Правдивая ложь - Нора Робертс

На большом пальце выступила кровь. Дрейк рассеянно сунул палец в рот. Просто надо включить обаяние, извиниться, дать пару обещаний. Дрейк пригладил волосы, размышляя, спуститься ли в гостиную или подняться к Еве.

Не успел он принять решение, как увидел приближающегося Гринберга. Лицо адвоката было бесстрастным, но под глазами залегли тени, говорившие о бессонной ночи.

– Мистер Гринберг!

Адвокат взглянул на цветы, на лицо Дрейка, задумчиво приподнял брови, потом кивнул и продолжил путь вниз.

Старый лицемер! Дрейк попытался убедить себя, что поджилки у него не трясутся. Он снова проверил прическу, узел галстука. Потом решил, что не стоит выглядеть слишком побитым.

Перед кабинетом Евы Дрейк расправил плечи и тихо постучал. Когда на стук не ответили, постучал снова.

– Ева, – он добавил в голос чуточку раскаяния, – Ева, я хотел бы… – Он повернул ручку. Заперто. Заставив себя проявить терпение, попробовал снова. – Ева, это Дрейк. Я хочу извиниться. Ты знаешь, как много значишь для меня, и эта трещина в наших отношениях просто невыносима.

Дрейк ворковал, испытывая два желания: вышибить эту проклятую дверь и придушить Еву.

– Я просто хочу все уладить… я обязательно верну тебе все до последнего цента… если только ты…

Он услышал, как в конце коридора открылась дверь, и оглянулся, постаравшись выдавить пару слезинок. Затем заскрежетал зубами. Нина!

– Дрейк, – Нина просто излучала смущение, – прости, Ева просила передать тебе… Она так занята все утро.

– Мне нужна пара минут.

– Боюсь… Дрейк, мне действительно жаль, но она тебя не примет. Во всяком случае, сегодня.

Он попробовал замаскировать ярость обаянием.

– Нина, ты не могла бы замолвить за меня словечко? Тебя она послушает.

– На этот раз вряд ли. Сейчас не время для восстановления отношений. Она провела тяжелую ночь.

– Здесь был ее адвокат.

– Да, но… – Нина отвела взгляд и не заметила вспышку злобы в его глазах. – Ты же знаешь, я не могу обсуждать ее личные дела. Подожди еще пару дней. Я сделаю, что смогу.

Дрейк сунул ей розы.

– Скажи ей, что я вернусь. Что я не сдамся. Нина дождалась хлопка парадной двери, затем постучала.

– Ева, он ушел. Замок тут же защелкал.

– Нина, прости, что приходится сваливать на тебя грязную работу. – Ева уже спешила обратно к своему письменному столу. – Сегодня у меня нет на него ни времени, ни терпения.

– Он оставил тебе это. Ева взглянула на розы, – Делай с ними что хочешь. Джулия еще не вернулась?

– Нет, мне очень жаль.

– Ничего. – Ева подумала, что еще успеет поговорить с дочерью. – Не соединяй меня ни с кем, кроме Джулии и Пола. И не тревожь меня по меньшей мере час. Нет, лучше два.

– Мне нужно поговорить с тобой.

– Прости, дорогая, сейчас не время. Нина положила цветы на письменный стол рядом со стопкой аудиокассет.

– Ева, ты совершаешь ошибку.

– Если и совершаю, это моя ошибка. Я приняла решение. Если хочешь снова пережевывать это, мы поговорим позже, но не сейчас.

– Чем дальше ты заходишь, тем труднее будет снова все исправить.

– Я из кожи вон лезу, чтобы все исправить. – Ева прошла к закрепленной на штативе видеокамере, проверила ее. – Два часа, Нина.

– Хорошо.

Цветы остались на письменном столе… словно лужицы крови.

Глава 26

Пол был так поглощен развитием сюжета своей книги, что не слышал телефонный звонок и вернулся к реальности, только когда услышал на автоответчике голос Джулии:

– Пол, это Джулия. Я просто хотела…

– Привет.

– О-о. – Она не сразу собралась с мыслями. – Так ты дома!

Пол оглянулся на экран компьютера, на нетерпеливо подмигивающий курсор.

– Более-менее. – Он оттолкнулся от письменного стола, взял трубку радиотелефона и вышел на широкий балкон. – Тебе удалось выспаться?

– Я… – Джулия не смогла солгать, хотя он уехал к себе только потому, что она согласилась провести утро в постели, не отвечая на телефонные звонки. – Я брала интервью.

– Ты…

Джулия поморщилась, физически ощутив его гнев.

– Черт побери, ты же обещала остаться дома. Ты не имела права выходить одна.

– Если быть точной, то я не обещала, и я…

– Почти обещала. Где ты?

– В телефонной будке в вестибюле «Беверли-Хиллз».

– Я еду к тебе.

– Нет, черт побери. Пол, перестань играть в отважного рыцаря и просто выслушай меня. – Джулия закрыла глаза, нажала на веки пальцами, надеясь хоть немного притупить головную боль. – Со мной все в порядке. Я в общественном месте.

– Ты валяешь дурака.

– Хорошо, я валяю дурака. Дурочку. – Она не закрыла дверь – просто не смогла запереть себя в стеклянном ящике, – и приходилось понижать голос. – Пол, я должна была уехать. Я чувствовала себя как в клетке. И я думала, я надеялась, что если поговорю с Глорией, то смогу лучше понять происходящее.

Подавив ругательство. Пол уставился на пляж внизу, на набегающие на песок волны.

– И поняла?

– Черт, не знаю. Но я знаю, что должна снова поговорить с Евой. Я немножко успокоюсь, потом поеду домой и попробую.

– Хочешь, чтобы я был с тобой?

– А ты бы… Ты бы мог подождать моего звонка? После школы Сесиль заберет Брэндона к себе… я поговорю с Евой… только я даже не представляю, что скажу ей… Но если бы знала, что, как только все закончится, я смогу позвонить тебе, мне было бы легче.

– Я буду ждать, Джил. Я люблю тебя.

– Я знаю. Не тревожься обо мне. Я справлюсь.

– Мы справимся, – поправил он.

Повесив трубку, Джулия не сразу вышла из отеля. Она еще не была готова встретиться с Евой лицом к лицу. В ней было еще слишком много гнева, слишком много боли. Сколько понадобится времени, чтобы они утихли хотя бы чуть-чуть?

Мужчина, в котором она узнала бы – если бы увидела – увлеченного журналом «инструктора по плаванию» из аэропорта в Сосалито, как тень последовал за ней.

Хватит ходить вокруг да около и изображать Мистера Приятного Парня! Дрейк был настолько взбешен, что залез на крышу своей машины, не беспокоясь о том, что царапает щегольскую краску, а неуклюже навалившись животом на гребень высокой стены поместья, даже не подумал, что может порвать трехтысячедолларовый костюм.

Ева считает его идиотом, мрачно размышляя Дрейк, обдирая ладони о камни. Но он не идиот. Он так умен и предусмотрителен, что, выходя из дома, отключил электропитание охранной сигнализации.

Он умен, предусмотрителен и заботится о своем будущем. И Ева не смеет выставлять его из дома, да еще через свою проклятую секретаршу. Ева его выслушает и поймет, что он не шутит.

Неудачно приземлившись и подвернув ногу, Дрейк заковылял через заросли олив к полю для гольфа. Он обильно потел и задыхался от боли и злобы. Ева не посмеет вычеркнуть его из завещания. Пусть только попробует!