Контрабанда - Владислав Выставной

– Однако в рабочей обстановке прошу именовать меня «госпожа супервайзер».

– А сейчас?..

– Сейчас как раз такая обстановка, – сурово сказала она, но, увидев растерянность на лице курьера, смягчилась. – Ладно, пусть будет «Лю». Только не при коллегах, договорились?

– Ага… – кивнул Гильза.

– А теперь давайте поговорим о вас, – подчеркнуто официально заговорила красавица-супервайзер. – Вы – милый молодой человек, было бы досадно, если бы ваша карьера в Ордене Хранителей оборвалась на взлете…

Гильза вроде бы слушал, но слова пролетали мимо ушей: это небрежно брошенное «милый молодой человек» совершенно сбило его с толку. Означать оно могло только одно: она не воспринимает его всерьез. Наверное, это и правильно: кто он такой, в самом деле? Мальчик на побегушках, к тому же, довольно посредственный. Наверное, там, в ее мире – мире роскошных замков и храбрых рыцарей – перед ней преклоняли колени родовитые дворяне, суровые инквизиторы, куртуазные придворные… Черт, что еще за слово такое вспомнилось – «куртуазные»? Иногда в памяти всплывают такие глупости!

– Вы слушаете меня? – строго спросила Лю.

«Похожа на учительницу…» – мелькнула в голове не вполне уместная мысль.

– Да-да, слушаю, – поспешил он заверить ее.

– Орден Хранителей Лагора уже уведомлен мною о необходимости проверки. Надеюсь, вы не в обиде? Право же, это в наших общих интересах.

– Какие там обиды… – пробормотал Гильза.

– Поймите, у меня, конечно, особый взгляд на положение дел в вашем мире. Но я слишком молода, чтобы делать окончательные выводы. Я всего лишь наблюдатель. Именно поэтому сюда прибудет более компетентный представитель нашего Ордена. Не знаю, кого именно из инквизиторов пришлют – все они довольно разные. Могу посоветовать только одно: когда он станет задавать вам вопросы – а он станет, – будьте с ним искренни. Хотя бы потому, что они остро чувствуют ложь. Выявлять правду любой ценой – их священный долг.

От последней фразы у него по спине пробежал неприятный холодок. «Выявлять правду любой ценой…» В голове всплыли туманные образы, связанные с допросами в средние века, и все они были крайне несимпатичными.

– Я и не собираюсь врать, – Гильза нервно пожал плечами. – И до этого говорил только правду.

– Вот и хорошо, – бодро сказала Лю и поставила чашку на столик. – Этот ваш кофе очень странный на вкус, но хорошо бодрит. Конечно, не так, как тисс. Надеюсь, когда вы надумаете посетить наш мир, вы не преминете вспомнить мой совет и попробовать его.

Так ему дали понять, что разговор окончен.

Никто не знал, как и где появился инквизитор.

Скорее всего, он перенесся из Лагорa в какую-то тихую аллейку ВВЦ. Материализоваться в радиусе километра от цели – довольно высокая точность. Впрочем, опытный Хранитель мог бы выйти из своего мира прямо к павильону «Космос». Но едва ли он шагнул прямиком в сокрытое от посторонних убежище «Линии».

Все дело в том, что тайная дверь во внутренней стене всем известного павильона ведет в никуда. По крайней мере, так кажется непосвященным. Шестьсот квадратных метров офиса фирмы «Линия», под вывеской которой скрывается Орден, находится в совершенно другой точке пространства и времени. Грубо говоря, в параллельном мире.

А потому, чтобы вот так, незаметно, войти сюда, нужно было быть мощным и опытным Хранителем с очень высоким уровнем специальных познаний и умений. Но в том, что именно таким и был вновь прибывший инквизитор, сомневаться не приходилось.

Он появился в холе офиса в сопровождении «госпожи супервайзера», которая выглядела теперь строгой и совершенно неприступной, как какая-нибудь королева на приеме. Сзади маячила тихо охающая Зина: она переживала, что проворонила визит высокого гостя и не успела предупредить сотрудников.

Инквизитор был высок и невероятно тощ. Его складчатое темно-бардовое одеяние украшалось сложной драпировкой, широкий ворот был оторочен сверкающим мехом. Большой овальный медальон на золотой цепочке подчеркивал его значительный статус. На пальце красовался массивный перстень – символ власти инквизитора Лагора. По всему понятно – этот человек не видел проблемы в том, что его одежда абсолютно не соответствовала моде, существующей в мире, в который он пришел. Надо думать, он мог себе это позволить.

Но больше всего поражало не одеяние инквизитора, а его лицо. Бледное, вытянутое, в темными впадинами щек, изрезанное неровными вертикальными морщинами. Трудно было определить его возраст. Особенно сбивали с толку глаза – большие, чуть навыкате, в зрачках которых светилась сдерживаемая железной волей злая энергия.

Работа в офисе приостановилась. Служащие, раскрыв рты, пялились на гостя, как кролики на удава. Инквизитор же медленно обвел холл взглядом и, не меняя выражения лица, удалился. Осталась только Лю, голос которой прозвучал в полной тишине звонко и отчетливо:

– Можете продолжать выполнение служебных обязанностей. Хранителя Чигура и курьера Кошкина прошу пройти в конференц-зал.

Гильза плелся по коридору позади «госпожи супервайзера» со знакомым еще по больнице ощущением – будто тащат его на необходимые, но крайне неприятные процедуры.

Внезапно Лю замедлила шаг и прошептала:

– Я должна перед вами извиниться. Не думала, что дело обернется таким образом…

Парень непонимающе посмотрел на девушку. Она выглядела несколько растерянной.

– Что-то не так? – на всякий случай спросил он.

– Вроде бы и так… Но не совсем, – сказала Лю. – Мне просто и в голову прийти не могло, что пришлют именно его.

– Ас ним что-то неладно? – Гильза невольно посмотрел в сторону дверей в конференц-зал, за которыми скрылся высокий гость.

– Как бы это правильнее сказать… – Лю виновато взглянула ему прямо в глаза. – Это отец Пемброук. Из всех возможных кандидатов на ведение внутреннего расследования этот – наихудший.

– Но почему?

– Беда в том, что он давно недолюбливает Хранителей из земного Ордена. Я точно не знаю, с чем это связано. Поговаривают, у него давний конфликт с самим Хоросом.

– Но Хороса-то сейчас нет. Значит и никакого конфликта…

– В том-то и проблема! – тихо воскликнула Лю. – Не исключено, что отец Пемброук воспользуется этим и… Даже не знаю…

– И что делать? – просто спросил Гильза.

Девушка вздохнула и покачала головой:

– Все, как я уже сказала. Говорите только правду. Может быть, я просто зря беспокоюсь…

Отец Пемброук восседал во главе длинного стола на месте, которое во время совещаний занимал один лишь Хорос.

Гильза никогда не бывал на этих совещаниях – по статусу не полагалось. Зато на них неизменно ходил Владимир Иванович. И сейчас он смотрел на инквизитора хмуро. Юноше подумалось, что регистратор как раз в курсе того, кто он такой, этот отец Пемброук, и чего от него следует ожидать.

Чигур и Гильза сидели на противоположном конце стола, и ряды пустых кресел между ними и инквизитором создавали довольно тягостное впечатление. Лю стояла теперь за спиной гостя, превратившись из независимого и гордого супервайзера в собственную же бледную тень.

– Разрешите поприветствовать вас, коллеги, – скрипучим усталым голосом заговорил отец Пемброук. – Сожалею, что наша встреча состоялась по такому неприятному поводу.

– Позвольте узнать, почтенный инквизитор, – нарочито вежливо произнес Чигур, – что это за повод такой, что он так огорчил вас?

Отец Пемброук понимающе кивнул и терпеливо пояснил:

– Дело в том, коллега, что он огорчил не только меня. Ибо здесь я не по своей воле, а по решению своего Ордена, с официальной подачи уважаемой госпожи супервайзера.

Лю за спиной инквизитора поежилась.

– У нас сложилось впечатление – надеюсь, ошибочное, – что ваш Орден не слишком хорошо справляется со своими задачами, а это может повлечь за собой хаос, что, в свою очередь, ставит под угрозу Маятник вашего мира…

Гильза вопросительно взглянул на Чигура: он никогда не слышал ни про какой Маятник. Но Чигуру было не до него – он пристально смотрел на инквизитора, на лице его дергались желваки.

– Какое вам дело до нашего Маятника? – проговорил регистратор.

– Никакого, – легко признал инквизитор. – Это, конечно же, ваша внутренняя проблема. Однако если в вашем мире будет нарушено равновесие, Лагор должен быть к этому готов. Мы будем вынуждены принять определенные меры и применить санкции к виновным в нарушении сложившегося миропорядка.

– И какие же санкции могут принять против нас Хранители Лагора? – недобро спросил Чигур.

– Разные, друг мой, разные, – добродушно отозвался отец Пемброук. – От лишения статуса Хранителей с последующим стиранием памяти до полного закрытия прохода в ваш мир.

– Но это же… – ахнул Чигур. – Изолировать Землю от всех остальных миров?!

– Знаю, мера суровая, крайняя. Но решение будет принято только после моего расследования, результаты которого я изложу почтенному собранию Ордена Хранителей Лагора. Вам же обещаю подойти к своему поручению со свойственными мне рассудительностью и истовым рвением.