Идущие - Абай Тынибеков

– Подойди ближе и говори, – повелел Демир-бек.

Мужчина сделал пару шагов и замер, по-прежнему не поднимая головы.

– Властитель, – понизив голос, начал мужчина. – В полдень тебя будут ждать в лощине за южной окраиной стойбища. Это важно. Больше мне сказать нечего.

– Кто будет ждать? Кем ты послан ко мне? – спросил Демир-бек.

– Прости, властитель, мне не велено говорить об этом. Я всего лишь гонец, – тихо ответил мужчина. – Позволь мне удалиться.

– Нет, ты останешься в стойбище, – сурово и громко произнёс Демир-бек.

В шатёр тут же вбежали стражники во главе с начальником, схватили мужчину и замерли, ожидая веления властителя.

– Свяжите его и отведите в шатёр для пленников. Пусть глаз с него не спускают, – повелел Демир-бек.

Стражники быстро связали руки мужчине и потащили его наружу. Начальник стражи остался в шатре.

– Властитель, ты в порядке? – взволнованно спросил он.

– Да, не беспокойся, – махнул рукой Демир-бек, отходя на дальнюю половину шатра. – Иди, – опускаясь на место, велел он.

Начальник стражи вышел с озабоченным видом.

«Ну вот и началось. Воспользовавшись болезнью куньбека Янгуя, канглы решили перейти к активным действиям. Фатих-шах ищет себе союзников всюду. Не сумев заручиться военной поддержкой хуннов, не найдя общего языка с огузами, он решил наладить связь со мной, дабы я перешёл на его сторону, тем самым стараясь ослабить усуней изнутри. На встречу со мной он явно прислал высокого сановника, который и будет ожидать меня в полдень в лощине. К тому же, я уверен, что Фатих-шах предложит мне высокую плату за содействие в предстоящей войне. В этом нет сомнений. Он пообещает мне вернуть власть над моими же землями, занятыми теперь усунями, которых он намеревается разгромить. Такое предложение было бы весьма заманчивым, если бы я не знал о том, что ханьский император Вэнь-ди вступил в военный союз с куньбеком Янгуем и окажет ему военную помощь в предстоящей войне против канглов. На что рассчитывает Фатих-шах? Он ведь тоже знает об этом, – Демир взял мясо, поднёс его ко рту, но есть не стал и положил обратно. – Может быть, я чего-то не знаю? А что, если ему всё-таки удалось вступить в союз с хуннами и они держат это в тайне, всюду распуская слух об обратном? Фатих-шах – умный и хитрый правитель, он может пойти на любые задумки и поступки. Да, всё может быть. В таком положении, с одной стороны, мне следовало бы встретиться с посланником, выслушать его и попытаться понять их планы. Но, с другой стороны, тайная встреча с представителем врага усуней чревата для меня последствиями. Глаза и уши куньбека Янгуя есть везде в его землях, и нет никаких гарантий, что об этой встрече не станет известно ему. Я, конечно, могу обезопасить себя и взять с собой кого-то из представителей усуней, но тогда возникает другой вопрос. А что, если разговор будет очень выгодный для меня. Что, если мне сообщат о союзе канглов и хуннов, о котором никому не известно. Или же о союзе канглов и огузов. Или же об их тройном союзе, что менее всего вероятно… Скорее всего, какой-то из этих союзов вполне может возникнуть, но по каким-то причинам этого ещё не случилось. Иначе зачем ему я, обладающий не столь большой силой? Возможно, всё пока на стадии переговоров, и Фатих-шах вспомнил обо мне, желая иметь хоть такого союзника, как я, нежели остаться вообще одному. Как бы там ни было, а Фатих-шах очень спешит и времени на раздумье мне не даст. Он потребует дать ответ немедленно. В присутствии усуня я не смогу быть свободным в выборе и буду вынужден дать только один ответ – отказ. Но прав ли я буду, дав такой ответ? Вполне возможно, что этим решением я упущу единственную возможность обрести независимость от усуней, вернуть свои земли и наладить ту жизнь, что была прежде…» – Демир-бек тяжко вздохнул, взял кусок мяса, повертел его в руке и бросил на поднос.

* * *

– Главный визирь Джарбаш?! – искренне удивился Демир-бек, спустившись в лощину и подойдя к ожидавшему его человеку, как только тот приподнял капюшон. – Надо же. Я понял, что встречусь здесь с сановником, но, что это будешь ты, я, признаться, не ожидал, – Демир-бек слегка склонил голову и приложил ладонь к груди.

– Царь Демир, – ответив на приветствие, начал Джарбаш, – у меня мало времени. Ты готов выслушать меня?

– Ну, раз я пришёл сюда, значит, готов к разговору, – спокойно проговорил Демир-бек, не обращая внимания на то, что Джарбаш обратился к нему как к царю, не называя нового титула. – У меня тоже не так много времени. Давай сразу приступим к делу. Так что готов предложить мне Фатих-шах в обмен на поддержку в предстоящей войне? Он вернёт мне все мои земли без каких-либо притязаний на них и одарит золотом? Или ещё что-то? – Демир-бек смотрел в глаза Джарбашу.

– Ты, как всегда, прозорлив, царь Демир. С тобой непросто, но приятно общаться, и ты всё сказал почти верно, но есть ещё кое-что, чего ты предусмотреть не мог, – Джарбаш не отводил взгляда. – Помимо этого, правитель готов передать тебе треть караванного пути в его северной части. – Визирь многозначительно приподнял голову, выпятив заросший густой бородой подбородок, при этом прикрыв наполовину огромные глаза тяжёлыми верхними веками. – Все твои прежние владения полностью перейдут к тебе. Притязаний не будет, за это не беспокойся. Теперь всё.

– Я понял тебя, Джарбаш, но вот чего я не могу понять. Для чего нужна эта война? Ответь мне. Все знают, что Фатих-шах полностью контролирует караванные пути, имеет от этого огромные богатства и только по этой причине всегда готов сражаться с любым, кто посягнёт на это его право. Теперь же в случае моей поддержки в войне с куньбеком Янгуем он готов отдать мне часть того, чем дорожит больше всего в этом мире. Ведь именно это стало главным поводом для войны, хотя усуни, насколько мне известно, в сторону караванных путей даже не смотрят. Что происходит, Джарбаш?

– Царь Демир, я не уполномочен вести разговоры на эту тему, но, раз ты интересуешься этим, могу сказать, что усуни пока не смотрят в ту сторону, поскольку ещё многого здесь не знают. Однако, смею заверить, пройдёт немного времени, и они поймут всю выгоду от караванных путей. А теперь ты ответь мне. Что будет, когда усуни прозреют в этом вопросе? – слегка склонив голову к плечу, спросил Джарбаш.

– Это несложный вопрос. Разумеется, будет война между вами. Это-то понятно. Я не могу понять другого.