Израиль: война и мiръ - Яков Рабкин

и ортодоксальные богословы, исходящие из общечеловеческих этических принципов, заложенных в иудейской традиции.

Известный раввин Ехиель-Яков Вайнберг (1884–1968), сторонник гуманистических идей Меири, отметил еще в середине прошлого века, что евреи-реформисты порой лучше соответствуют моральному облику традиционного иудея, чем сосредоточенные на обрядовых тонкостях ортодоксы, игнорирующие подчас этические основы иудейства. При всей характерной для евреев разноголосице, эти консерваторы и хиппи, левые активисты и реформаторы по-своему традиционалисты: нарушение прав палестинцев в Израиле, дошедшее сегодня до откровеннейших военных преступлений, означает для них предательство, абсолютно недопустимое отступление от самых коренных основ еврейской традиции. Встречаются порой и личности, сочетающие разные аспекты этой многоголосицы: крупный историк, знаток Талмуда и ортодоксальный еврей Даниэль Боярин считает себя троцкистом и при этом близок по взглядам к Нетурей Карта.

Влияние национализма

Где же сегодня те люди, которые, как выразился раввин Ицхак Герцог, не потеряли «каплю здравого смысла», которые способны понимать исторический контекст слов и не превращать их в националистические и фашистские лозунги? В 2010 году, когда на повестке стоял вопрос о запрете продажи недвижимости неевреям, авторы данной статьи отметили, что сосредоточены они в США. Реакция более тысячи американских раввинов разных направлений была тогда резко отрицательной. Вскоре после начала израильской военной операции в октябре 2023 года, повлекшей многочисленные жертвы среди гражданского населения сектора Газа, американская организация Jewish Voice for Peace провела ряд протестов, сотни участников которых подверглись арестам и штрафам.

В то время как США остаются бастионом здравого смысла среди евреев, нельзя забывать и о печальном парадоксе: живут они в государстве, внешняя политика которого, по мнению многих ее критиков, беспрецедентно агрессивна и питает практически все кровавые конфликты на Ближнем Востоке, включая палестинско-израильский. Именно США поставляют оружие для Израиля, ведущего военные действия, которые многие считают военными преступлениями.

Когда в 2010 году вышло постановление группы израильских раввинов, запретивших продавать и сдавать дома и квартиры неевреям[30], вопрос о недвижимости казался ярчайшим примером ультраправого сдвига в иудейской среде. В то время 82 % харедим, то есть иудеев строго ортодоксальных толков, одобрили запрет на сдачу квартир в Израиле неевреям. Националистические настроения уже тогда глубоко укоренились даже в среде, которая традиционно относится к сионизму и самому государству Израиль как минимум с большим подозрением.

Все же некоторые известные раввины-харедим проявили тогда банальный здравый смысл. Они заявили, что эта инициатива государственных священнослужителей в Израиле не только не обоснована с точки зрения иудейского закона, но и попросту угрожает безопасности евреев. А что если какие-нибудь ультраправые, со своей стороны, запретят сдавать квартиры евреям в Берлине или Париже? Для раввинов-националистов вопрос так не стоит: зачем жить в Берлине или Париже – пора перебираться в Израиль! Или, как в свое время призывал генерал Дудаев: «…русские – в Рязань, ингуши – в Назрань, армяне – в Ереван».

И все-таки запрет аренды жилья чужакам кажется относительной мелочью по сравнению с поддержкой израильских военных преступлений в Газе, вплоть до высказываний об атомной атаке сектора. Как и правоверный иудей, последователь национал-иудаизма не станет есть свинину и будет строго отделять мясную пищу от молочной. На этот признак почти веком раньше обратил внимание предводитель бельзских хасидов ребе Иссохор-Дов Рокеах (1854–1927). Он предупреждал, что к религиозному сионизму следует относиться с большей подозрительностью, чем к откровенно безбожному. С его точки зрения, светские сионисты открыто осквернили Тору, в то время как сторонники национал-иудаизма сохранили видимость соблюдения религиозных обрядов. Рокеах сравнивал их со свиньей, которая, выставляя копыта, пытается изобразить из себя кошерное животное. Согласно известной еврейской легенде, из-за такого «лицемерия» евреи питают к свинье особое отвращение, гораздо большее, нежели к волку или медведю, хотя все они в равной мере запрещены иудеям для употребления в пищу.

Со своей стороны, пятый любавичский ребе, Шолем-Бер Шнеерсон (1860–1920), еще в начале XX века осуждал тех защитников сионизма, которые считают себя «хорошими евреями». Как гласит еврейская народная пословица, «уж если есть свинину, то чтоб по бороде текло». Откровенный грешник или безбожник честнее и поэтому лучше лицемера.

И все же, сравнивая споры о сионизме времен Шнеерсона и Рокеаха, Амиэля и Герцога, даже покойного главного британского раввина Джонатана Сакса, писавшего о ценности всех мировых культур и религий, нам может показаться, что сионизм прошедших поколений имел еще относительно мирный вид.

Даже если признать, что национал-иудаизм привлекает все больше сторонников, это не означает, что традиционное иудейство как таковое находится в опасности: оно никогда не опиралось слепо на мнение большинства и поэтому пережило в своей многовековой истории не один раскол. Поскольку, в отличие от некоторых других религий, в иудаизме иерархии нет, каждая община прислушивается к мнению своего раввина. Попытки главного раввината Израиля навязать свою волю евреям в других странах вызвали довольно отрицательную реакцию. Так, например, несколько лет тому назад Адам Шайер, раввин одной из старейших ортодоксальных общин в Монреале (и, по некоторым оценкам, крупнейшей в мире), не только опубликовал свой протест, но даже вылетел на один день в Иерусалим, где он выступил на заседании комиссии по делам диаспоры израильского парламента: ведь главный раввинат – это учреждение чужого государства, а религия в большинстве стран от государства отделена.

Сионизм и исповедующее его государство Израиль внесли за последние сто с небольшим лет больше всего разногласий среди иудеев. Поэтому выяснять, как иудаизм в целом относится к тому или иному вопросу современности, зачастую лишено смысла. Государства приходят и уходят, но в многовековой иудейской традиции фундаментальными ценностями остаются смирение, человеколюбие и стремление к миру.

Почему так много евреев осуждают войну Израиля в Газе?[31]

Как известно, «два еврея – три мнения». Израиль своей операцией в Газе усугубил разрыв между, с одной стороны, сионистами и заступниками Израиля, и, с другой – религиозными и светскими евреями, которые отвергают сионизм и тем самым самое идею отдельного государства для евреев. Но еще больше евреев колеблется где-то посередине. Многие уже давно критикуют действия Израиля, но не ставят под сомнение «право Израиля на существование».

Эту странную риторическую формулу ввело в оборот израильское правительство в противовес якобы существующей угрозе физического уничтожения населения Израиля. Однако ни одно государство к этому не призывает. Даже Иран, пожалуй, самый принципиальный противник Израиля, требует лишь отказа от его сионистской идеологии, на которой зиждется узаконенная дискриминация палестинцев. Под контролем Израиля между Средиземным морем и рекой Иордан живет более 14 млн человек: граждане-евреи (7 млн), граждане-палестинцы (2 млн) и палестинцы на занятых Израилем в 1967 году территориях (5 млн).

Большинство