Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

Инквизитор помешает этому.

Лицо полковника было серым от истощения и ужаса. Хадриана ощутила укол жалости, по отношению к этому человеку, он встретился с теми, кого не было во Вселенной вообще, как его учили схолуме, но, несмотря на это, он неплохо держался. Они были примерно в середине корабля, когда откуда-то сверху послышались звуки большого сражения. Аугметическое ухо Фурии различали тяжелые шаги рыцаря-дредноута. Кроме них были еще тявкающая речь орков, и другие, более отвратительные звуки, а над всеми ними был выворачивающий все наизнанку рев, зовущий Серых Рыцарей к себе. Браун вздрагивал каждый раз, когда слышал его. Удивительно, но сотни полей битв даровали ему стойкость к завываниям демона.

— Оно знает о них, не так ли? — шепнул Клаус.

Инквизитор кивнула. Отдающиеся эхом слова означали, то, что враг уже встречался с братством Серых Рыцарей ранее, питая при этом особую ненависть у юстикару Тауну. Это кое-что говорило Фурии, и она надеялась, что ошибается. Возможно их миссия была важнее, чем она думала.

Сверху послышались тяжелые шаги и скрип когтей по палубе. Полковник колебался, но Хадриана продолжила путь, и он лишь кивнул в ответ. Звук доносился спереди. Они находились в главной галерее, погружённой во тьму, ведущей на верхние палубы. Люминопластины были разрушены.

"Совсем недавно", — догадалась Фуриа.

Они выползли из своеобразного терминатора и стали ждать, Клаус поднял лаз-винтовку. Существо во тьме было нетерпеливым, оно тут же выскочило на них, это оказался чумоносец. Рог находился в левой части головы, с туши свисали мешки и костные протуберанцы. Они бубнили:

сокрушитель костей, сокрушитель костей, сокрушитель костей.

Тварь размахивала ржавым клинком, покрытым зубцами, размером с инквизитора. Человек инстинктивно отпрянул. Это спасло ему жизнь, свинг демона прошел на расстоянии пальца от его лица. Лаз-выстрел опалил бок твари и сжег жир, но демон едва ли заметил попадание и лишь выбулькнул из своей глотки, полной мокроты, несколько не-слов. Полковник отступал назад, руки, держащие лазган, обмякли. Фуриа отстегнула с пояса псайк-гранату и швырнула в Нерожденного. Граната полностью скрылась в его полном складок животе. Пузо демона уменьшило силу взрыва, но в воздух все равно надулось облако, полное пси-реактивных частиц. Полковник не был псайкером, а инквизитор обладала слабыми пси-способностями, и создание варпа ощутило всю силу анти-псайкерского оружия. Он задергался, и визжал как грокс на скотобойне.

+Теперь+, - послала инквизитор. — +Стреляй+

Просто смотреть на демона было больно, но Бодун преодолел себя и начал стрелять по глазам, ослепляя чумоносца. Тот взревел и в попытке уничтожить источник боли метнул меч с силой достаточной для того, чтобы пробить стену. Затем тварь-из-за-Завесы метнулась вперед, и пронеслась перед инквизитором. Хадриана встала на колени, и, читая литании чистоты, подняла демонический клинок. Произнося клятвы понести полную епитимию, она, словно маятник, ударила чумоносца, используя длину и вес клинка для большего импульса. Сильный удар отрезал ноги твари, и она рухнула на пол, из глотки вырвался вопль чистой ярости. Браун истощил энерго-ячейку, поливая демона огнем, целясь в голову. Фуриа вытащила лезвие, покачиваясь, но все-же удержавшись на ногах, обезглавила тварь, ее тело растеклось по палубе. Клаус встал прямо в середину мерзкой лужи и помог инквизитору встать, та дала ему приказ двигаться к корме, дав ему цель, прежде чем он стал бы подробно обдумывать происходящее. Потрясенный, полковник кивнул, и вместе они двинулись к корме.

Наконец они сражались со своим настоящим врагом. Юстикар размахивал молотом, уничтожая демонов. Ему передалась жестокая радость оружия Немезиды, очищающего галактику Императора от порождений варпа, оно потрескивало, наконец, вкусив плоти Нерожденных, для уничтожения которых и было создано. Отделение врезалось в орду, прорываясь через толпы орков и демонов, разрывавших людей словно игрушки, но не имеющих даже шанса устоять перед охотниками на демонов. Отделение действовало как один и твари падали словно колосья под жнецом. Единственным способом хотя бы замедлить Астартес было попытаться задавить их числом. Демоны и зеленокожие заметили смертельную угрозу в своих рядах и ринулись к космодесантникам, залив их волной гнилой плоти. Ксеносы искали лишь битвы, в то время как Нерожденные служили более высокой цели, служа хозяину, который хотел захватить корабль. Штейр заметил огромного орка, видимо военачальника, ”босса”, как их называли сами твари. Но поток демонов и невысокая скорость продвижения не дали ему этого сделать, юстикара омыло едким раздражением. Астартес шли все дальше и дальше, позади Гаред, управляя рыцарем-дредноутом, разрывал демонов обрекающими кулаками, и оставлял от ксеносов лишь исходящие паром оболочки. На левой руке был установлен тяжелый инсениратор, огнем которого эпистолярий прикрывал братьев, Нерожденнные корчились и визжали в святом пламени, на левой находился гатлинг-псиленсер и великий меч Немезиды. Псайкер осторожно использовал его, и юстикар решил, что Гаред бережет его для кого-то особого. Время от времени он вершил Правосудие Императора с помощью своих пси-способностей. Связь демонов с материальной вселенной нарушалась и чумоносцы, как и твари Нургла, отправлялись обратно к своему владыке, нурглинги лопались словно пузырьки. Время от времени охотники на демонов выпускали короткие очереди освященных боеприпасов, мечи, алебарды резали, кололи, потрошили и рубили, Астартес продвигались все глубже.

А затем великий враг возопил.

— ПОШЕВЕЛИВАЙСЯ, СУДЬБА ЖДЕТ, РОДИЧ ТАУНА! СЛУЖИ МНЕ ХОРОШО, И Я ПОПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ СРЕДИ СВОИХ ДЕТЕЙ!

Между ударами алебарды Вонум сказал:

— Мерзость хочет, чтобы атаковали ее.

Юстикар что-то проворчал в ответ. Оно пыталось соблазнить Серых Рыцарей вместо того, чтобы сражаться? Была ли это очередная хитроумная уловка? Он не заботился об этом, все равно все будет предано огню и мечу.

— Если он хочет, чтобы мы встретились, — сказал он. — То только приближает свое собственное изгнание.

Он разорвал торс очередного демона, когти царапали священную броню.

— Не так ли, брат-эпистолярий?

— Мы должны победить его, — ответил Гаред.

Своевременное предупреждение.

Все глубже и глубже. Они почти не встречали орков, зато нападения демонов стали более организованны. Нерожденные верили в свою силу, и долг Штейра состоял в том, чтобы показать, что они ошибались.

Вы хорошо мне послужили.

Концепция прорвалась через ментальные барьеры юстикара. Он столкнулся с ней, несмотря на то, что сражался. Вернее, потому, что сражался. Штейр с еще большей яростью набросился на демонов и зеленокожих. И хотя он внял предупреждению брата, юстикар не стал отрицать эту мысль. Возможно Серые Рыцари обеспечили исполнения пророчества, возможно события не оказались бы связаны. Возможно вера в Бога-Императора отрицало это. Кроме того, был шанс, что Орбиана уже была запятнана Хаосом, требовалось нечто большее, чем интуиция, чтобы привести "Пречистый свет" в систему и выпустить чуму. Если так, то кто-то могущественный должен был влиять на события за приделами эмпирей. Что ж, так тому и быть, все равно ничего не изменилось, им нужно изгнать эту тварь. Туннель был достаточно широким, чтобы туда поместился рыцарь-дредноут. Нерожденные атаковали сплошной массой студенистой плоти, твари пытались прокусить освященный керамит, но юстикар и его отделения пресекали все попытки. Стало трудно идти просто из-за количества серо-зеленых туш, но вскоре они расступилась, пропуская к своему повелителю. Стена за ними закрылась, и Серые Рыцари оказались в огромном помещении, вырезанном в судне. В углах висели гобелены, какие-то ящики, металлические коробки и перегородки, облицованные мрамором. Со стен, потолка и с каждой поверхности капала фосфоресцирующая слизь, в воздухе летали споры и целые рои жирных муз. Нерожденные заполняли все пространство, колыхающее море демонической плоти, а в центре, на троне, восседал их господин.

Демон был огромным, словно раздувшаяся гигантская жаба. На голове росли три изогнутых рога, центральный был коротким, в то время как остальные два длинными. Правый был сломан, из него сочилось что-то красное и зеленое. Великий демон зашипел, когда отросток порвал плоть на плече. Челюсть была огромной, тварь улыбалась, и ее улыбка была размером несколько метров. Складки и фурункулы свисали с жирной туши, сгнивший двойной язык Нерожденного лизал ряды пеньков. Раковые пузырьки появлялись в складках лица и тела, существо издавало радостный визг при появлении новых. Они присоединялись к сотням сородичей, образуя подкладку, на которой сидел демон. Трон представлял собой сборище ядовитых обломков, некоторые из них Штейр узнал — это были инструменты из главного лабораториума, о предназначении остальных он даже не догадывался. Рядом с руками твари-из-за-Завесы находились перегонные кубы и реторты, по ним бежала беловатая жидкость, все вокруг покрывала грязь. За этой жуткой лабораторией находился разлом в реальности, пульсируя не-светом. Из него выливался бесконечный поток чудовищ, присоединившийся к сородичам на полу. Злобные глаза великого демона смотрели на Штейра, в них светилась извращенная мудрость, казалось, тварь взглядом заявляла о всей серьезности своих намерений.