Стезёю вечного Заката - Алексей Головин

— Час от часу не легче, — покачал головой Силж, пряча цепь и меч. — Радует лишь то, что опасности здесь никакой, похоже, сейчас для нас нет…

Зоклас протянул руку, погладил густую шерсть на загривке пса и добавил:

— И ещё: Тихий утверждает, что здесь пострадала какая-то собака.

— Крайне важная для нас информация! — хмыкнул магвой.

Услыхавший это пёс посмотрел на Силжа весьма укоризненно, затем уселся на землю и почесал задней лапой за ухом, что вполне можно было расценить как нелестный отзыв об умственных способностях магвоя.

Зоклас усмехнулся, но тут же вновь посерьёзнел:

— Надо определиться, где мы, и, по возможности, найти безопасное место для отдыха. Ночевать в лесу под дождём что-то не хочется. Да и поесть бы…

Поняв невысказанную мысль друга, Силж посмотрел в сторону неведомой деревеньки. Издали её можно было принять за мадженскую, хотя с тем же успехом она могла оказаться и риаджангской — больно уж похожи друг на друга подобные бедные поселения в разных землях.

— Надо бы разведать сперва… — произнёс магвой тихо.

— Уже, — ещё тише отозвался Зоклас. Не потому, что боялся быть услышанным, а из-за вновь подступившей слабости: маг всё-таки решился бросить на деревушку недолгий взгляд сквозь Закат, собрав остатки сил.

Магвой промолчал, ожидая. Наконец, Зоклас несколько раз моргнул и, вновь опершись на меч, пробормотал:

— Дома расположены квадратом, в центре — большая изба, а перед нею площадка для сходов. Кузница чуть поодаль, как мне показалось — строго на юге от центра деревни. Знакомый план?

Силж кивнул, мгновенно вспомнив то, что изучали мадженские офицеры с десяток лет назад, готовясь к походу на Ниферис:

— К соседям, значит, занесло?

— Да, похоже, ниферцы, — подтвердил Зоклас. — Ну что, попытаем счастья?

Силж пригладил длинный светлый чуб, похлопал себя по поясу, там, где с обратной стороны была привешена небольшая кожаная сума с монетами, выслушал характерное позвякивание и ответил:

— А что? Деньги у меня с собой имеются какие-никакие, за ночлег да харчи заплатить найдётся чем. Мы с Ниферисом сейчас не воюем. Так отчего бы добрым селянам не приютить пару путников на ночь?

Раздалось деликатное порыкивание.

— То есть, троих, — поправился магвой.

— Стало быть, так и поступим, — согласился Зоклас. — Ну а раны и внешний вид… придётся списать на встречу с лесными разбойниками. Скажем, еле ноги унесли. Местные, правда, потом этот лес стороной обходить станут… Ну да ничего, осторожность никому не помешает.

Силж критично оглядел своих спутников и усмехнулся:

— Ну и компания мне досталась: полудикий маг в шкурах да произвольно светящаяся собака. Как с вами такими на люди-то показаться?

Тихий вместо ответа подошёл к нему и, проникновенно глядя в глаза, положил мощную когтистую лапу на колено. Магвой от всей души восславил Великий День за то, что это оказалось правое колено, а не раненное левое. Учтя этот бессловесный, но веский довод пса, Силж принял решение воздержаться от шуток в его адрес. На какое-то время…

Зоклас спрятал меч под накидку из шкуры, выпрямился, насколько смог, и, стараясь не морщиться от боли в разрезанной спине, зашагал к деревне. Силж и Тихий, прихрамывая на пару, двинулись следом.

Наверное, местные жители и впрямь забыли о том, что из лесу могут появиться лихие люди, поскольку никакого дозора или чего-то подобного мадженцы не заметили. Они беспрепятственно доковыляли до крайних домов и вступили на размокшую от дождя улочку меж огородами. Только тогда их заметили. Бабы заголосили что-то на ниферском, несколько крепеньких мужичков похватали, что под руку подвернулось поувесистее да поострее, и вышли к заборам с хмурыми лицами. Один из них — с широченными плечами, огромными кулаками и кудлатой чёрной бородой — что-то резко спросил у незваных гостей. А именно, поинтересовался, какой ночной неожиданностью их сюда принесло.

Зоклас миролюбиво улыбнулся (по крайней мере, ему хотелось, чтобы на его лице это выглядело именно так), поднял правую руку открытой ладонью вперёд и медленно произнёс по-мадженски:

— Всех вам благ, добрые селяне! Простите, но мы не говорим на ниферском, — это было не совсем правдой, но тот ориентированный на войну словарный запас, который имелся у офицеров Магармуса, вряд ли подошёл бы сейчас для мирного общения с крестьянами. — Мы из Мадженси. Понимаете ли вы нас?

Обладатель солидной бороды хмыкнул, сделал несколько шагов им навстречу, не опуская сжимаемой обеими руками мотыги, с подозрением оглядел мужчин и пса, а затем, сильно искажая мадженские слова, буркнул:

— Старостой говорить!

И ткнул мотыгой в направлении центра деревни. Другие мужики сгрудились за спинами гостей, также не спеша расставаться с топорами да косами.

Мадженцы переглянулись и, вежливо кивнув в ответ на недвусмысленное приглашение, зашагали в указанную сторону. Судя по всему, кто-то проворный уже сбегал к дому старосты и оповестил его. Навстречу расторопно семенил лысоватый седобородый дедок, за спиною которого стремительно вырастал хвост из любопытствующих.

Поняв, что это и есть местный староста, Зоклас счёл уместным вежливо поздороваться первым, сопровождая слова миролюбивыми жестами. Дедок мадженским владел явно получше односельчан: видать, в молодости нередко бывал за близкой границей. Без сильного акцента он произнёс:

— И вам здоровья доброго. Кто таковы, путники, откуда и с чем в нашу деревню припожаловали?

— Мадженцы мы, почтенный староста, — озвучил Зоклас то, что и так было понятно. — Путешествуем, так сказать, по своим делам. Да вот незадача: лихие люди на нас в лесу напали, убить хотели да ограбить. Ну мы кое-как отбились, но только вот раны получили. Хотелось бы тут у вас переночевать где-нибудь, поесть да отдохнуть, — и поспешно добавил. — Мы заплатим, конечно.

Староста покрутил пальцами седую кустистую бровь, внимательно глядя на незваных гостей исподлобья. Потом вздохнул и проговорил:

— Ох, не вовремя же вас Ночь принесла, соколики. В другую бы пору, так пожалуйста, а нынче уж… — он развёл руками.

— Чем же эта пора не хороша? — вступил в разговор Силж.

— Мадженцы вы, — прокряхтел дедок. Потом кивнул на того детину, что первым встретил путников. — Мужики вон в городе были на днях и слышали от тамошних, что король наш собирается вот-вот объявить войну этому… ну, Союзу актихренскому, или как его там, Ночь забери. А Союз тот, стало быть, с Мадженси дружен. Так вот, король, я так разумею, не желает теперь, чтобы мы помогали акти… тьфу! ну тем, в общем, аль в дружбу с ними в какую вступали. Равно и с мадженцами тоже, как сами разумеете. Вот и выходит, что никто из нас приютить вас нынче, даже за хорошие деньги, не возьмётся. Потому как ежели прознает кто, да воинам городским свистнет, мало нам тут не покажется. Покарают, как говорится, за пособничество завтрашнему врагу, и вся недолгая…