Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

— Но разве так не должно быть? — задумчиво проговорил Ишмерай. — Рианоры — поколение за поколением встают и идут защищать Архей, где бы они не были.

Лорен ответил жестким тоном:

— Архею пора понять, что ему следует взять себя в руки и своими силами защищать свои же земли. Они кинули двоих человек в бой двадцать лет назад. Войска стояли позади меня и вашей матери и ждали, когда мы отразим атаку. Мы отразили атаку, но едва не потеряли Акме. Мы тогда были молоды и глупы и приняли титулы, которые нам так великодушно выдали Карнеолас и Нодрим. Нам нужно было уезжать из Архея. В Синаар или Аламак, далеко за море. Там развита торговля. Язык мы бы там выучили. Деньги у нас были, мы бы купили дом и работали в местной больнице.

— Ты жалеешь о том, что остался и женился на моей матери? — в голосе Акила появился гнев.

— Плио поехала бы со мной, в Синаар, Аламак, к дьяволу на куличики. Она едва не погибла в Иркалле, когда в неё выстрелили коцитцы, просто потому что пошла за мной. Но Гаральд Алистер так и не оставил Акме в покое. Перед главной битвой на просторах Кунабулы Акме отвергла его, хотя ранее приняла его предложение о замужестве. Она разорвала помолвку, ибо была уверена, что ей оставалось жить несколько часов. Она не выдерживала той рианорской мощи, которая в ней пробудилась. Акме готовилась отдать жизнь за Архей. Гаральд Алистер был уязвлён и отдалился от нее. Он страдал, когда она умирала, а когда выжила, не предпринял попыток к сближению. Этого не сделала и Акме, она всегда была гордячкой. По возвращении в Кибельмиду ей пришлось тяжело: пережитое в Коците и Кунабуле следовало за ней попятам, любовь к отвергнутому Гаральду Алистеру, страдания и депрессия сводили её с ума, и мы с дядей Бейном решили отправить её на лечение в Орн. Но Акме решила ехать на побережье. Там бы она успокоилась, поправилась, возможно, там бы осталась работать в больнице. Хадират теперь богатый край. Но за пару дней до отъезда за ней приехал герцог Атии, с этим огромным букетом кроваво-красных роз. Разумеется, она упала ему в объятия и через два месяца стала его супругой. О её переезде куда-либо и речи более не было.

— Матушка не делилась такими подробностями! — ручка Атанаис была сжата в кулаке и прижата к сердцу, на её лице сияла мечтательная улыбка.

— Мы много чего не рассказывали вам, что должны были, — фыркнул Лорен Рин. — Рианорская сила ломала Акме многие годы до своего пробуждения. Наши родители погибли в пожаре, когда мы были детьми, и мы полагали, что это травма так мучает ее, но ошибались. В Иркалле Акме сломалась окончательно, поэтому с такой готовностью шла в бой в Кунабуле. Вы полагаете, что после победы, переезда в Атию и замужества все беды закончились? Она потратила на восстановление долгие годы. Гаральд Алистер оказался понимающим супругом. Если бы он оказался другим, я бы увёз её в Нодрим. А когда родились вы, все сошло на «нет».

— Но мне рассказывали, что матушка едва не погибла, когда родила меня, — сказала Ишмерай.

— Это уже другая история, ей всегда было сложно с тобой.

Акил усмехнулся, Атанаис промолчала, но у девушки ком поднялся к горлу.

Лорен вздохнул, расстегнул две верхние пуговицы домашнего сюртука, взял кувшин, четыре фужера и разлил вино. Он сделал глоток и с мрачной задумчивостью оцепенело поглядел в окно. Атанаис, Адиль и Ишмерай тоже сделали глоток.

— У тебя было условие, — заговорил Лорен, взглянув на младшую племянницу. — Говори.

— Перед отъездом я хочу повидать мать и отца. И попрощаться с Марком.

— Я был бы рад удовлетворить твою просьбу, но для встречи с родителями вам придётся ехать в Кеос. Это исключено. К тому же, вам придется потратить почти неделю на путь до столицы и неделю на путь обратно в Брок. Если до Шамаллы можно добраться от Карнеоласа или Атии, этот путь нам не известен.

— Но я не знаю, сколько месяцев проведу в Шамалле, — сердце Ишмерай сжалось. — Я хотела увидеть родителей и попросить у них прощения, я хотела сказать им лично, как скучаю и люблю их. Атанаис, разве ты не хочешь того же?

— Разумеется, хочу, — печально ответила Атанаис. — Но, полагаю, это решение далось родителям не просто. Я каждый день мечтаю увидеть их. Но если мы не выполним их приказ, будет только хуже. Уверена, им известно то, что неизвестно нам. Мы должны подчиниться. Мы можем написать письмо. И им, и Марку, и Гаспару. Это все, что мы сейчас можем сделать, — тон Атанаис стал строгим, речь — немного более отрывистой: — Что касается встречи с Марком, он мог бы давно написать тебе или переговорить с отцом о вашем будущем, но так и не добрался до герцога Атии, не объяснил своего проступка и своих намерений на твой счет.

— Почему ты так думаешь? — Ишмерай стало холодно.

Атанаис помедлила и посмотрела на дядю и кузена.

— Скажи мне, — попросила та. — Я не буду стесняться дядю Лорена или Акила. Они не будут сплетничать обо мне.

Атанаис продолжила:

— Если бы он сделал это, мы бы уже знали. Я задавала вопросы Марцеллу. За Марком давно следят. Марк Вальдеборг с января появился в Кеосе один лишь раз, поздоровался с нашими родителями и уехал. Он разъезжает между Миларом, Тирой и Экимом, посещает увеселительные заведения. Он взял отпуск в академии, несмотря на запрет короля. Он кутит и отдыхает. В то время как ты проводишь время в вынужденном заточении, а теперь должна ехать в северную глушь, чтобы тебя не нашёл ни карнеоласский король, ни кунабульские демоны. Он уже давно сделал тебе предложение, но никого из твоих или своих родных не поставил в известность.

Ишмерай опустила глаза и промолчала. Ей стало горько не оттого, что Марк, вероятно, забыл о ней. А оттого, что она опозорила себя сначала перед родителями, затем перед всем светом, сбежав из дома. Она рисковала, когда Марк приехал в Кибельмиду после всего случившегося и находился несколько дней под одной крышей с ней. И пока по приказу родителей её мотает по разным частям Архея, он развлекается и ни