Секториум - Ирина Ванка

От вчерашнего заседания не осталось даже лимонада. Только пустая бутылка из-под него каталась по липкому полу. А если Алена действительно права во всем, то и с Флио я, чего доброго, тоже могу не вернуться, причем, не вернуться вполне сознательно.

— Куплю сейф! — решила я. — Запрусь в нем с ключами.

— Прекрасно! Поучи Мишкина ключи подделывать.

— Как ты с ним уживалась в одном доме?

— Во-первых, — ответила Алена, перебирая на пульте телеканалы, — в моем доме он не позволял себе лапать вещи без спроса. А во-вторых, когда в следующий раз захочешь сделать от него заначку, используй тумбу под телевизором. Ты обратила внимание, что он не смотрит «ящик»? Даже в его сторону не глядит. Тебе не приходило в голову, почему?

— Он сказал, что сбивается частотный глазомер?

— Как же… глазомер. Неужели не знаешь этой гнусной истории?

— Какой истории? — удивилась я.

— Конечно, не знаешь. И не помнишь угон самолета с заложниками, дай бог памяти, лет десять назад… — она приглушила громкость развлекательной утренней передачи. — Или позже? Это был первый год Мишкиной работы на сигов.

— Он был в самолете?

— Сидел, порнуху смотрел запоем. Кто-то должен был отслеживать телевидение. Шефу некогда, Индеру непонятно, а Мишка освоил «переводчик» и все каналы мира себе подключил. Я думала чердак провалится от его антенн. Сидел сутками, примерно, как ты сейчас, пока в новостях CNN про угон не услышал… Что ты думаешь? Суперменом себя возомнил, смастерил штуковину из ФД, «хлопушку»… ничего особенного, с виду карманный фонарик, выдает частоту, которая обездвиживает все живое в зоне воздействия, мало того, еще и гасит плазму. То есть, нажал кнопку и все, что перед тобой, застыло на минуту. Как думаешь, у него был шанс спасти пассажиров самолета?

— И что же?

— Вега не позволил. Поругались они тогда насмерть. Мишка чуть не спился. Молодой был, максималист. С тех пор к телевизору не подходит. Я это к тому, что не ты одна здесь с моральными травмами на производстве. И еще к тому, что пора нам выпить кофе. Когда не работаю, начинает болеть голова. А здесь, как я понимаю, ни одной таблетки от головной боли.

На кухню я ушла с удовольствием. Приятно, когда на фоне общего бессилия, ты оказываешься в состоянии что-то сделать. Я еще вполне могла сама управиться с кофейником, но Алена пришла за мной и села среди развала контролировать процесс.

— У вас на трассе заправят машину за доллары? — спросила она.

— Думаю, твою заправят даже за тугрики, если им жить не надоело.

— Знаешь, о чем еще я подумала, в связи со всей этой историей? Что если Галкина изолировать от общества, запретить «музон» и отобрать «качалки»… думаешь, за год он отладит ФД для работы с орбиты? На «хлопушку» ему понадобилось полтора часа, а ведь пацан был зеленый.

— Если я правильно поняла, им не хватает мощности и диапазона.

— Мощность для сигов не проблема. Привезут любой генератор, а диапазон можно сделать, если применить мозги. Эти два балбеса, как шеф ногой за порог, любые диапазоны делают, того гляди, Галактику завернут в обратную сторону. А как поработать на благо прогресса, так оба дебилы.

— Мне кажется, Миша не согласится.

— Кто его будет спрашивать? Нет, ты обрати внимание, как он утроился: когда хочет, работает, когда хочет, отдыхает, сам себе отпуска выписывает на полгода. Пора ему устроить принудительную трудотерапию.

— У меня другая идея. Что если мы прокатим Його по городу, пока утро? Улицы пустые. За темными стеклами его не увидят. Он ведь не представляет себе, что такое город. Из его фазы все плавало в обесцвеченных формах. Почему бы ни сделать ему сюрприз?

— Ты для этого просила пригнать машину? — догадалась Алена.

— Ничего, что заставила тебя прокатиться?

— Да уж… — вздохнула она. — Ничто так не отшибает дурные мысли, как хорошая езда по паршивой трассе.

Алена задумалась. На ее сонном лице не наблюдалось ни малейшего порыва в выходной спозаранку садиться за руль.

— Плавающие формы, говоришь? Гады, хоть бы раз показали…

Його устроился на заднем сидении. В его распоряжении оказались все четыре окна и кусочек неба в потолочном люке. Алена открыла планшетку на панели управления, где был отображен солидный кусок городского плана.

— Куда ехать? — спросила она.

Я пригляделась и с удивлением заметила, что это не план, а трансляция с одной из наших орбитальных камер. На схеме шевелились машины, возле моего дома мигал маячок.

— Облака разойдутся, видно будет лучше, — сказала Алена. — Где у вас центральный проспект?

Не дожидаясь, пока я вникну в нюансы ландшафта, она выехала на дорогу. Маячок сделал поворот. Я ткнула пальцем в нужный квадрат, и он увеличился. Приблизилась крыша нашей машины и пальцы Птицелова, высунутые в щель окна.

— Удобная штука, когда не знаешь города, — сказала Алена. — Это твой Михась устраивает себе жизнь с комфортом, а мы пользуемся.

— Не боишься засветиться?

Алена усмехнулась.

— Боялась когда-то… что заметят лишние кнопки на мобильнике. А теперь, знаешь ли, поняла: не стоит обольщаться на счет любознательности человечества. Я тебе больше скажу, если кто-нибудь заметит или заподозрит, что я сотрудничаю с инопланетной разведкой, я лично приведу этого человека в Секториум. И, поверь, мы не прогадаем.

Через камеру орбитального слежения, я обнаружила, что из машины торчит лысая голова.

— Не надо, — попросила я Його. — Ты распугаешь гаишников. — Голова скрылась, но через минуту высунулась в противоположное окно. — Його, я все вижу!

— Какие-то у вас странные гаишники, — заметила Алена. — Наши голодные и злые, сразу видно, чего хотят. А здесь не поймешь, то ли извиняться, то ли лезть за бумажником. Эй… ты смотри за ним… — задняя боковая дверь приоткрылась на ходу. — Выпорхнет! — Алена заблокировала двери. — Так, о чем я? Если нашего Михася как следует настроить на работу… Причем, настраивать придется тебе. Не знаю, какие рычаги влияния ты имеешь на мужиков…

— Это я-то имею рычаги? Моего влияния не хватает даже на то, чтобы пересадить его с одной табуретки на другую!

— Однако он сутками топчется в твоем модуле. Они все, если заметила, не стесняясь, стали бегать табунами по твоему жилью. Не по офису, где свободной территории — дендрарий развернуть можно. Нет, они лезут в твою беседку водяру трескать или в Вовкин гараж.

— Правильно, потому что с твоего участка они вылетят через забор.

— Общажная душа, — сочувствовала мне Алена. — Белый свет разлетись вдребезги, лишь бы телевизор работал. Это натура! Я на своих студентах заметила, в общагах уживаются те, у кого братья-сестры. Нам, тепличным детям, этого не понять. Так вот, ты опять сбила меня с темы. Нам надо придумать что-то с Галкиным. Еще не хватало побираться техникой у «белых». Может, откомандировать его на год к сигам? Подальше от соблазнов.