Шаг в неизбежность - Гарольд Хоук

— Накладываются, да ещё как!

— Тогда, — Витторио сделал паузу, прикуривая сигару от длинной и толстой спички, затем потряс рукой, бросил потухшую спичку в пепельницу, — объясни мне, в чём дело?

— Ни в чём. Просто движения нет.

— Как нет? Витторио поперхнулся дымом, закашлялся, выталкивая изо рта сизоватые кольца.

— Ну, просто нет и всё. Вы давно ходили на улицу? Ночь уже на дворе. На привал встали, я так думаю, — с лёгким злорадством произнёс Дитрих.

— Понятно, — сказал с досадой Витторио, он совсем потерял счёт времени и забыл, что уже наступила ночь. — Ответь мне ещё на один вопрос: ты можешь сделать переносной пеленгатор?

— Не знаю, сэр, попробую.

— Прекрасно. Значит, завтра к восьми часам утра у меня на столе должны лежать два работающих экземпляра.

— Но, сэр, это физически невозможно!..

— Ничего не знаю, мне нужны эти пеленгаторы. Ты кто по званию? Майор? Не выполнишь приказ — разжалуют в рядовые. Уж поверь мне, я могу это для тебя устроить.

Не желая слушать отговорки, Витторио положил трубку. Настроение заметно поднялось. Ещё бы! Он утёр нос наглому выскочке. «Будет знать, как разговаривать со мной в таком тоне», — мстительно подумал Витторио, выпуская к потолку струйку дыма.

9

За окнами раздался шум вертолётных винтов. Ди Чинелло положил сигару на край хрустальной пепельницы, подошёл к окну, отодвинул портьеру. Со стороны далёких отсюда джунглей летел вертолёт. Помаргивая сигнальными огнями, летающая машина постепенно приближалась, пока не зависла над посадочной площадкой.

Ураганный ветер затрепал верхушки садовых деревьев, погнал мелкую волну по глади бассейна. Несколько сорванных листьев упали в воду, поплыли, соревнуясь друг с другом. Наконец вертолёт коснулся полозьями короткостриженой травы.

Витторио с удовлетворением отметил мастерство пилота: полозья встали ровно на перекладины буквы «Н» в центре подсвеченного огнями круга.

Дверь откатилась в сторону, из салона выпрыгнул командир поисковой группы. Ураганный ветер набросился на него, пытаясь сорвать неизменную шляпу с широкими полями. Придерживая головной убор, Родригес выбежал за пределы вертолётного вихря и размашисто зашагал к входу в дом.

Ди Чинелло перевёл взгляд на вертолёт. Ему нравились эти удивительные машины, он не имел ничего против других средств передвижения, но к вертушкам питал особую страсть.

Его личный парк насчитывал несколько единиц подобной техники. Был даже новый тяжёлый штурмовой «Хьюго» с полным комплектом вооружения. О том, как он к нему попал, Витторио предпочитал не распространяться. Есть такая машина — и хорошо.

Только среди его людей не нашлось пилота способного управлять летающим монстром с мощной бронёй и целым арсеналом под короткими крыльями. Все, кто мог пилотировать гражданские машины после первого же визита в кабину «новичка» отказывались от попыток поднять его в небо. До такой степени там всё было так сложно и наворочено.

Витторио услышал отрывистый стук в дверь, нехотя отвернулся от окна. Там происходило самое интересное: лопасти вращались всё медленнее, грозя скоро остановиться. Этот момент, как и начало раскручивания винта, больше всего нравился Витторио. В такие секунды вертолёт казался ему воплощением человеческой жизни: лопасти начали разбег — волнительный миг рождения, остановились — наступила смерть.

На пороге возник Альваро, сорвал с головы шляпу, слегка поклонился:

— Буэнос ночес, синьор!

Витторио жестом разрешил войти, прошёл к столу, сел в объёмное кресло. Из пепельницы поднимались тонкие струйки дыма. Ди Чинелло взял сигару, несколько раз пыхнул, наблюдая за побежавшими по тлеющему кончику красными вспышками.

Родригес поискал глазами, куда бы присесть, увидел протянувшийся вдоль стены диван. Не дожидаясь приглашения, плюхнулся на обтянутое кожей сиденье, закинул ногу на ногу и положил на колено шляпу.

— Пока мы никого не нашли, синьор, но уже потеряли одного человека.

— Кто это? — равнодушно спросил мистер Ди, выпуская клубы ароматного дыма.

— Хорхе Мохитос. Я оставил его на месте крушения, возле джунглей, а сам отправился на поиски других капсул. Ко времени нашего возвращения он был уже мёртв. Зарезан ножом.

— Кто это сделал?

— Я думаю, синьор, это один из тех, кого мы ищем.

— С чего ты взял? А если постарались твои людоеды? — не удержался от шпильки Витторио.

Днём Альваро доложил о найденных в джунглях следах и сообщил о своих подозрениях. Мол, если диверсанты попадут в плен к дикарям на операции можно ставить крест. «Может, из них уже готовят праздничный обед?» — заявил Родригес. На что Ди Чинелло рассмеялся и потребовал доставить доказательства туземного пиршества.

— Нет, синьор. Судя по нанесению и глубине раны — это сделал профессионал, — не реагируя на выпад, ответил Альваро. — Такие клинки есть только у бойцов спецподразделений.

Витторио пожевал губами, несколько раз пыхнул сигарой.

— Понятно. Что будешь делать?

— Искать эту сволочь, — скрипнул зубами Альваро.

Витторио снова окутался сизыми клубами, положил руку на валик кресла и стал разглядывать пепел на кончике сигары.

— И как ты собираешься искать диверсантов?

— Ещё не знаю. Но я готов перерыть сельву и достать их из-под земли, если потребуется.

— Похвальное рвение, только не перестарайся. Запомни, мне они нужны живыми. Конечно, если ими не пообедали твои приятели, — усмехнулся Витторио.

Глаза Альваро сверкнули, он не привык сносить насмешки. Первым желанием было ударить холёного мерзавца, возомнившего о себе чёрт знает что. Усилием воли Родригес заставил себя взять в руки. Кодекс наёмника требовал уважительного отношения к нанимателю, что бы тот не говорил и не делал. Зато после исполнения контракта, когда не останется никаких обязательств, он рассчитается за всё, но это потом, а до тех пор почтительное молчание и терпение.

Витторио оторвался от созерцания пепла, сунул сигару в рот.

— Хорошо! Отдохни, как следует. Утром зайдёшь ко мне, я дам тебе хитрый прибор, он поможет найти ублюдков.

— Благодарю, синьор, — чуть склонил голову Альваро.

— Ступай! Жду тебя завтра к девяти часам. Не опаздывай, — сказал Ди Чинелло и повернулся к наёмнику спиной.

Родригес метнул недовольный взгляд в широкую спинку кресла, над которой поднимался дым, встал с дивана, надел шляпу на голову и вышел за дверь.

10

Майор Дитрих Дюрер сидел за рабочим столом в тесной каморке подсобного помещения и впаивал очередной диод в печатную плату. Почти три года назад майора завербовал малоизвестный тогда Витторио Ди Чинелло. Вернее его хорошо знали в криминальных кругах Генусбурга, но в приличном обществе, к которому себя относил Дюрер, о нем мало кто слышал.

С тех пор утекло много воды и о Витторио заговорили все, даже губернатор Низебула почитал за большую честь здороваться с ним за руку. Подобные изменения в статусе вербователя отрицательно сказались на Дюрере. Если раньше он мог спокойно отказать, прикрываясь идейными или ещё какими-нибудь соображениями, то теперь это стало практически невозможно. Связи Ди Чинелло в высших кругах могли в любой момент оборвать не только карьеру, но и жизнь Дитриха.

Майор и в самом деле рисковал по крупному. В течение полугода после вербовки он быстро взлетел по служебной лестнице и занял в итоге пост начальника сектора спецсвязи. Скорей всего, без вмешательства криминального патрона здесь не обошлось, ведь тот после повышения частенько требовал передавать ему секретную информацию, намекая вскользь о серьёзных проблемах в случае отказа.

Если бы ищейки из службы внутренних расследований прознали о работе майора на сторону, увольнение из рядов вооружённых сил могло оказаться самым мягким из наказаний. Вообще-то за подобные преступления полагалась смертная казнь.

Разумеется, в глубине души майор лелеял надежду, что Ди Чинелло не станет резать курицу несущую золотые яйца, хотя кто его знает. Раз он смог продвинуть его на эту должность, что могло помешать ему сделать это с другими?

К тому же недвусмысленный намёк на разжалование заставлял майора пошевеливаться. Случись подобное, он потерял бы не только высокооплачиваемую должность, но и ежемесячные транши от Ди Чинелло.

Дитрих уже привык к этим деньгам. Благодаря им он купил загородный домик с бассейном, где проводил время с доступными девушками. Особенно ему нравилась Тиффани, миниатюрная брюнетка с умопомрачительной грудью и пухлыми губками. Она творила в постели такое, что после каждой встречи Дюрер хотел жениться на ней.

Девушка легко уходила от разговоров на эту тему, зато всегда спешила к нему на вызов. Как она сама не раз признавалась, в её картотеке ещё не было столь щедрых и галантных клиентов.