Мама, я мальчика люблю! - Татьяна Тронина

– Мне только что позвонили из аэропорта, – продолжила Элла Леопольдовна. – Она уже в Москве. Чудом ей удалось бежать из Такании, от этого людоеда и его прихвостня…

– Ортезио! Полковника Ортезио!

– Ну да. Я очень беспокоюсь – она совершенно не знает города и вообще… приспособлена ли она к цивилизованной жизни? Хуже всего, что ее некому встретить. Твои мама, Карина и Регина на репетиции в консерватории, Настя, как назло, ушла на рынок – а это надолго… Я ее встретить не могу, едва жива от волнения. Вот думаю, не позвонить ли Кириллу Юрьевичу?

Кириллом Юрьевичем звали папу.

– Не надо, – решительно произнесла Римма. – Не стоит отвлекать папу от работы. Я сама встречу Кинешу.

Пока Римма ехала на метро до станции «Речной вокзал», где Кинеша обещала ждать кого-нибудь из своих родственников, то все думала: какая она, ее сестра? Ну и пусть, что двоюродная, все равно же сестра… Ведь совсем недавно она говорила Егору о том, что в ее семье никаких других детей, кроме нее, нет, а тут вон оно как вышло!

«Кинеша… какое странное имя, непривычное. Интересно, а говорит ли она по-русски?»

На конечной Римма вышла из вагона. На станции «Речной вокзал» было довольно много народу, все куда-то торопились, от перрона то и дело отходили поезда, эскалаторы вверх-вниз везли людей.

«Как же я ее узнаю? – растерянно подумала Римма. – Я ведь даже не знаю, как она выглядит!»

И тут она ее увидела…

В том, что она видит перед собой именно Кинешу, Римма не сомневалась. Посреди станции, на большой сумке, сидела девушка. Нет, еще девочка – несмотря на то что была довольно высокого роста, это было заметно. Смуглая-смуглая, с длинными черными волосами, заплетенными во множество косичек, – кажется, их было не меньше тысячи. Одета она была обыкновенно – кроссовки, джинсы, желтый свитер. Но любой человек догадался бы, что кто-то из ее родителей принадлежал к негроидной расе.

«Она, точно!» – мысленно ахнула Римма. Лавируя среди толпы, она стала пробираться к этой экзотической девчонке. Кинеша, словно чувствуя, что на нее смотрят, повернула голову в сторону Риммы.

У Кинеши был совершенно особенный взгляд.

Сначала Римма не могла понять, в чем тут дело, – вроде глаза у Кинеши обыкновенные, правда, очень большие, и ресницы хоть и густые, но вполне человеческие. «Она же принцесса! – осенило неожиданно Римму. – Ну да, дочь короля… Только люди с королевской кровью могут так смотреть!»

Кинеша глядела поверх толпы, и, казалось, люди вокруг осторожно огибали ее, словно чувствуя то величие, которое исходило от этой смуглой девчонки.

Царственный взгляд – мудрый, спокойный и печальный.

– Айм сорри… – пробормотала Римма, от волнения чуть не забыв английский язык – почему-то ей показалось, что Кинеша не может знать русского. Английский уж точно должны знать все! – Ю из Кинеша, ес? Май нейм из Римма…

– Римма? – Тут незнакомка улыбнулась и вновь превратилась в обычную девчонку. – А я Кинеша… Мы сестры, да?

– Как ты хорошо говоришь по-русски! – изумилась Римма, даже забыв поздороваться.

– А что, не похоже было? – Кинеша рассмеялась, блеснув зубами, которые на ее смуглом лице казались белее снега, – и стало ясно, что это очень веселая девчонка, несмотря ни на что. – Я русский не хуже тебя знаю! Меня мама научила. Да и вообще, у нас во дворце было много тех, кто знал этот язык, – почти все министры учились в институте имени Патриса Лумумбы, что находится здесь, в Москве. И папа тоже…

По лицу Кинеши словно пробежало облачко – она тосковала о своих родителях.

– Я тебе очень рада! – сказала Римма. – Ты теперь с нами будешь жить? Ой, я всегда мечтала о сестре!

– Наверное, с вами – больше мне идти некуда… Ну, здравствуй, Римма, моя сестра!

– Твоя сумка? Какая здоровущая… Ну, пошли, тебя бабушка ждет. Ты ведь еще никогда не видела своей бабушки, да? Еще есть тетя Карина, и тетя Регина, и моя мама… А папа у меня очень хороший, только он все время занят работой…

Римма помогала Кинеше тащить сумку – та хоть и катилась по полу на колесиках, но все равно была тяжелой. Они сели в вагон, продолжая болтать, как будто знали друг друга тысячу лет.

– Тебе не холодно, а? – спрашивала Римма. – Сейчас еще конец лета, но, наверное, в Такании гораздо теплее…

– Гораздо! Там все время светит солнце… кроме сезона дождей, разумеется.

– А пустыня там есть?

– В этой части Африки в основном леса – джунгли. И саванны. Есть реки и водопады, еще национальный парк, где водятся редкие животные… Я надеюсь, Римма, что когда-нибудь сумею показать тебе мою родную страну!

– А у нас в реке один бензин, – с огорчением сказала Римма. – Я совсем не ожидала, что ты выглядишь как настоящая негритянка… ой, прости, я слышала, это звучит обидно, надо говорить – африканка! Вот в Америке, например, негров принято называть афроамериканцами…

– Да я и не обиделась! Слушай, Римма, какое у вас красивое метро! В столице Такании его нет.

– Это еще что – я тебе Красную площадь покажу…

Люди в вагоне с любопытством смотрели на двух девчонок, которые, не обращая ни на что внимания, увлеченно болтали. Одна была обычной московской девчонкой – бледной, немного полной, в смешных очках, с густой косой, – а другая походила на героиню зарубежных сериалов. Вообще Римма сразу заметила, что Кинеша очень красивая – таких красивых действительно можно увидеть только в кино.

Дома их ждал сюрприз – все родные уже были в сборе.

– Кинеша, внученька! – Бабушка опять вытирала платочком слезы и обнимала гостью.

– Какая взрослая! Какая смуглая! – ахали мама, тетя Регина и тетя Карина.

А Кирилл Юрьевич, папа Риммы, только удивленно разводил руками:

– Вот уж не ожидал, что у меня есть племянница! Почему вы скрывали этот факт? Амазонки, признавайтесь, – может, я еще чего-нибудь не знаю? Получилось не хуже, чем в каком-нибудь мексиканском сериале…

– Господи, худенькая-то какая! – вздыхала Настя, нервно теребя свой передник. – Голодом, что ли, в этой Африке морили? Ну ничего, с моей помощью здесь ребенок поправится!

Кинеше отвели свободную комнату, рядом с Риммой.

Поздно вечером в доме все наконец утихло.

Римма опять не могла уснуть. Было столько впечатлений! Еще утром она была единственной девочкой в семье, которая мучилась от своего одиночества. А теперь появилась Кинеша. Не у всякого есть сестра, которая к тому же является настоящей принцессой!

И вдруг Римма вспомнила о Егоре. Целый день она о нем не думала. Так хотелось ему обо всем рассказать – вот бы он удивился!