Любовь на острие кинжала - Джулиана Гарнетт

– Это вы допустили?

Сдавленным голосом она отвечала:

– Эннис обещала, что вы меня не тронете…

Рольф осекся. Ведь он обещал сэру Сигиру, что не причинит зла леди Алисе. Какой бы она ни была, он сдержит свое слово.

– Да, – отрывисто ответил он, – я не причиню вам вреда.

Держа Эннис на руках, он повернулся к своему брату. Нахмурившись, Джеффри ждал дальнейших распоряжений с окровавленным мечом в одной руке и с шлемом в другой.

– Охраняйте ее, – сказал Рольф и положил свою ношу на гору подушек, которую сбросил на пол с кресел. Затем он приказал леди Алисе оставаться подле кузины, пока он не вернется.

Она широко раскрыла глаза и прошептала:

– Вы ищете моего мужа?

Рольф коротко кивнул. И тогда прерывающимся голосом она сказала:

– Если так, то поторопитесь, милорд. Тарстон пошел в детскую за вашим сыном.

Рольф понимал, что время – его злейший враг. Сибрук не станет колебаться и не задумываясь сорвет свою злобу на маленьком мальчике. Месть для него сейчас – главное.

Рольф бросился прочь из зала. Гай побежал вслед за ним. Словно дикие звери, они рыскали по переходам и комнатам, пока не наткнулись на перепуганную служанку, которая, вся трясясь, объяснила им, где находятся дети.

– Но, милорд, – добавила она дрожащим голосом, – если вы ищете лорда, то он пошел на главный бастион.

– Один? – спросил Рольф, но по ее глазам понял, что вопрос излишен. Было ясно, что Тарстон забрал с собой Джастина.

– Он хочет обменять ребенка на свою жизнь, – пробормотал Гай.

– Если хоть один волос упадет с головы Джастина…

Когда они поднялись по лестнице до самого верха, небольшая группа воинов встала у них на пути. Гай и Рольф бросились на них с такой яростью, что уцелевшие спаслись бегством. Прикрыв глаза рукой от слепящих лучей солнца, Рольф остановился у выхода на крышу, чтобы перевести дыхание и осмотреться. Тарстона видно не было.

Главный бастион возвышался в дальнем конце плоской крыши. Его громада нависала над всеми остальными укреплениями, а над ним плескалось знамя с эмблемой Сибрука. Одна из дверей, ведущих туда, была открыта и скрипела при каждом порыве ветра.

– Он там, на самом верху, – сказал Гай, но Рольф уже бросился к двери, на ходу приказав ему оставаться на месте и сторожить вход на лестницу.

Внутри было тесно. На узких ступеньках винтовой лестницы двое не смогли бы разойтись. Вслепую пробираясь наверх, Рольф мечом проверял каждый шаг. Сталь лязгала о скользкие камни. Других звуков не было слышно – толстые стены заглушали отдаленный шум битвы.

Когда он наконец вышел из узкого прохода, пронизывающий ветер и ослепительный свет обрушились на него. И тут Рольф увидел Тарстона. Тот стоял, прислонившись спиной к дальней стене, держа Джастина перед собой. Мальчик молчал, но глаза его округлились от страха, потому что кинжал дяди плясал у его горла.

Солнечный свет отражался от клинка Тарстона. Рольф похолодел.

– Все кончено, Тарстон, довольно! – крикнул он, но ветер отнес его слова в сторону, и они прозвучали бессильно и тихо. Он шагнул вперед.

– Нет, – произнес Тарстон со злорадной ухмылкой. Его темные глаза пылали ненавистью. Кинжал еще плотнее прижался к горлу Джастина. – Сейчас самое время прикончить Дракона. Но сначала – его детеныша.

Рольф поднял левую руку:

– У тебя ведь тоже есть дети. Ты хочешь увидеть их мертвыми?

– Они так и так умрут, отпущу я твое отродье или нет. Ты что думаешь, я такой дурак, чтобы верить тебе? Ты мне наобещаешь всего, только бы спасти сына. Нет, я слишком знаю людей, чтобы верить их клятвам.

Ветер трепал одежду и волосы Тарстона и Джастина. Мальчик вцепился в запястье дяди, как бы пытаясь остановить его руку. В какой-то момент Рольф перехватил взгляд ребенка, и горло его сжалось от доверчивой мольбы, которую он прочитал в нем. Сдавленным голосом Рольф произнес:

– Я – человек, который всегда держит слово. Ты это знаешь. Никогда я не нарушал своих клятв. И вот я тебе обещаю, что твоим детям не причинят зла. Но ты должен отпустить моего сына немедленно, или я не дам такой клятвы.

Подумав мгновение, Тарстон мрачно усмехнулся:

– Отпустить его? Что ж, пожалуй, я так и сделаю. Положи свое оружие, и мальчик будет свободен.

Рольф не мог дать Тарстону ускользнуть. Но еще меньше хотел он, чтобы его сын погиб. Он колебался, но вдруг Сибрук сделал едва заметное движение кинжалом, и тонкая струйка крови потекла по шее Джастина.

– Я слагаю оружие, – сказал он.

Рольф понимал, что Тарстон не задумываясь убьет их обоих. Однако он был гораздо мощнее Сибрука, и, кроме того, его собственный кинжал остался при нем. Так что даже без меча он мог одолеть Тарстона.

Осторожно шагнув вперед, Рольф отстегнул меч и положил его на камни, нагретые солнцем. Затем он медленно выпрямился и стал ждать.

Тарстон захохотал, и ветер разнес его смех гулким эхом среди каменных стен.

– Ну что же, Дракон, – со злорадной улыбкой произнес Сибрук, – я сдержу свое слово. Я освобожу мальчика, и он будет свободен, да, свободен, как птица!

Быстрым движением, которое Рольф не успел ни предвидеть, ни предотвратить, Тарстон поднял Джастина в воздух и перебросил его через каменный парапет, отделявший плоскую крышу от ее крутого ската, кончавшегося отвесной пропастью. Парапет был высотой по грудь человека. Джастин судорожно вцепился в рукав своего дяди.

– Отец! – закричал он. – Помоги!

Рольф выхватил из ножен кинжал и метнул его. Острие клинка вонзилось Тарстону в шею. Он отшатнулся. Рольф стремительно ринулся вперед, чтобы удержать Джастина, скользившего к гибельному краю крыши.

Но Тарстон, даже умирая, не хотел отказаться от мести. Хрипение вместе с кровавой пеной вырывалось изо рта, но он с пугающей силой вцепился в Рольфа, стараясь не подпустить его к сыну. Кровь хлестала из раны в его горле, а Джастин сползал все дальше и дальше. Пальцы Тарстона запутались в тунике Джастина, и он изо всех сил пытался освободить руку, чтобы столкнуть мальчика в пропасть. Рольф перехватил его запястье одной рукой, а другой пытался удержать сына. Но Тарстон вырвался, и Джастин оказался вне досягаемости отца. Он повис над отвесной стеной башни и не падал только чудом: край его туники зацепился за каменный выступ стены.

Далеко внизу торчали острые кромки огромных камней, на которых покоился Стонхем. Ветер яростно завывал между ними, холодный и пронзительный.

Рольф всем телом навалился на Тарстона, чтобы еще сильнее прижать его к камням стены. Но Сибрук яростно цеплялся за жизнь.

Однако Рольф был сильнее, и ему удалось дотянуться до залитой кровью рукоятки кинжала, торчавшего из горла Сибрука. Что было сил Рольф надавил на него, его противник отпустил свой захват и захромал прочь, ничего уже не воспринимая. До Рольфа донесся вопль Джастина. Стремительно перегнувшись через парапет, он смог достать до края туники и схватить ее. Но при этом он потерял равновесие и сам оказался на гибельном скате крыши, едва удерживаясь свободной рукой.