Возвращение Урмана-1 - Глеб Борисенков

Но больше никто не слушал это существо, слишком памятен был этот страх и жажда унижения, нельзя было понять, нельзя простить. Лучники послали целый рой стрел, но большая часть проносилась мима, а остальные отлетали от защитных барьеров. Но с каждой выпущенной стрелой, и это чувствовали все в городе, Ночная Хозяйка теряла часть неимоверной колдовской силы.

Натали налетела на Ночную хозяйку, их щиты соприкоснулись, брызнули искрами и отлетели в стороны.

Лучники атаковали вновь, но снова тщетно, лишь одна из стрел пробила заслон и остановилась, пойманная пальцами твари.

– Простым оружием меня не задеть, – заметила Ночная Хозяйка.– Но за не почтение, вы будете наказаны! Мои дети, защитить свою госпожу!

Черные мыши остановили свой полёт и обрушились вниз на головы. Часть из них приняла на себя стрелы и бессильно падала в море, но другие приземлялись и оборачивались монстрами. Кожистые, лысые существа с длинными змеиными шеями и короткими пастями с мелкими зубками. С гладких морд пялились огромные жёлтые глаза. Чудовища шипели и бросались на людей. Их движения были нечеловечески быстрыми и многие не успевали даже поднять щит для защиты.

– Душилы! – завопил Имре. Он впервые видел убийц своего отца, тот страх, который преследовал с детства. Но сейчас, на свету, душилы лишись ореола ужаса. С ними можно было бороться, их можно было победить, пусть даже и большой ценой.

– Стена щитов! – приказал Урман. – Вперёд!

Существ было много, но они нападали без строя и порядка, имели преимущество только первые мгновения боя. Наемники Урмана стали тем стальным кулаком, который первый начал теснить тварей в море. Шеи душил не могли дотянуться через щиты, один за другим твари гибли под ударами мечей и топоров. Если же в строю погибал несчастный, то на его место тут же вставал воин из задних рядов. Урман был впереди и сам удивлялся своей силе: что ни удар, так смерть.

Над городом тоже происходила битва. Натали посылала в тварь молнию за молнией, но большая часть из них вязла в странной мошкаре Ночной хозяйки. Эта мошкара тянулась к волшебнице, но не могла пробить щит. С плоской крыши дома три мага тянули луч к Натали, подпитывающий силой.

Бой на платформах начал пошёл на убыль. Последние душилы грудами ссыпались в бушующее море. Урман перевёл дух, воин был по горло в крови, к счастью чужой. Кроме нескольких царапин никто сегодня не смог оставить на нём след. Неимоверно болели и тряслись от усталости руки. Он оглянул своих: ряды сильно проредило. Но как ни странно Имре был цел, хоть и хромал на одну ногу.

– Луки! – приказал Урман. Надо было помочь храброй волшебнице. Натали едва сдерживала чёрную мошкару.

Стрелы снова взмыли в воздух, и на этот раз Ночная Хозяйка завыла от ненависти. Защитные барьеры потеряли былую силу. Чудовище сделало отчаянный рывок и поднялось выше.

– Дура! – воскликнула Ночная Хозяйка. – Я мать всех магов! Это я первой открыла силу! Это я первый магистр Радужного города! Из моего лона вышли все знатные роды!

Натали не давала ей передышки, меч вспорол барьер Хозяйки, отчего та взвыла. Багровая кровь брызнула вниз, хотя лезвие даже не коснулось плоти.

– Дура! Ты могла бы иметь всё, что захотела! Ты предала всех! И Даже суть магии! Остановись хоть сейчас!

Огненный клинок пронзил остатки барьера и достиг тела Ночной хозяйки. Существо камнем рухнуло вниз и пробило на плитах огромную вмятину.

Натали спустилась на землю. Глаза волшебницы блестели, лицо заливал пот. Она очень вымоталась, но держалась, будто ничего и не произошло.

– Где тот, кто поднял людей? – спросила чародейка. Белоснежные одеяния отливали голубым светом. Наголову ниже солдат, она шла среди них, маленькая и бесстрашная, одна посреди мужиков. Воины расступались в стороны.

Урман преклонил колено:

– Госпожа, Урман с Рюгена, к вашим услугам!

Чародейка положила руку на плечо и потянула за собой. Урман поднялся и посмотрел сверху вниз. У Натали были очень красивые миндалевидные глаза.

Какая же она маленькая! И не скажешь, что великая чародейка.

– Встань, Урман, избранный, вселивший надежду! Я нарекаю тебя Защитником Радужного города, взамен погибшего Владимера Чёрного! – воскликнула Натали. Её голос, усиленный магией, разнёсся над городом. Но потом она приблизилась ближе, настолько что щека коснулась лица рыцаря.

– Разберись с делами и приходи вечером к городу. Можешь взять с собой пару верных людей. А сейчас уводи солдат!

Едва окончилось грандиозное сражение на развалинах Радужного города, как началось самое сложное. Армии, оставшиеся без предводителей, остались на произвол судьбы. Надо было заново наводить дисциплину, организовывать дежурства, распорядки… Наемникам в этом смысле было проще, их слишком мало осталось, и все они давно привыкли к Урману, ещё по службе на младотюрков. Но двум тысячам Зелёных плащей было некуда податься. Их последний оставшийся офицер, Кнут, лежал тяжело раненным в лазарете. Один за другим солдаты срывали свои знаменитые накидки и переходили в общий лагерь. Так Урман стал главнокомандующим, не потому что был талантливей или сильней, но как компромиссная фигура, уважаемая и врагами, и друзьями. Как не удивительно, но не было проблем и с Ордой, их осталось горсточка по сравнению с прежними полчищами, едва две-три тысячи. Старые знакомые рассказали о сражении с Экатузскими копейщиками и безумном чародее. Он погиб самым последним, повис на копьях, но перед лютой смертью уничтожил большую часть врагов. Казалось, само небо обрушилось на конников…

Пришла пора возвращаться, нечего было и думать, чтобы оставаться в выжженном, разорённом краю. Армия бы съела саму себя. Урман охрип от распоряжений: как и куда ставить палатки, делить обозы, распределять довольствие. Мельком, рыцарь замечал, что с платформ перестал валить чёрный дым. Урман не знал, что там делали маги, но они справились. Пожары прекратились… или просто выгорело всё, что могло сгореть.

За делами новый командующий, (он предпочитал называться полковником) чуть было не забыл об уговоре с чародейкой. Олег, ставший заместителем, лейтенантом и Имре, знаменосец пошли вместе. Имре хромал на правую ногу. Урман заметил бугры перевязки на бедре. «Порезался, ничего страшного», – перехватив взгляд, объяснил знаменосец.

Но рыцарь больше никому не доверял. Пусть Имре привыкает, нечего ему здесь делать. Когда придёт время, я заберу его с собой на Запад.

Волшебница ожидала посередине моста, Натали кивнула как старому знакомому и жестом приказала следовать за собой. Они поднялись на гору с плоской, утоптанной вершиной.