Елизавета I - Маргарет Джордж

Старый Бёрли поведал о признаниях испанского пленника и планах Филиппа повторить попытку следующим летом.

– Кому-нибудь удалось раздобыть новые сведения? – спросила я.

Сесил-младший поднялся и разложил на столе карту. Даже стоя, он казался меньше сидящих мужчин.

– Их верфи расположены здесь, – он ткнул пальцем в точку на испанском побережье, потом еще в одну, – и здесь. Наши осведомители сообщают, что строительство идет в соответствии с планом и корабли уже наполовину готовы.

– А мои осведомители сообщают, что им с огромным трудом удается раздобыть достаточно выдержанной древесины, – заявил Эссекс.

Два Роберта, каждый имея свою разведывательную службу, отчаянно соперничали друг с другом. Если один что-то говорил, другой тут же бросался опровергать. Правда, судя по всему, была где-то посередине.

– Благодарю вас, джентльмены. А теперь я хотела бы выслушать от каждого из вас рекомендации относительно нашей стратегии. – Я кивнула Рэли. – Вы, сэр Уолтер, только что вернулись с испанских территорий, так что вам первому слово.

Рэли поднялся, и Сесил-младший поспешил опуститься на свое место. Я заметила, что он старался по возможности избегать сравнения с другими в росте, предпочитая состязаться на поле меморандумов и документов.

– Я представлю полный отчет вашим пайщикам на отдельном собрании.

Иными словами, он решил пока придержать плохие новости. Мы собрались здесь не ради того, чтобы оценивать результаты его экспедиции, так что экзекуция откладывалась.

– Я своими глазами видел, каких успехов достигли испанцы со времен прошлой армады, – сказал он. – Я сражался с их кораблями в Тринидаде и имел дело с их фортификационными сооружениями в Порт-оф-Спейне и в форте Сан-Джозеф и могу сказать вам, что сейчас они сравнялись с нами в инженерном деле и в силе.

Лица за столом выражали мрачное смирение. Несколько человек кивнули.

– Но это не значит, что мы должны сидеть и ждать, пока на нас нападут, – продолжил он мысль. – Видя вылупляющуюся змею, мы не ждем, когда она выберется из скорлупы, мы убиваем ее в яйце. Нужно атаковать испанцев прежде, чем они получат шанс к нам приплыть.

– Для этого нам необходимы Дрейк с Хокинсом, – заметил Бёрли.

– Последний рейд Дрейка закончился полным провалом, – огрызнулся Эссекс. – Помните Лиссабон восемьдесят девятого года?

– Да, но я помню и Кадис восемьдесят седьмого, и армаду восемьдесят восьмого. У него больше всего опыта в подобных предприятиях.

– Его здесь нет! – воскликнул Эссекс. – Нет, и все тут! Мы что, по-вашему, должны сидеть сложа руки и ждать его возвращения? Отправившись в плавание в семьдесят седьмом году, он отсутствовал почти три года! Мы прекрасно обойдемся без него!

– Эссекс-младший прав, – подал голос адмирал Говард. – У нас нет возможности ждать. Я предлагаю атаковать как можно скорее, снова нанести удар по Кадису. Это их главный океанский порт, и, выведя его из строя, мы подорвем их мощь как с коммерческой, так и с военной точки зрения.

– Придется соблюдать строжайшую секретность. Наружу не должно просочиться ни единого слова. Дрейк, – Хансдон метнул в Эссекса сердитый взгляд, – как никто иной, умел застать врага врасплох. Испанцы не догадывались о его приближении до тех пор, пока не замечали паруса. Но если мы выдадим себя…

Он не договорил.

– Чем больше флот, тем сложнее его замаскировать, – заметил адмирал. – Но если мы хотим сокрушить врага, нам нужен перевес в численности. У Дрейка иногда оказывалось недостаточно людей. Сила и незаметность зачастую несовместимы.

Рэли поднялся:

– Когда мы сойдемся в бою, нам будет чем их удивить. У нас есть новое оружие.

– Мушкеты с улучшенным прицелом? – спросил Хансдон. – Толку от них как от козла молока. В половине случаев они взрываются в лицо тебе, а не врагу.

– Кое-что столь же смертоносное и совершенно беззвучное.

Рэли поставил на стол небольшую склянку, потом вытащил из кошеля перо и обмакнул его в склянку. Затем извлек из того же кошеля дрожащую мышь, перехватил ее поудобнее и воткнул перо ей в крестец. Мышь пискнула.

– А теперь смотрите, – сказал Рэли и опустил мышь на пол.

– Сэр, что вы делаете? Она же сейчас убежит и начнет плодиться! – возмутилась я.

У него что, совсем нет соображения?!

– Далеко не убежит, – заверил меня Рэли.

Все повернулись в своих креслах, чтобы посмотреть. Мышь сделала несколько шагов, потом всем телом задрожала, споткнулась и повалилась набок. Рэли поднял ее с пола. Она была еще жива, но не могла пошевелиться.

– Индейцы смазывают этим ядом наконечники стрел. Они добывают его из лягушек и определенных растений. Это смертельный яд, и притом весьма экономичный, поскольку, чтобы обездвижить врага, достаточно одной капли. Паралич очень скоро заканчивается смертью. – Он бросил бездыханную мышь обратно на пол. – Я привез его несколько бочонков. Хватит на целый испанский гарнизон.

– Но, разумеется, как это всегда бывает с подобными вещами, главная опасность в обращении с ним – пораниться самому. Как мы сможем обезопасить наших солдат?

– Мушкеты c пушками тоже иногда взрываются. Несчастный случай на войне – обычное дело. Зато яд будет наводить ужас на неприятеля, слишком уж жуткая смерть.

– Мы можем добавить его к нашему арсеналу, но я бы не стал делать его первой линией обороны, – сказал адмирал. – Теперь что касается планирования: все согласны, что необходимо перенести боевые действия на территорию Испании? Есть кто-нибудь, кто считает, что разумнее будет только обороняться, а не нападать?

– Если мы усилим свои позиции дома, укрепим собственные оборонительные сооружения и расширим флот, едва ли они смогут нанести нам сколько-нибудь значительный урон, как бы велика ни была армада, – подал голос Бёрли. – Для начала армаде необходимо будет найти место для высадки, а все подходящие места мы способны оборонять, как обороняли в восемьдесят восьмом году.

– У них уже есть место для высадки, – возразил Хансдон. – Ирландия.

Ирландия. Это все меняло.

– Верно, и это может послужить причиной нашего поражения.

– Значит… мы отправляемся в Испанию? – воскликнул Эссекс. – Поплывем вдоль атлантического побережья, а потом развернемся и нанесем удар в мягкое южное подбрюшье неприятеля?

– Да, и снова превратим Филиппа в короля фиг и апельсинов, каковыми и были короли Испании в старые добрые времена! – подхватил Рэли.

Подготовка к объединенной военной и морской экспедиции, крупнейшему предприятию подобного рода нашей эпохи, заняла долгое время. Короне подобные траты были не по карману, поэтому финансировалась она в значительной степени за счет частных средств. Я должна была предоставить восемнадцать военных кораблей Королевского флота, провиант и жалованье для моряков. Однако затраты на сбор солдат и матросов легли на плечи Говарда и Эссекса. Остальные должны были выделить корабли, как