительно появился главный шаман, за которым следовал его помощник. Главный шаман подошёл к скончавшимся, опустился на колени между ними, придерживаясь рукой за подставленную помощником руку, и приложил пальцы к шее одного, потом другого, недолго подержал их там, медленно убрал руку, на какое-то время задумался, поднялся на ноги, устало повернулся к двери и, пошаркивая ногами, вышел из юрты, пройдя мимо Иджими с совершенно отсутствующим взглядом.

Иджими тоже вышел из юрты и глубоко вдохнул свежий холодный воздух. Ему не верилось в то, что произошло. Всё это время, пока больные находились здесь, он даже мысли не допускал об их смерти, без сомнений веря в удивительные способности главного шамана, но лишь теперь, когда это всё-таки случилось, он впервые понял, что ошибался и что всемогущий, казалось бы, старец, оказывается, тоже бывает бессильным. Иджими был очень расстроен и смертью чужаков, и беспомощностью старца. Он направился было к его юрте, но остановился перед входом, развернулся и побежал к своему коню.

* * *

– Может быть, всё это и к лучшему… – задумчиво произнёс Наби-бек. – Что там делал мой сын Иджими? – взглянул он на стоящего перед ним сотника Терима.

– Властитель, с тех пор, как Иджими отвёз больных туда, он впервые навестил их, – ответил сотник.

– Да, конечно. Я помню, что это он доставил их, – кивнул Наби-бек.

– Властитель, прости, а что делать со слежкой за поселением шаманов теперь? – спросил сотник Терим.

– Не нужно больше следить. Отпала необходимость, – махнул рукой Наби-бек. – Ступай. Занимайся своими делами.

– Слушаюсь, властитель, – сотник Терим приложил руку к груди, склонил голову, отступил и быстро покинул юрту.

«Ну вот и всё. Закончилась наконец-то эта странная история. Хвала Небесам, груз сам свалился с моих плеч. Одной проблемой стало меньше. Хотя неразрешённых вопросов осталось много, но всё же пусть лучше так, нежели получить неожиданные ответы, сложные и, возможно, опасные», – потерев шрам на щеке, вздохнул Наби-бек.

* * *

– Что случилось, Дильбар? – влетела в юрту к Дильбар Фируза. – Ты чего так пугаешь меня? Я уже подумала, что с тобой что-то плохое произошло. Твой человек ничего не объяснил. Только и поняла, что нужно скорее приехать к тебе. Ну, подруга, говори, что случилось. Почему ты такая заплаканная? – присев на колени перед Дильбар, Фируза обхватила её ладони, заглядывая в глаза.

– Он умер, – дрожащими губами тихо произнесла Дильбар.

– Не поняла. Кто умер-то? Отец, что ли?! – прикрыв рукой рот, округлила глаза Фируза. – Как же так… Ой, Дильбар, горе-то какое!

Дильбар нахмурила брови и опухшими от слёз глазами удивлённо посмотрела на Фирузу:

– Ты что такое говоришь? Ты чего пугаешь меня?

– Так ты же сама сказала, что он умер! – ничего не понимая, вновь протянула Фируза. – Твой отец, наш правитель, болен же…

– Да не отец умер, жабу тебе в рот! – утирая глаза, возмутилась Дильбар. – Зачем только я позвала тебя?!

– Хвала Небесам, он жив! – не обращая внимания на слова подруги, Фируза подняла руки вверх и посмотрела туда же, затем, словно опомнившись, взглянула на Дильбар. – А кто умер?

Дильбар с укоризной во взгляде посмотрела на неё.

– Как умер? – только теперь сообразив, о ком идёт речь, удивилась Фируза. –