Дневник - Наталья Загвоздина

Христине

Парашют одуванчика схожс лёгкой детской головкой.Подоспевший покос,перелёты стрекоз,озорная уловкаулететь одуванчиком вдальи собрать с мироздания дань.

Август царственный намне казна, не помеха.Он пройдёт и без нас,мы пребудем по мере.

Тень младенца светла,голуба, разнотравна…В длинном перечне ласкобозначена травма…

Так лети же, лети,одуванчика племя…Август что желатин —густ. Вращается лемех.

1 августаНачало

Л. Наумовой

Август! Дай скорее ручку.Мы пойдём с тобой дорогой.День за днём тебя научат.Остановишься дородным.

Жизнь! Возьми меня за плечи.Поведи путём печальнымдаже в радости. Полегчезапечатывай печатью…

Время! Через жизнь и мимо,через августа усладупроходи… Но жизни мигане выплёскивай в осадок.

Зреют яблоки, и Евасмотрит в плода сердцевину.Бытие. Начало. Слева —вся печаль. За взглядом следом.

1 августаНОЧНОЕ1

Дождь и грусть. И ГромовержецИлия. Непроходиматемень ночи. Кроме верыразве нужно что в годинуиспытания на стойкость?Воздух августа настоянна конечности… Настолько,чтоб грустить, но не исчезнуть,препоясать крепко чреслаи смотреть в потёмки честно.

2

…Но подняться над кручинойи повесить на крючки, настарый гвоздь пальто с чужогопозабытого плеча…Налегке вспорхнуть на ветку,чуть качаемую ветром,и запеть про жизнь, с ожогом,но не в клетке палача.

1, 2 августа, Илии ПророкаПродолжение

Утро мрачно. Не смыта дождёмночь тревожная – на день надежда.Мы её под дождём подождём,не смыкая тяжёлые вежды.

Глядь, и ясно, промчалась гроза.Отдохнём и надышимся вдоволь…День что розан (хотелось – розан),но зачем этот термин «садовый»…

Жизнь не терпит подмены, по ней —только слово – залог и порука.Мы его не забудем поне …[4]И ненужное саду – порубим.

Утро светло, коль просто в очах.Пелену, как саднящую линзу —с роговицы (уж лучше в очках)…Знать, не станет болеть по ночам.

2 августаЖалость

Покидать нешто шапки? Умерьлетний пыл… У цветочной корзинкипомолчи и послушай пчелу.Может быть, сам поймёшь, почемуесть сочувствие, нет укоризны,когда день, вполовину, померк…

Но я вижу лишь жала испуг…Этот яд – дорогое лекарство.И его не заменишь халвой(так питается жалкий холоп,но не царь, пожелавший на царство).

Ты не бойся, я жало – изму [5].

3 августаСон (Быль)

Ю.

Как сон преодолей и страх, и послевкусье.Поставь себя вперёд и выведи на свет.Нет в тёмной стороне ни кузнеца, ни кузниц —один и сам. Покинь насиженный насест.

Один и сам – смелей, узнать добро и волю.А тот, что тать в ночи, рассеется как дым.Где Добрый Пастырь, там добычи нет у волка,схватившего во сне однажды за кадык…

3 августаВозвращение

Вернуться в сад под куст смородины, малины,губами тронуть плоть, не глядя дальше двухназваний (…всех цветов, пересеченья линий,безмолвных тварей, птиц и облаков)… Недлинныйподъём на небо… И, не оставляя дух, —вернуться в сад.

3 августаПамяти А. И. Солженицына

Година что один обычный миг. Донскоесообщество. Сквозь плоть непаханой землидоносится «аминь» с кадильною тоскоюторжественно… Стезю «легенды» замели…

О том, что… так и так… Напрасное усердье.Он там без вас в Дому, не ведомом толпе.И знает Бог Один, что каждому у сердцаположено до сна-успения… Допеть

успел ли наш герой… В Донском под небо липы.Торжественно и так, со всем наедине.Не страшно и светло, под сердцем не болит и«не нужно заходить в пристанище теней».

3 августаС любовью

На Сретенке под дождь и шум кофейных мельницна гуще или без гадаем о простом,торопимся слегка и потихоньку медлим,и мерно шелестит кофейный порошок.

Так сыплется сухой шуршащий снег на крышумансарды, где зимой как в лоне глубоко.Где он прошелестит, и улетит на крыльях,и после упадёт на землю – «упокой…».

Забудем о зиме хотя б до первых «мушек»,пророчащих – «уже…», на Сретенке тепло.Почти как в детстве, но тревожнее и уже,переча сосчитать, насколько утекло

из памяти… Теперь сидеть бы до упораза чашкой… За стеклом – театр, то бишь мир,с каким не по пути: не вместе, не поспорить…А он «идёт на бис», как давешний «кумир»…

И всё-таки под дождь смотрю влюблённым взглядомна сущее. На дне загадочный мотив…Быль видится впотьмах непостижимым кладомпод шелест ветерка застенчивых молитв.

5 августаЗа город!

Почему не в деревне, не тамна неровной дорожке?Будто слишком душа занята?!Будто вожжи возница не далиль поломаны дрожки…

Зарастёт подорожником путь,не найду и приметы.Птицы вьют свои гнёздышки пусть,не застанут их в зарослях пульроковые пометы.

Город тоже обижен судьбой.Я б, дорожка, пошла за тобой,но не выберусь что-то.

Я готова и выше взлететь.Ты тогда меня, небо, взлелей,но не выпусти «в штопор».

5 августаГРАНИ1

Когда ты спишь, я бодрствую. И намне встретиться, как ни гони коня.Растворена бесцветная винавезде, где мы… И даже не понять

и не спросить друг с друга… Но с себя.Большая жизнь и малые дела.Смотрю в окно и вижу, что сентябрьне выношенный осень родила,

как будто… Просыпается печаль…по лету, безмятежности часовполдневных… Кубок осени початдосрочно. Но «кувуклии» печатьне вскрыта и противится засов.

2

…Но ведь ещё и астры напоказраскинутся. Взлохмаченный уборих люб. На то и август не погас.И автору печальному укор.

На выбор цвет. Возьми себе на стол,оставь в саду, ушедшими под снег…Успенским Богородичным постомукрась иль убери Её во Сне.

Ночная Гефсимания с огнёмКувуклии. Печать уже снята.Успенское Вместилище – окно.И зеркало. Где наша жизнь – не та.

6 августаПолушкино. Посвящение1

Всё диковинней жизнь.Сколько в сети ни бейся,лишь ровнее нажим,голубое небесней.

Под крылом голубымразнопёрого сводазолотые клубысреднерусской свободы.

На смоленском крылеподмосковного трактаразгляжу параллель —отголоски атаки…

Бородинский форпост.Встреча осени с летом.Жизнь и смерть, и вопросза побоищем следом:

«Где потомки твои?!»

Здесь, в Подушкином поле,как у жизни в подоле.Небеса – на двоих.

7 августа2

Из Полушкина вплавьпо полям, по опушкам —житие, а не план,плану мера – полушка.

План у мира в цене.Жизнь красна и бесценна.Чем живое целей,неживое – бесцельней.

В Бородинской землене свободно, не тесно.День к закату сомлел,затевается тесто —

завтра быть просфорек поминальной обедне.Помолись о своейБогу душеньке бедной.

За Полушкином мир,где нам жить до упора,помня прошлого миг,что лежит без укора…

8 августа* * *

Где грустно так, что руки вдоль колен,глаз вперился в соцветья красных фуксий,

а в августа садов обильный плендобавлен, хоть и яблочный, но уксус,

грущу, как странник… Где-то есть очаг,согретый дом, надёжные ворота…В саду, где он останется на час,плод с дерева немного уворован…

Праматерь Ева, первая жена,как ты скора на жест, Адам лукавен,и грусти, как отборного пшена,насыпали до краешка, алкая…

Алкая – вон, и за город, и в сад…В себя саму вернуться нету мочи.Есть Божье чудо, но не чудеса —не спутай на вместилище замочек.

Грусти опять, но помни об ином,где всяк в дому и каждый угол красен.Где уксус обращается виноми яблока глоточек не украден.

8 августаНАБРОСКИ1

Осенней лаской словно на воздух поставлен день.8 ковчеге горожане как Ноево сообщество. Ещёдо холодов – столетие… И тенидлинны, как в детстве… Солнцем навощёнупавший лист, поплывший вместе с намирекой бессонницы, медлительными снами…

2

Чужая душа – потёмки.