Шаг в неизбежность - Гарольд Хоук

— Что происходит? — шериф пожевал зубочистку, небрежно засунул большие пальцы рук за широкий ремень с овальной бляхой.

— Я здесь… а он там… я на тормоз и в сторону… и тут… бамс! — водитель автобуса резко взмахнул руками. — Шум, гам, дети орут, этот в отключке лежит, сопли пузырями пускает, а здесь и вы приехали…

Шофёр шмыгнул, провёл ладонью под носом. Столпившиеся неподалёку водители разом загомонили.

Шериф жестом приказал всем заткнуться.

— Этот, говоришь, отрубился? — кивнул он в сторону Дитриха.

— Ну да, — шофёр опять шмыгнул, — его подушкой приложило, так он до сих пор без сознания.

Шериф сунул руку в открытое окно «Блэквулла», откинул назад голову майора, повернул к себе.

— Твои показания у меня есть, нужно допросить пострадавшего.

— Не понял. Его-то за каким хреном допрашивать?! И так ясно кто правила нарушил. Да у него на роже написано: «Козёл!»

Зеваки одобрительно зашумели. Никому не хотелось оказаться на месте школьного водителя, хорошо ещё автобус не опрокинулся и никто из детей не пострадал.

— Тихо! Я сам знаю, что делать. У этого на роже написано, что он здорово приложился, а ты, если будешь указывать, поедешь со мной в отделение.

Шериф отпустил голову бесчувственного майора, приподнял очки, недобро зыркнул на водителя автобуса. Тот как-то сразу съёжился, опустил глаза, еле слышно забормотал в ответ:

— Да я только…

— Ма-а-лчать! Ты против кого прёшь, гнида?! — шериф замахнулся на струхнувшего водителя.

Позади автобуса коротко взвыла полицейская сирена. Из притормозившей машины выскочили двое патрульных в тёмно-синей форме с пистолетами в руках. Один из них бросился к шерифу, заломил ему руки за спину, уронил лицом на капот ближайшей машины.

— Опять хулиганишь, Вазовский? — сержант достал из чехла наручники, щёлкнул ими на запястьях лжеполицейского.

— Так он не из ваших?! — ошарашено спросил водитель автобуса, глядя то на арестованного, то на сержанта.

— Нет, конечно. Это псих местный, клоун бродячий, — хмыкнул сержант. — Насмотрелся по «Гэлакси вижн» дешёвых сериалов, вот и изображает из себя кого попало.

— Ты когда из «дурки» сбежал, Вазовский? — спросил второй патрульный, пряча пистолет в кобуру.

— Я не сбежал, меня честно отпустили, — псевдошериф приподнял голову, сломанные очки чудом держались на носу, зацепившись уцелевшей дужкой за ухо.

— Ага, так я тебе и поверил, — сказал первый полицейский, отходя от арестованного. — А зачем карнавальный костюм из театрального магазина украл? Зачем угнал патрульную машину?

— Ничего я не крал и не угонял!

Вазовский со всей дури треснулся лбом о капот. Очки слетели с носа, упали на дорогу и хрустнули под ногами копа. Через пару секунд сумасшедший поднял голову, цикнул зубом:

— Не на того дело шьёшь, начальник. На нары засадить хочешь, падла?

— Ну всё, понесло, — простонал сержант, закатив глаза к тоннельному своду. — Иди в машину, придурок, — он рывком поднял арестованного, толкнул вперёд.

— Сколько я зарезал, сколько перерезал, сколько честных душ я загуби-и-и-л? — зафальшивил Вазовский. Полицейский надавил ему на затылок и затолкал в салон.

Патрульный автомобиль закачался из стороны в сторону. Столпившиеся зеваки сквозь окна увидели, как прыгал на заднем сиденье Вазовский и бился головой о переднее кресло.

— Фу, можно заняться делом, — полицейский мазнул ладонью по лбу, вернулся к напарнику. — Ну, как там лихач?

— Вроде живой, пульс есть — я проверил, — бросил второй полицейский, записывая в блокнот свидетельские показания.

Сержант перешагнул через лужи растёкшегося антифриза, подошёл к изуродованному «Блэквуллу». Рядом с машиной уже лежал пострадавший. Его вытащили другие водители, пока патрульные разбирались с полудурком. Полицейский присел возле майора, потянулся к разбитому лицу.

12

Резкие удары по щекам привели Дитриха в чувство. Он открыл глаза, увидел расплывшуюся фигуру сержанта полиции.

— Как вы себя чувствуете, сэр?

Дюрер приподнял голову, от предпринятых усилий сознание снова помутилось, в глазах потемнело. Он застонал и сильно приложился затылком об асфальт.

Кто-то из толпы протянул бутылку. Патрульный торопливо скрутил с неё пробку, вода тонкой струйкой полилась на лицо майору.

— Вам плохо, сэр?

Дитрих зафыркал, помотал головой.

— Помогите! — он слегка приподнял руку. Сержант ухватил его за предплечье, помог встать на ноги. Дитрих оглянулся по сторонам, в глазах ещё немного двоилось, плавали цветные круги. — Что случилось?

— Вы нарушили пятый пункт статьи двадцать третьей правил дорожного движения, где указано…

Майор не слушал сержанта, он старательно пытался вспомнить, как оказался в тоннеле. Наконец память окончательно вернулась к нему. Похолодев от мысли, что может не успеть, Дитрих похлопал по карманам и с облегчением перевёл дух, обнаружив «сёчерсы» целыми и невредимыми.

— Немедленно вывезите меня отсюда! — высокомерно заявил он, не глядя на сержанта.

— Что?! — оторопел полицейский.

— Что слышал! Ноги в руки и бегом в машину!

Дюрер сделал шаг к патрульному автомобилю.

— Стоять! — пистолет мгновенно очутился в руке сержанта. Его напарник тоже выхватил оружие. Толпа возбужденно загомонила, сзади послышались отдельные возгласы: кто-то не видел, что здесь происходит и хотел подобраться ближе.

— А ну быстро убрали пукалки! — злобно прошипел майор. — Меня ждёт господин Ди Чинелло и я не собираюсь опаздывать на встречу.

Полицейские переглянулись, по слухам сам начальник полиции города ходил на цыпочках перед этим человеком. «Ссориться с такими людьми равносильно смерти», — промелькнула одна и та же мысль в головах сержантов.

— Вам служба в полиции надоела? — резко спросил Дитрих, словно только что покопался у них в мозгах. — Так я могу помочь. Всего один звонок и вы свободны, ребята, — надменно сказал он, потянувшись к карману.

Майор всё делал нарочито медленно, пусть молодёжь прочувствует его способность мгновенно разрушать чужие судьбы. Он вглядывался в меняющиеся лица полицейских, ощущая волну злорадства, поднимавшуюся откуда-то из глубины живота.

Внезапно рука одного из копов дрогнула, чёрный зрачок револьверного дула задрожал, медленно опустился к земле. Губы Дитриха искривились в усмешке — он доказал этим соплякам кто здесь хозяин.

Сержант выставил ладонь:

— Нет-нет, сэр, прошу вас не надо! Мы сделаем так, как вы хотите, — сказал он, пряча пистолет в кобуру.

— Ты что делаешь, Кларк? — покосился на него напарник, по-прежнему держа Дитриха на прицеле. — Это нарушитель, мы обязаны его задержать.

— Убери пистолет, Эдди, прошу тебя. Ты сам всё прекрасно слышал.

— Да! Я слышал и хочу сказать: он блефует! Ты посмотри, как он одет. Разве на приём к Ди Чинелло принято так являться?

Кларк посмотрел на грязный халат майора, прежнее сомнение отразилось на лице, рука снова потянулась к пистолету. Лёгкий гул прокатился по толпе, растворился под сводом тоннеля. Передние ряды чуть подались вперёд, уступая натиску напиравших сзади.

— Ты ошибаешься, Эдди, — спокойно сказал Дюрер. — Я очень спешил и не успел снять лабораторный халат. Разве ты не видишь под ним военную форму? — Эдвард молчал, целясь Дитриху в голову. — А насчёт господина Ди Чинелло я не блефовал, можешь попрощаться с жетоном.

Майор перевёл взгляд на окончательно струхнувшего сержанта:

— Так ты меня повезёшь?

— Да, сэр! — Кларк повернулся к напарнику:

— Эдди, прошу тебя — убери пистолет.

Эдвард, поигрывая желваками на скулах и сжимая побелевшими пальцами револьвер, буквально сверлил майора взглядом. Дитрих с холодным любопытством смотрел на сержанта, пытаясь предугадать момент, когда тот отступит.

— Эдди, прости — я не могу рисковать, — Кларк сделал шаг к напарнику, успокаивающе положил ладонь на плечо. — Ты сам знаешь: у меня на руках больная мать и младшая сестра. Мне нужна работа, приятель, нам без неё не выжить. Доставь Вазовского в участок, а я довезу господина майора до виллы мистера Ди Чинелло.

— Кларк Уэйн Марк, если ты это сделаешь — ты мне больше не друг, — процедил сквозь зубы сержант, держа майора на мушке.

— Я всё сказал, Эдди! Прошу тебя: убери пистолет.

— Но если прав я, а не он, что тогда?! — воскликнул Эдвард, опуская оружие. — Тебя уволят из полиции.

— Прости, я склонен верить ему, а не тебе.

Кларк повернулся, шагнул к сверкавшей мигалками машине. Дитрих, бросив победоносный взгляд на Эдди, отправился за ним.

Приглушённо хлопнули дверцы, резко взвыла сирена, полицейская машина медленно покатилась, расталкивая бампером толпу зевак. С трудом объехав затор, бело-синий «Космо» с воем помчался к светлевшему выезду, расплёскивая краски по серым стенам.