Попадать, так с музыкой! - Михаил Гуткин

Оп, а зарплату мне как будут платить? В НКГБ точно платить будут. Как мне ясно дал понять товарищ Берия, оттуда меня никто не увольнял. Но сюда на работу взяли (пусть не взяли, но назначили). Значит и здесь должны платить. Во, погуляю! Только гулять-то будет некогда. Вот так всегда. Пока я все это обдумывала, самолет пошел на посадку. На земле я увидела, что мои мысли про охрану были совершенно верными. Нас, кроме двух автомобилей, встречал еще небольшой грузовичок с вооруженными автоматами бойцами. Интересно, а когда я Мехлисом и Павловым летела в Москву, нас до самолета такая охрана не сопровождала. Вот еще один повод для «размышлизмов».

У штаба нас ждала небольшая группа военных в званиях от полковника и выше. Среди них, к моему удивлению, я увидела женщину средних лет с петлицами всего лишь военврача 3-го ранга. Заметив меня, она почему-то нахмурилась. Это еще что такое? Ревнует, что ли? Только шекспировских страстей тут мне не хватает. Я приветливо всем улыбнулась, чем, кажется, еще больше ее обозлила. Ничего, перетопчется. Пусть привыкает. Тем временем все прошли внутрь здания и я, естественно с ними. Жуков быстро шел впереди, и вскоре вся наша компания из прилетевших и встречающих оказалась в довольно просторном зале. При Павлове я здесь не бывала. Наверное, это зал для совещаний. Жуков сразу прошел на председательское место или на место начальника (понятия не имею, как его называть). Все расселись, как мне показалось, по чинам. То есть ближе к командующему генералы, потом полковники, а я с майорами оказалась на противоположном конце стола. Ничего, мне и тут хорошо. Военврача тут не оказалось. И то хлеб.

— Товарищи, — с места в карьер начал Жуков, — перемены в командовании РККА вызваны крайне тяжелой политической обстановкой. Несмотря на все мирные инициативы нашего правительства, на исключительную сдержанность по отношению к многочисленным нарушениям наших границ немецкими самолетами, вероятность нападения Германии на нашу страну, к огромному сожалению, существенно возросла. По данным наших разведорганов вполне возможно нападение в конце этого месяца. Недавно закончившаяся проверка Западного Особого военного округа комиссией во главе с товарищем Мехлисом показала, что дела в округе далеко не блестящи. Здесь присутствует один из представителей этой комиссии. Теперь товарищ Северова на время прикомандирована ко мне. Рассматривайте ее, как одного из моих порученцев.

Тут все взгляды повернулись в мою сторону. Я покраснела и встала. Жуков сделал жест рукой, показывающий, что я могу сесть.

— По распоряжению товарища Сталина, — продолжил Жуков, — я направлен в этот округ, чтобы в кратчайшие сроки устранить наиболее вопиющие недостатки и исправить, насколько это возможно, сложившуюся ситуацию. Почему «насколько возможно»? Потому что все исправить мы можем и не успеть. Перед нами стоит много задач и все они сверхсрочные. Одна из первоочередных задач — это обучение нового призыва. Все командармы должны к завтрашнему утру подготовить и доложить численность бойцов, подлежащих обучению. Отбирать только из стрелковых частей и подразделений. Порядок обучения я определю приказом по округу. Первая партия будет проходить обучение на базе 85-й стрелковой дивизии.

Вот это да! Повезло Федору Савичу. Или не повезло. Посмотрим.

— От моего штаба отвечать за это будет товарищ Северова.

— Есть, товарищ командующий округом, — вытянулась я. А сама подумала, что вот и меня припахали! Ну хотя бы с Окуловым пообщаюсь.

— Теперь плановые учебные сборы. Товарищ Климовских, в этом году части выведем из казарм не 15 июня днем, а 14 ночью с соблюдением все средств маскировки.

— Товарищ командующий, — встал полный краснолицый генерал-майор. Товарищ Павлов перенес начало сборов в этом году на 22 июня, поэтому пока мы к ним не готовились.[58]

— Как на 22 июня, — буквально заорал Жуков, — ведь это же, — тут он запнулся и кинул взгляд в мою сторону. — Это же он должен был согласовать с Генштабом.

Я поняла, что он хотел сказать: «Это же дата нападения немцев», — но в последний момент спохватился. Ай-ай-ай товарищ Павлов, а ведь мне вы показались даже симпатичным. Мне даже было вас немного жаль, а тут вырисовывается интересная картина. Кажется, уже пора связываться с Наркомом. А Климовских, тем временем, продолжил.

— Он собирался это согласовать лично. Так он сказал позавчера, когда вылетал в Москву.

152

— Подтверждаю свой приказ, — сказал Жуков, — в ночь с 14 на 15 июня. 9 июня к 15 часам представите мне план вывода войск, а 10 июня — план проведения учебных сборов.

Климовских видимо хотел что-то сказать, но понял, что это бесполезно, и молча сел. Жуков продолжил свое выступление.

— Товарищ Копец. — Встал генерал майор авиации. — Завтра к 12 часам мне на стол план переброски части самолетов на запасные аэродромы. Переброску осуществлять в темное время суток с соблюдением всех мер маскировки. На месте убывших самолетов оставлять макеты.

— Товарищ генерал армии, заговорил Копец, — если мы начнем переброску в темное время суток, то значительно возрастет аварийность.

— Вы что, хотите сказать, что ваши летчики умеют взлетать и садиться только, когда светло? Тогда еще мне завтра представите план тренировок летного состава в темное время суток. А для перебрасываемых самолетов заранее подготовьте ремонтные бригады, если у вас такие неопытные пилоты.

— Сейчас пока все. Все свободны. Я отбываю к товарищу Пономаренко. Нужно решить проблему с транспортными средствами. Я в курсе, что их явно не хватает. Будем брать у гражданских. После разговора с товарищем Пономаренко мне еще надо связаться с товарищем Цанавой. Мне нужны инструкторы для подготовки стрелковых подразделений. Только наших — недостаточно. Буду просить, — тут Жуков скривился, как будто съел лимон, — у него.

Генералы и полковники стали расходиться, а я протиснулась к Жукову.

— Товарищ генерал армии, разрешите мне поговорить с товарищем Цанавой. Сколько надо инструкторов?

— Думаете, что он клюнет на всякие там ваши женские штучки. Ну попробуйте. Все-таки ваш прямой начальник. Просите не менее 100 человек на десять дней.

— Есть, разрешите выполнять?

— Выполняйте.

Я тоже вышла из зала совещаний и только тут спохватилась. Во-первых, неизвестно, на месте ли Цанава. А во вторых, я не знаю как добираться от штаба до республиканского НКВД. Пришлось обратиться к дежурному по штабу.

— Товарищ капитан. Мне нужно позвонить в НКВД Белоруссии. Подскажите, пожалуйста, как это сделать.

— Простите, а вы кто?

Вопрос дежурного вполне правомерный. Он ведь не присутствовал на совещании, где меня представили.

— Я порученец товарища Жукова. Если не верите — вот спросите у любого участника совещания.

Все как раз расходились из зала. Дежурный обратился к какому-то полковнику, получил подтверждение, после чего снова обратился ко мне.

— Сейчас я вас соединю. Кого нужно попросить к аппарату?

— Попросите, пожалуйста, товарища Цанаву. Скажите, что звонит лейтенант Северова.

Дежурный с удивлением посмотрел на меня, но ничего не сказал и стал названивать.

— НКВД, здравствуйте. Беспокоит капитан Радов из штаба округа. Тут находится ваш сотрудник, лейтенант Северова. Ей нужно поговорить с товарищем Цанавой. Что, товарищ Цанава занят? А когда освободится? Неизвестно?

Дежурный вопросительно посмотрел на меня. Я выхватила у него трубку.

— Здравствуйте, говорит Северова. Мне действительно нужно срочно поговорить с товарищем Цанавой. Вы просто доложите ему о моем звонке. Я подожду у аппарата.

Кажется, на том конце провода дежурный сотрудник что-то почувствовал в моем голосе, потому что он положил трубку, и я слышала, как по другой трубке он соединился с Цанавой. Через минуту я услышала знакомый голос.

— Здравствуйте, Анна Петровна. Что у вас случилось?

— Товарищ Цанава. Есть срочные вопросы, о которых я не могу говорить по телефону.

— Хорошо. Жду вас через час.

Вот это другое дело. Теперь остался только один вопрос — как добраться до НКВД. Снова пришлось обращаться к дежурному.

— Товарищ капитан, подскажите, пожалуйста, как быстрее доехать до здания республиканского НКГБ?

Тот недоумевающее уставился на меня.

— А зачем вам это? Шофер дорогу знает.

— Какой шофер?

— А, так вы не в курсе. Вам, как порученцу командующего округом положен дежурный автомобиль. Скажете шоферу, он вас отвезет, а потом привезет обратно.

Такого сервиса я не ожидала. Как говорится, пустячок, а приятно.

— Спасибо, товарищ капитан.

153

Действительно, у здания штаба стояло три дежурных автомобиля. Я так поняла, что это именно для порученцев и адъютантов. Для командующего положен другой автомобиль и даже не один, так как часто с ним едет свита и еще охрана. А тут я быстренько нырнула в ближайшее авто и уже через пятнадцать минут входила в здание НКГБ Беларуссии. Надо же, первым, кого я там встретила, оказался старый знакомый. Только теперь у него, как я и предсказывала, было на шпалу меньше. Увидев меня, он слегка дернулся, но потом сообразил, что в данный момент я никакой угрозы для него не представляю.