Русско-шведская война. 1610–1617 - Сергей Николаевич Бирюк

шведского гарнизона вызвала у шведских послов сильное раздражение. По словам шведов, «…люди у них на выручку были готовы, да не послали по княж Иванову слову, что он посылать не велел и отпустил своего гонца во Псков, и псковские де люди и гонца княж Иванова не отпустили, держат у себя и ему не верят». Расследование показало, что гонец с грамотой о соглашении задержался в Новгороде, и прибыл в Псков только 16 декабря, т. е. после капитуляции гарнизона[593].

Несмотря на сильное недовольство шведов, переговоры пошли более успешно. Мерик еще в ноябре 1616 г. вместе со шведскими послами выработал текст прелиминарного договора.

Успешные действия гарнизона Пскова привели к смягчению требований шведов на переговорах с Мериком в Ладоге. Конирибуция была снижена со 100 000 до 20 000 рублей. После капитуляции шведского гарнизона в Устье шведы отказались от Ладоги в качестве залога. В руках шведов как залог оставался только Гдов. Окончательный текст договора о мире был подписан в Столбове 27 февраля 1617 г. и в июне 1618 г. ратифицирован. Контрибуция была выплачена полностью в течение полутора лет, но из-за длительной процедуры размежевания на границы Гдов был возвращен Русскому царству только в 1621 г.

Послесловие

27 февраля 1617 г. был подписан Столбовский договор. По условиям договора шведы получили Ивангород, Ям, Копорье, Орешек, т. е. все что желали. Россия лишалась выхода к Балтийскому морю. Русскому царству в течение двух недель они возвращали Новгород, Старую Руссу, Порхов с их уездами и Сомерскую волость, а еще через неделю очистили Ладогу с уездом. Гдов оставался в их руках.

Посредникам и русским послам удалось сократить только денежную контрибуцию. Во многом это заслуга успешных действий псковичей в 1615 и 1616 гг. Едва ли стоит сомневаться в том, что при падении Пскова шведские условия были бы значительно тяжелей.

Предварительные переговоры о мире между Россией и Швецией начались осенью 1615 г., когда армия Густава Адольфа осаждала Псков. Можно сказать, что как и в случае с походом Батория, противники Русского царства вели «принуждение к миру». Несмотря на стойкость гарнизона Пскова, России приходилось соглашаться на предложенные условия.

Обе осады Псков выдержал без поддержки извне, что является редким случаем в военной истории. Русские полевые рати не пришли на помощь. В свою очередь, известны случаи, когда деблокирующие армии противника громили осаждающие русские рати и захватывали осадный наряд. Наиболее яркие примеры – Смоленск в 1632–1634 гг. и Нарва в 1700 г. Вместе с тем успех подобного плана имела псковская рать, когда в 1613 г. разгромила отряд герцога Генриха у Гдова.

Можно много говорить о слабостях русских ратей, но проблемы были и у противника. Нельзя сказать, что царь и правительство не пытались ими воспользоваться. В 1613 г., когда не получавшие жалованья польские наемники большей частью покинули Смоленск, к нему была направлена сильная рать. К сожалению, правительство разделило усилия на двух направлениях – направив еще одну рать против шведов, оккупировавших Новгород.

В итоге ни одна из целей не была достигнута. Благоприятный момент был упущен, противники нарастили свои силы, что предопределило значительные территориальные потери Русского царства по итогам Смуты.

Приложения

Приложение 1

Якоб Делагарди – неудачливый делатель царей. Шведский взгляд на избрание шведских принцев на царский трон[594]

2 июня 1611 г. армия Якоба Делагарди разбила лагерь в двадцати километрах от Новгорода. Через четыре дня здесь появился Бутурлин. Ссылаясь на новые инструкции из Москвы, он поднял вопрос о преодолении кризиса в России. Он объявил, что Делагарди должен двинуться со всей своей армией на помощь русским войскам. Новгород в меру своих возможностей оплатит услуги шведских солдат. В качестве гарантии Швеции будет предоставлена одна из пограничных крепостей. Делагарди возразил, что такая компенсация недостаточна, поскольку Кексгольм (Корела) он был вынужден брать силой. Когда Бутурлин попросил изложить шведские требования, Делагарди представил ему письмо Карла от 28 февраля, в котором король требовал передать ему несколько пограничных крепостей.

9 июня между Бутурлиным и Делагарди состоялся еще один разговор. Согласно шведским данным, представитель ополчения заявил, что притязания Карла IX на все указанные крепости неприемлемы. В ответ на это Делагарди объяснил, что это не абсолютное требование, поскольку, в конце концов, Россия могла бы вступить в постоянные дружеские отношения со Швецией, если бы та избрала королевского сына великим князем (шведы использовали этот титул). Однако Нотеборг (Орешек) и Ладога должны быть немедленно переданы Швеции в качестве залога за расходы, понесенные ею в связи с участием в войне. А чтобы успеть получить ответ от другой стороны, было заключено перемирие на срок от 12 до 14 дней. Затем Делагарди отправил письмо Карла IX, датированное 28 февраля, представителям ополчения. К нему он приложил свое сопроводительное письмо, датированное 9 июня. В нем он обещал действенную помощь в обмен на выплату жалованья солдатам и залог крепостей Нотеборг и Ладога. Он объяснил, что далеко идущие требования шведского короля не следует рассматривать как ультиматум. Он также заверил, что предложение ополчения, переданное через Бутурлина, о том, чтобы один из шведских принцев стал русским царем, обязательно будет милостиво принято Карлом IX.

Это предложение, исходившее из Новгорода и от Делагарди, поставило ополчение в Москве в затруднительное положение. Гонсевский и его поляки мужественно защищались, и все еще оставался риск, что в конце концов придет польская помощь. Сначала Сигизмунд поручил эту задачу Сапеге, который все еще находился в России со своей армией. Когда Сапега выдвинул королю неприемлемые условия, монарх приказал Ходкевичу вмешаться. У Сигизмунда не было денег, чтобы заплатить своим солдатам, поэтому он предпочитал не заходить далеко в Россию. Это была одна из причин, по которой он сначала остановился у Печор. Ситуация стала настолько сложной, что Сигизмунду пришлось снова обратиться за помощью к Сапеге. На этот раз соглашение было достигнуто. В обмен на обещание выплатить ему жалованье из русской государственной казны Сапега отправился в Москву. 7 июня он разбил лагерь недалеко от города. Однако он не стал сразу атаковать, а вступил в переговоры как с Гонсевским по поводу обещанного жалованья, так и с русскими. В начале июля Гонсевскому удалось убедить Сапегу отправиться в экспедицию в этот район и добыть продовольствие для польского гарнизона в Москве. Опасность миновала. В течение всего июня Сапега вынуждал ополчение держаться в максимальной боевой готовности.

Поэтому неудивительно, что в этой ситуации шведское предложение помощи против поляков показалось представителям ополчения заманчивым. Идея избрания царем сына короля, который, возможно,